Чтение онлайн

– Чувствую, - высказала я свои предположения, - что тебя мне не перегнать!

– Есть желание?

– Есть. Но оно тебя не обрадует!

– Наглая!

– Тебе ли говорить! – я нашла стул и плюхнулась на него. Спина устала. Рисковала ли я? Нет. Если что превращусь в воробья и упорхну.

– Убить меня хочешь? – дочь Да'Орона тоже не сильно волновалась. Подошла к одному из столов, небрежно смахнула карты, отыскала бутыль с вином и отпила прямо из горлышка. Мне не предложила.

– Нет. А вот папочку твоего… - продолжать я не стала, пусть думает, что пожелает.

Женщина отставила бутыль на стол, подошла ко мне, наклонилась и яростно шепнула:

– А вот в этом наши с тобой желания, птичка, совпадают!

– Считаешь, я тебе поверю? – не дрогнула даже тогда, когда она поставила ногу на край моего стула. Я смахнула конечность неприятной собеседницы, а затем мы пару минут пристально пялились друг на друга. Никто не хотел отводить взгляд первой. Продолжая смотреть в ее глаза, я поднялась и выразительно представилась:

– Велея Липкина.

Она фыркнула, но ответила:

– Дара.

– Так просто? – я не привыкла верить врагам (ну или предполагаемым врагам) на слово.

– Что тебя удивляет?

– Ты дочь…

– …четырех стихийницы Ольгены из Морского Края! – закончила она за меня.

Я нахмурилась, никогда не верила первым встречным и сейчас пыталась понять, чего этой особе от меня нужно. По выражению ее лица невозможно было вычислить, о чем она думает. Не исключаю, что имя самое настоящее. Я внимательно слушала рассказ Веснушки и знала содержание письма Ольгены.

– Докажи! – дерзко предложила я.

– Нагла не в меру! – подивилась Дара, но кивком разрешила продолжать.

– Покажи мне здесь все, а заодно расскажи!

– Не вопрос! – она, недолго думая, согласилась, и я рискнула добавить:

– А затем отпусти!

– Куда? – ее вопрос не заставил ждать.

– В Омбрию! – ляпнула первое, что придумала.

Дара не поверила, усмехнулась:

– А долетишь ли, пташечка?

– А вот это не твоя забота, не кажется?

– Я уверена, что моя. Глупая ты, сова Лея, - намекнула собеседница, а затем приглашающе вытянула руку в перчатке.

– Твой папенька постарался?

– Кто же еще? – хмыкнула она, сощурив сиреневые очи. – И Врата перемещения его задумка! – непонятная тень на миг омрачила прелестное лицо.

– Подробности! – мне не хотелось становиться совой и занимать перчатку. Что-то неприятное было в ней, чудовищная магия испытывала мои нервы на прочность.

– Сначала осмотри здесь все, потом задавай вопросы! – выразительно поглядывая на меня, с усмешкой сказала Дара.

Я ненавидела тянуть время и отчетливо понимала, чем обернется промедление, поэтому спорить дальше не стала. Обернулась птицей и с недовольным видом уселась на предложенную руку.

– Рада, что ведьмы поумнели! – оскалилась собеседница и вышла в коридор.

Я уже начинала ненавидеть это зеленое пламя. Красное, обычное, пусть и пугало, но казалось своим, родным. Дара шла вперед, до моих чувств ей не было никакого дела. Мне, впрочем, тоже, я сосредоточилась. Сейчас важно понять, что у дочери Да'Орона на уме. Радует, что меня она не убила сразу, но почему?.. То, о чем я не отказалась бы узнать. Выражение лица Дары было бесстрастным. Однако, я сумела разгадать, пусть и не сходу, какие чувства мелькнули в ее глазах. Боль, тревога, ярость. И я бы так переживала, если бы кто-то из моих родных и любимых находился в опасности. Так о ком волнуется Дара?

Вопрос вертелся в голове, я не могла позволить себе расслабиться даже на минуту. Думала и думала, не забывая смотреть по сторонам. Мы вышли к обрыву, а внизу, насколько хватало глаз, располагалась подземная долина. Зеленый свет пылал на стенах, позволяя разглядеть войско изменчивых. Они не сидели, сложа руки: жгли костры, готовя пищу, точили оружие, тренировались, что-то обсуждали - готовились к битве.

Оставив эту пещеру, мы вошли в другую. Я не сдержала эмоций, услышав дико звучащее:

– Ух-у-ух!

– Ага! И это мы с мамой берегли долгих пять веков! – сквозь зубы призналась Дара, глядя на спящих в каменных нишах изменчивых. – А одна глупая девчонка, решившая, что одним взглядом своих голубых глазок укротит моего папашу, все испортила!

– Лами Кнутова? – я на миг вернулась в свое тело, прислонилась к стене и прикрыла веки. – Невероятно!

– А ты не верила?

– Не то, чтобы не верила… - махнула рукой. – Слышала, что магини дурные, но не настолько же?!

– Значит, мы обе ошиблись! – кровожадно сверкнула глазами Дара.

– Ты ее убила? – я посчитала своим долгом узнать о судьбе Кнутовой.

– Хотела. Но она единственная, кого слушается звездный! А это важно моему проклятому папеньке! – я не услышала в ее голосе должного уважения к родителю.

Поверить в искренность Дары было сложно, и я велела себе оставаться настороже.

– Удивительно! – все, что проговорила вслух.

– Вернись! – властно приказала она. – Нам нужно двигаться дальше!

Я без вопросов обернулась совой и заняла прежнее место.

Мы вышли на улицу. Ночь вступила в свои права. Луна, укутанная в пушистые облака, будто в пуховое одеяло, то и дело посматривала вниз, проверяя, что делается на земле. Звезды таинственно перемигивались. Мне все происходящее чудилось кошмарным сном. Обитатели разрушенного города продолжали свои дела. Сова, возмущаясь, поухала.

– Угу! – кивнула Дара. – Торопятся! – и опять тень затуманила ее взгляд.

Не о папаше же она так волнуется? О маме, той самой Ольгене? Неужели Да'Орон и его жена не смогли договориться, а страсть и любовь угасли спустя много веков?

Сова, волнуясь, снова заухала.

Дара прогулялась по долине среди обломков и валунов, подошла к самым Вратам, разрешая своей питомице, безостановочно крутить головой.

Я сумела выделить отдельные детали. Происходящее мне больше и больше не нравилось. Недаром сами творцы отправили нас на север. Вопросов накопилось множество, но начала с главного:

– Твой отец понимает, чем грозит Вейтерре новая война?

– Ему хочется видеть хаос и разрушения. Кровь и страдания. Ярость и бессилие! – Дара пожала плечами и уселась на стул, вытянув длинные ноги к костру.