Чтение онлайн

Мона кивнула. Она хорошо помнила добродушную старую деву, истово ухаживающую за больными, одинокими и всеми, кто – по её мнению – нуждался в помощи, иногда даже назойливой, но всегда искренней. Мери – белая, но всегда твердила, что все люди – божьи дети, и лечила даже рабов, но, разумеется, с позволения хозяев, и к ней, как к местной безобидной достопримечательности, ни местная полиция, ни СБ не цеплялись. А уж теперь-то… Так что отец будет и присмотрен, и ухожен.

И потянулись друг за другом почти безмятежные дни…

…В маленькой уютной – потому что она своя собственная – гостиной чисто и спокойно.

– Как ты думаешь, мама? – Мона погладила себя по животу. – Ещё долго?

– Ему там хорошо и удобно, – Айрин была полностью занята вязанием и говорила, не поднимая головы. – Вот он и не торопится.

– Найдж так волнуется…

– Мужчине положено, – Айрин снова пересчитала петли. – Главное, чтобы ты была спокойна.

– Угу, – согласилась Мона, разглядывая своё вязание. – Мама, не велика?

– Ну, так будет на вырост.

Спокойствие матери иногда раздражало Мону, но… без мамы она сама, конечно, ни с чем бы не справилась.

Айрин посмотрела на часы – гордо красовавшийся на каминной полке подарок Кена, Митча и Дика на новоселье – и собрала свою корзинку для рукоделия.

– Пора накрывать, Мона. Вот-вот Найджел придёт.

Мона кивнула и отложила вязание на столик.

– Мама…

– Убери в корзинку, а не бросай, где попало.

Мона только собралась заявить, что она – не маленькая девочка, а взрослая женщина, как вошёл Найджел.

– Привет! Ну, как…?

– Привет, – улыбнулась Айрин. – У нас всё в порядке. Сейчас будем обедать.

– Да, спасибо, – рассеянно ответил Найджел, подходя к Моне.

Она храбро улыбнулась ему.

– Ты сегодня рано, ничего не случилось?

– Нет, всё в порядке. Как ты?

– Так же, – она невольно вздохнула.

Найджел осторожно обнял её за плечи, коснулся губами виска.

– Всё будет хорошо, Мона. Я знаю.

– Откуда?

– Знаю, и всё, – он осторожно, кончиками пальцев поднял за подбородок её лицо. – Посмотри на меня. Я – твой муж, и я говорю, что всё будет хорошо. Ты должна мне верить.

– Верю, – улыбнулась Мона.

И за обедом благодаря Айрин всё было спокойно и буднично. Как в любой другой день…

…И так день за днём, неделя за неделей. Айрин уже перезнакомилась со всей Новой улицей, и даже Найджел перестал волноваться, когда всё началось.

Найджел как всегда утром поцеловал Мону, попросил её быть осторожной, заверил, что всё будет хорошо, и ушёл на работу. Мона помахала ему вслед с крыльца и пошла на кухню.

– Я помогу, мама?

Айрин с улыбкой посмотрела на неё.

– Хорошо.

Мона потянулась к полотенцу, чтобы вытереть уже вымытые тарелки, и вдруг замерла с протянутой рукой. Айрин посмотрела на неё и, бросив в раковину губку, быстро вытерла руки о передник.

– Идём, ляжешь.

– Мама, – наконец выдохнула Мона. – Это оно?

– Идём, – повторила Айрин. – В любом случае тебе лучше лечь.

– Да-да… мама… мама…

– Всё в порядке, Мона, вот так, сюда…

Она довела Мону до спальни, уложила… да, надо послать за Тётушкой Кики, все говорили, что у неё лёгкая рука… и за врачом… мой Бог, Моне надо переодеться… мой Бог…

Кто известил Тётушку Кики, славившуюся на весь Цветной квартал своей «лёгкой рукой», так и осталось неизвестным. Та просто вдруг появилась в спальне и, не теряя ни секунды, всё привела в порядок, и роды пошли… как им и положено, когда мать и ребёнок здоровы, повитуха знает своё дело, и никто не путается под ногами и не лезет с непрошенными советами. Айрин, соседки, помощница Тётушки Кики, даже Мона, – все её слушались, делали, что она говорила, и мальчишка вышел… прямо на загляденье. Крепенький, горластый, в мамкину родню цветом, и крупный, в отца с дядьями, те тоже не мелкие, и красивый, вот подрастёт, так девки табуном за ним бегать будут. Племянник Тётушки Кики, или кем он там ей приходится, тоже вовремя оказался под рукой, и его послали известить Найджела.

И когда Найджел влетел в дом, всё было уже в полном порядке. Айрин, Тётушка Кики, Эстер и ещё две соседки пили кофе в гостиной и встретили Найджела дружным хором:

– А вот и папочка!

Стоя в дверях, Найджел умоляюще смотрел на них, задыхаясь от бега и не в силах что-либо сказать.

– Вот все они так, – засмеялась Тётушка Кики. – Всё в порядке, парень. Сынок у тебя что надо.

– Мона…? – наконец выдохнул Найджел.

– Она в порядке, – улыбнулась Айрин.

– Я…где она?

– Идём, – встала Айрин. – Берите ещё печенья, – предложила она гостьям.

– Конечно… конечно…

Эстер с улыбкой кивнула и потянулась к кофейнику, чтобы налить всем остальным ещё кофе.

Мона дремала, но, когда Найджел вошёл, открыла глаза и улыбнулась ему.

– Привет, Найдж.

– Мона…

В два шага он подошёл к кровати и опустился на колени у её изголовья.

– Ну, что ты, Найдж, – Мона погладила его по голове. – Всё в порядке. Малыш просто чудо. Хочешь посмотреть на него?

– Да… Конечно… Где он?

– Да вот же.

И только после её жеста Найджел увидел корзинку-колыбель. Откуда она?

– Это нам подарили. Правда, красивая?

– Да… Но малыш лучше.

Мона рассмеялась.

– Ты же не видел его.

– Почему? – нагнувшись, Найджел рассматривал крохотное личико. – Вижу. Он чудо, Мона. Но… он такой маленький…

– А Тётушка Кики сказала, что настоящий великан. Десять фунтов без малого. Дай мне его, Найдж.

Найджел растерянно обернулся к ней.

– А… а как?

Айрин, всё это время стоявшая в дверях и с невольными слезами умиления смотревшая на них, быстро подошла.

– Смотри, это делается так.

С её помощью Найджел достал из корзинки ребёнка.

Снизу доносились голоса, и Айрин поспешила туда, оставив их наедине. Мона протянула руки, но Найджел медлил, держа на руках ребёнка и рассматривая его.

Так их и застали Роберт и Метьюз, осторожно войдя в спальню.

– Привет, – улыбнулась им Мона и сразу ответила на ещё не прозвучавший вопрос: – Я в порядке.