Чтение онлайн

– Не знаю. С утра, - по порядку ответил я, стараясь сдержать раздражение.

– Что это значит? Конкретнее можно?

– Это значит, что я не знаю, потому что два месяца ее внимания добивался, и только сегодня вышло.
– Раздражение скрыть не получилось.

Отец остановился перед воротами и хмуро взглянул на меня.

– Я говорил с помощником мэра. Она не простая иммейка, одна из наследниц.

Я начал злиться.

– И?

– Мама считает, что ты мог бы найти девочку... Попроще. Человека, например, или гибрида.

В глазах отца промелькнуло сожаление. Я оперся плечом о ворота и скрестил руки на груди.

– Пап, что ей не угодила Илмера, я знаю. Можно не повторять. Просто скажи, что ты сам думаешь. В этом хотя бы будет смысл.

Отец фыркнул.

– Язык бы попридержал. Мать тебя любит и переживает.

– За что переживать-то? За то, что я счастлив, и впервые добился, чего...
– Я осекся.
– Кого хотел... Долгой жизни мне и безо всякого риска не светит. Получить образование или любимую профессию - то же самое. Мне осталось в среднем пятнадцать унылых лет в этом городе, на этой ферме, без денег, без профессии, без образования, без надежды на будущее.

Я старался говорить сдержанно, без особого выражения, но с каждым новым словом отец сжимал зубы все сильнее.

– Плевать иммейцам на те убийства и на нас. Глупо считать иначе и мнить себя центром Вселенной. Вы все всерьез думаете, что они не нашли бы потомков Палачей, если бы захотели? Но не стоит переживать, - я зло усмехнулся.
– Она закончит то, зачем прилетела, и отправится домой, оставив меня всего лишь частью своих воспоминаний. Это для меня время с ней будет половиной жизни, для нее - малая часть. И мать снова будет счастлива и спокойна.

Я с вызовом смотрел в глаза отцу и ждал ответного удара. Впервые я так открыто высказывал мысли вслух, прекрасно понимая, что они приведут его в ярость. Так и случилось.

– Мы тебе жизнь дали, - процедил он сквозь зубы.

– Для чего?
– в той же манере ответил я.

– Дети - это счастье!
– повторил он стандартную, давно заученную и совершенно бессмысленную фразу.

Я понял, что попытка поговорить начистоту провалилась, но закончить мысль все же хотелось:

– Для вас - возможно. Не спорю. А мне-то жизнь зачем?

В глазах отца что-то изменилось. Они стали чужими, холодными.

– Пошел вон из моего дома!

Удар оказался настолько неожиданным и болезненным, что смысл слов дошел до меня не сразу. Несколько долгих секунд я растерянно смотрел на того, кого всегда уважал и считал умнее остальных членов своей семьи.

– Вернешься, когда одумаешься, - закончил он, будто нарочно рассеив все мои сомнения.

Боль и раздрай отступили так же быстро, как появились. Им на смену пришло чувство уверенности в своих силах и удивительное спокойствие.

– Хорошо, - кивнул я, развернулся и пошел по дорожке в направлении дома. Каждое движение давалось мне легко, даже слишком легко. Разве не должен был я быть напуган, раздавлен, опустошен?

С этими странными размышлениями я миновал гостиную и поднялся по лестнице в свою комнату. Вещи, которые я посчитал возможным забрать, уместились в школьную сумку и охотничий мешок. Не оглядываясь, с диковатой смесью тоски и облегчения я покинул дом.

У выхода меня ждал Тим. В руках он держал поднос с чашками.

– Илмера сказала, что у тебя лицо решительное.
– Он кивком указал на мой багаж.
– Что возможно вот для этого идешь так сердито и не к нам, поэтому выдала мне посуду, тебя велела отправить к ней в машину, а Сура я сам довезти должен. Глеб, она командует довольно много. Ты знаешь, да?

Я усмехнулся.

– Поехали к деду. У него поживу.

Тим прищурившись оглядел меня с ног до головы и кивнул.

– Езжайте. Мы следом.

Она ждала меня у гибрида. На ней была моя куртка, а в черных глазах не отражалось ничего, кроме безмятежного спокойствия. Я молча сложил свои вещи в багажник, сел на пассажирское сиденье и достал смартфон. Предстояло договориться с дедом о временном проживании на его свалке. Селене неспешно закрыла обе двери, завела машину и начала излишне осторожно выезжать с паковки, будто вдруг потеряла прежние навыки вождения. Только когда на крыльце показалась испуганная мама в сопровождении Тима, я понял суть этого маленького, совершенно неуместного меневра. На мой осуждающий взгляд она лишь повела плечом и нажала на тормоз.

– Глеб!
– Мама добежала до нас. Пассажирская дверь сложилась, и ее пальцы болезненно сжали мое плечо.
– Глеб!

Она потянула меня за рукав футболки. Я положил ладонь на ее пальцы и поднял взгляд.

– Не надо. Поеду к деду. Или к Тиму. Все хорошо. Я тут.

Она растерянно хватала ртом воздух, стараясь найти слова. Я вышел из машины, обнял ее за плечи и повернул лицом к дому.

– Ступай, все хорошо. Тебе внуков скоро привезут, ты их напугаешь, если будешь так переживать, и себе здоровье испортишь. Иди в дом, все хорошо. Завтра в кафе сходим, твое любимое. Хочешь?

Она беспомощно посмотрела на меня, вникая в мои слова.

– Приедешь в город?

Смысл сказанного, наконец, достиг ее сознания, черты лица расслабились. Она послушно кивнула.

– Ну, вот видишь, - улыбнулся я, вынуждая ее сделать несколько шагов.
– Как будто я раньше дома не ночевал. И днем всегда где-то шатаюсь. Сама ворчала.

– Глеб, - прошептала она, оглядываясь на машину.

– Я все знаю. Я не нужен ни одному иммейцу, поверь. А был бы нужен, давно бы нашли.

– Она и нашла, - уже беззвучно промямлила мама.

Я улыбнулся.

– Не она меня, а я ее. Это я пристал к ней. Она просто лингвист и изучает наш язык. Ступай в дом. Завтра увидимся. Я напишу тебе.

– И сейчас напишешь?

– И сейчас напишу.

– Только все время пиши.

Я усмехнулся.

– Хорошо. Иди.

– Глеб...
– Она попыталась произнести еще что-то, но я не дал.

– Иди. Завтра увидимся.

Мама вздохнула и нехотя, на ватных ногах поплелась к дому. У входа ее ждал отец. Я не стал смотреть на него и выражение его лица. Не хотел сейчас знать ни его эмоции, ни его мысли.

На этот раз Селене не стала изображать плохого водителя. Сидя рядом с ней и объясняя деду причины, по которым я вдруг оказался его потенциальным жильцом, я чувствовал себя свободным. Немного разбитым, но свободным. Закончив диалог, я убрал смартфон в карман куртки и нервно усмехнулся.

– Ну вот. Теперь никаких скучных ремонтных работ.
– Шутка вышла кривая.

Она внимательно уставилась на меня своими завораживающими глазами.

Автопилот послушно взял на себя управление.