Чтение онлайн

Селене Илмера

Снова утомительное «вас». Множественное число начало раздражать, хотя скорее это реакция на стресс. Никогда в жизни ни за кого так не боялась, как сегодня за Глеба. Когда нож оказался у его горла, у меня дыхание перехватило. Когда он резко выдохнул при ударе, разум застлала пелена ярости. Я слукавила, когда сказала ему, будто все трое гибридов придут в себя. Третий возможно уже не оправится. Силу воздействия на его сосуды я не рассчитывала.

А еще очень надеялась, что местный медработник все же проявит больше внимания ребрам моего чистокровного, нежели мне. Если не просветят кости на предмет перелома, я сорвусь. Почти все силы ушли на внешнее спокойствие в присутствии Глеба, на осторожное и бережное обращение с его эмоциями, и теперь я чувствовала себя как натянутая струна. И, конечно, мне стоило заранее просчитать вероятную реакцию моего человека, согласовать с ним все возможные варианты действий. Короче, этой тала нужно бьло сначала продумать все, а потом делать!

Помощник шерифа вывел меня в коридор и, получив разрешение на запись диалога, приступил к опросу. Молодой, тоже чистокровный, он заметно нервничал наедине со мной, но очень старался выглядеть суровым, что придавало ему несколько беспомощный вид. Беспомощный и милый. Как Глеб. «Иванов П.» - гласила надпись на грудной нашивке. Я протяжно вздохнула, чем спровоцировала обеспокоенный взгляд со стороны собеседника. На такого не сорвешься.

– Может, вам присесть?
– уточнил он после того, как я закончила подробный пересказ своих действий внутри больницы.

Я мягко улыбнулась:

– Нет, спасибо.

Помощник шерифа несколько замешкался перед следующим вопросом:

– Зачем вам понадобилось проникать сюда ночью? Вы знаете официальные часы посещений?

– Нет, не знаю. Я не проникала. Я прошла.

– В охраняемое здание и к охраняемой отдельно палате?

– Охраны не бьло ни там, ни там, поэтому никак не могу прокомментировать вопросы.

Напускная суровость чистокровного улетучилась. Он вдруг занервничал.

– Возле палаты никто не стоял?

Я отрицательно покачала головой:

– Нет.

Выругавшись, он приостановил запись и связался с шерифом.

– Это ваш друг?
– Не хотела быть навязчивой, но отчего-то хотелось проявить немного участия.

– Коллега, - сдержанно ответил помощник и начал очень сосредоточенно стряхивать несуществующую грязь с манжеты рубашки.

– Значит, друг, - резюмировала я, чем несколько испугала сурового служителя закона.
– Простите. Если бы знала, что там кто-то должен дежурить, то начала бы с поисков.

– Давайте продолжим.
– «Иванов П.» постарался избавиться от ненужных эмоций.

– Да.

– На каких основаниях вы решили, - он чуть помолчал, подбирая слова, - провести самостоятельную беседу с п... с гибридами? Что можете провести... беседу.

– На основании агрессии в отношении подопечного Пятого правящего дома.

Помощник снова растерял суровость.

– Что?

– Я Илмера - дочь Гериона. Вешняков Глеб находится под опекой моего рода. Прошлой ночью трое неизвестных проявили агрессию, я была вынуждена вмешаться и остановить незаконное проникновение на частную территорию. Я закончила. Остановите запись.

– А, - озадаченно кивнул чистокровный, потом тряхнул головой и выполнил мою просьбу.

Я виновато улыбнулась:

– В межпланетном соглашении это есть. А «П» - это что?

– Что?
– не понял меня Иванов.

Я молча указала пальцем на нашивку.

Он с чувством прошептал ругательства.

– Я не представился в самом начале на записи, да?

Удержаться от смешка у меня не вышло. Точно как Глеб, только старше.

– Это я - Паша, - обреченно проговорил помощник и снова нахмурился, глядя на

меня.

– Очень приятно, Паша. Вам теперь нужен Глеб?

Он кивнул.

– Хотите пойти пока присоединиться к поискам друга?

– Не могу, - сердито проговорил Павел.

В этот момент прозвучал вызов по внутренней полицейской сети и мой новый знакомый облегченно выдохнул.

– Искренне рада, что все обошлось, - улыбнулась я.

Паша смутился, но все же выглядел счастливым.

– Да как сказать! Связанный в кладовке со швабрами - это теперь шуток не оберется.

Я удивленно взглянула ему в глаза. Шуток? В адрес человека, пережившего кризисную ситуацию?

– Ну да, - ответил помощник на невысказанный мной вопрос.
– И от меня в первую очередь!

Его странная решимость что-то уловимо напоминала. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить: дружба между Глебом Тимуром и Мансуром выглядела именно так.

– Вы, земляне, - чудные.
– Улыбнулась я.
– Но умные, красивые и милые. Зачем вам гибриды не понимаю.

Павел удивленно и немного растерянно уставился на меня. Я пожала плечами и направилась обратно в кабинет. Без Глеба окончательно стало тоскливо. И никакой другой очаровательный чистокровный не заменит мне обожающий взгляд голубых глаз. Может, притупит на время потребность в общении своей схожестью, но не заменит.

Глеб, по-прежнему обнаженный по пояс, стоял у стола и с любопытством рассматривал свои внутренности на экране. Стоило нам войти, он тут же обернулся.

– Можете одеваться. Все в порядке, - резюмировал дежурный.

У меня будто камень с плеч свалился, я улыбнулась встревоженному «подопечному» и позволила себе окинуть его обнаженный торс восхищенным взглядом, а следом и его порозовевшие уши и смущенную довольную ухмылку. До чего же соблазнительный!

– Могу я теперь побеседовать с вами?
– обратился к Глебу Павел.

– Ага, - согласился мой человек, излишне медленно натягивая на себя футболку.

Проходя мимо, он будто случайно задел пальцами мою талию. Я вышла следом, и

к неудовольствию помощника шерифа стояла рядом с Глебом все время опроса.

В злом умысле очаровательного Павла я не подозревала, как бы хмуро он не поглядывал на меня, мои опасения касались темы подопечности. Реакцию Глеба, увы, предсказать я не могла. Нам, по возможности, уже сегодня предстоял долгий, обстоятельный разговор наедине, где самовлюбленной ирра придется покаяться во многом. От одной только мысли я тяжело вздохнула, чем привлекла внимание обоих людей. Мой чистокровный осторожно взял меня за руку и продолжил диалог. Ему явно хотелось поскорее разобраться с формальностями.