Чтение онлайн

– Вот так все просто?
– немного удивилась я.

– Понимаешь, Криста, - он все же повернулся ко мне, - на Оюте не дают гражданство нелегалам. Вернее дают, но через такую бюрократию, что поседеть недолго. Проще всего купить гражданство на какой-нибудь маленькой планетке и перерегистрироваться в базе гурсан.

– Но почему я вдруг твоя жена?
– все новости тихо оседали в моём сознании.

– Потому что ты моя жена. Что тут неясного?

– Сунир?

– А ты против?
– его взгляд стал просто колючим. Кажется, ко мне вернулся вредный миранец.

Я пожала плечами. До меня всё никак не доходило, что к чему.

Протянув руку, Юла забрала из ладони Сунира карточки и показала мне.

Это был самый обыкновенный паспорт межсистемного образца.

Простой кусок пластика с моей фотографией и, судя по всему, сделали её в том каменном пограничном пункте на Хонхо.

Взяв документ, я ощутила странную влагу.

– Мама, ты плачешь?

Кивнув, я впала в некую потерянность.

"Криста ми Сол"

Здесь было всё: и дата моего рождения, ведь я называла её пограничнику, и "Солнечная система" и "Энцелад". Я читала знакомые слова и понимала, что просто реву.

– А это моя, - Юла показала мне паспорт с её милым личиком.
– Я теперь в школу пойду, да? Мы теперь существуем?

Меня прорвало. Слёзы просто лились градом.

– Ну, тихо. Тихо, - стиснув в объятьях, Сунир прижал меня и Юлу к своей широкой тёплой груди.
– Я думал, будет скандал. Долгие разборки. Обида и прочий женский бред. Но вот на такую реакцию не рассчитывал. Что за сырость, детка? Мне как это понимать?

– Документы, - выдавила я из себя, - они настоящие?

– Самые настоящие. Гражданства, правда, пока нет, но это мелочь. А что ты моя жена тебя совсем не заботит?

– Это мелочь - прошептала я, - но приятная.

– Шутишь?!

– Конечно, я...
– у меня слов не находилось.

– Ну, успокойся, сокровище моё. Нам нужно в больницу. Так что приходи в себя.

Сунир отстранился, но паспорта не забрал. Я так и сидела с ними в руках. Пальцы сжимались всё сильнее. Мне не верилось.

Вот она мечта.

Я держу её в своих руках.

Вот они документы.

Настоящие.

Только фамилия Сунира. Жена. Улыбнувшись, я глянула на мужчину. Я так привыкла к нему, что и не видела дальнейшей жизни без этого хвостатого.

– Ты тогда на Хонхо спрашивал нас об именах, - вспомнила я.
– Это был непростой разговор?

– Я редко, Криста, треплюсь впустую.

– Спасибо, - шепнула я и, потянувшись, поцеловала его в щеку.

– За что?

– За всё. Вот совсем за всё. Ты не спрашивал меня, но да, я стану твоей женой.

– Знаешь, что в ваших традициях мне кажется самым глупым?
– Сунир засмеялся.

– Спрашивать женщину, согласна ли она на брак. А если она скажет "нет", отступать как слабаку? Нет! Миранец будет бороться за нее. А тогда зачем, вообще, что-то ей предлагать и уточнять, если ты всё равно намерен идти до конца. Понравилась женщина, подмышку её и вперёд союз оформлять. А завоёвывать после нужно, когда она уже твоя и никуда не денется.

– А как же права женщин?
– возмутилась я.
– Мы имеем право сказать "нет".

– Ну, и говорите, - он пожал плечами.
– Ты можешь мне отказать хоть десять раз, и я выслушаю. Но при этом ты будешь беременна от меня. Хоть двадцать раз "нет", только чтобы при этом ты сидела на моей постели в моей же рубашке.

– А равноправие полов?

– Я только за, Криста. Мне несложно выполнить женскую работу. А если ты захочешь строить бизнес, то хвост сгрызу, но сделаю так, чтобы у тебя всё вышло как надо.

– А мама всегда хотела свадьбу, - уверенно заявила Юла.

Вытерев слёзы, я глянула на дочь. Ума не приложу, когда это я её хотела. Не было такого.

– Хочет, значит, получит, - легко согласился Сунир.

– С платьем?

– А как же, Юла, без него будет как-то неприлично.

Я тихо засмеялась и, немного успокоившись, взяла свои эмоции под контроль.

Входя в странное похожее на большой воздушный шар здание больницы, я уже пришла в себя. Но свой паспорт Суниру не отдала. Положила его в кармашек к прочим картам. Чувство какой-то гордости и важности меня не покидало. Я словно набрала дополнительный социальный вес.

Душу успокаивала какая-то уверенность.

Пока я витала в своих мыслях, мы оказались у небольшой регистрационной стойки.

– Нам нужен врач, - тихо произнёс мой миранец.

– Уточните какой, - мило растянувшись в улыбке, на меня смотрела вроде женщина неизвестной мне расы, смутно похожей на гуманоидную.

– У дочери больное сердце. Нам нужна срочно операция, - продолжил Сунир описывать нашу ситуацию.

– Мы не можем её сделать...

– Это и не требуется. Оперировать будут на Оюте, но состояние ребёнка ухудшается. К тому же она переболела. Нам нужна срочная диагностика.

– А это, конечно, - регистратор активировала светло-розовую панель и принялась тыкать в неё тонкими как палочки пальцами. Их у неё оказалось аж семь. Юла снова замерла испугавшись.

– Паспорт ребёнка.

Вытащив пластиковую карту, Сунир положил её на стойку.

– Паспорт ответственного лица.

Я было потянулась за своим документом, но мой миранец меня опередил, протянув свою карту.

– Кем являетесь ребёнку?

– Отец, - голос Сунира стал колючим.

– Кровный?
– регистратор снова бросила на меня короткий взгляд.

– Нет, - миранец покачал головой.

– Мать кровная имеется?
– что-то во взгляде этой иномирянки меня смущало: она рассматривала нас с Юлой как какую-то диковинку. Людей не видела, что ли.

– Ааа, - выдохнула я.

– Нет, - перебил меня Сунир.

– Ребёнок усыновлён?

– Да, - он кивнул.

– Ждите...

Женщина что-то защёлкала на табло. Сунир придвинулся к нам на шаг и быстро забрал у меня Юлу, а затем склонился и прошептал:

– На всех планетах инсекта, ответственное лицо или опекун ребёнка всегда мужчина. Женщина прав на потомство не имеет. Запомни это. У врача говори, только если я спрошу тебя напрямую. Запомнила?

– Ага, - кивнув, я глянула на регистратора. Улыбаясь безгубым ртом, она продемонстрировала странные выросты, почти как у муравьёв. Мне стало немного жутко. Не гуманоид, я ошиблась.

– Я записала вас к врачу с более привычной внешностью, чтобы ребёнку было комфортнее.

– Благодарю, - Сунир забрал со стойки странного вида талончик, больше похожий на фишку. Подхватив меня под локоть, потащил в одном известном ему направлении.

Пара коридоров, и мы оказались в большом зале, набитом аппаратурой. Кроме нас, тут уже наблюдалось с десяток пациентов всевозможных рас.