Чтение онлайн

— Они действуют исключительно в своих собственных интересах, Иосиф Виссарионович. Деньги для таких людей не самоцель, а инструмент. Они теперь очень значимые персонажи в истории Человечества, вот и вписывают свои образы в учебники. Учебники напишут победители, а победителя они уже знают. На Японию мы имеем возможность воздействовать, без привлечения их представителя в «Комитет» с правом голоса. Теперь они слишком зависимы от поставок Арабской нефти. И как государство в целом, и отдельными корпорациями.

— И с такой зависимостью от поставок нефти, вы всё равно допускаете их войну с САСШ? Ведь можно просто прекратить поставки.

— Сложно. Это бизнес, и Япония наш основной покупатель. Сейчас мы бьёмся за их рынок с Royal Dutch Shell Petroleum Company, в том числе играя на понижении цены. Японцы этим пользуются и накапливают запасы, так что простым прекращением поставок мы войну не предотвратим. К тому-же «Организация» до сих пор не уверена, что «старые деньги» в Америке не возьмут у нас реванш. В этом отношении мы уверены только в СССР и Третьем рейхе. Именно в таком порядке. Наш главный союзник СССР. Поэтому голос советского представителя в «Комитете» для нас очень важен. Кандидатуру Зиновьева я предложил, но именно на ней не настаиваю. Примем любого, кого вы делегируете.

— Кандидатура Зиновьева нас устраивает. Кроме него, на это место подхожу только я, но у меня и без того хватает работы. Что даст нам война за Гран-Чако? Мы же поссоримся с половиной Латинской Америки.

— Мы не поссоримся, Иосиф Виссарионович. Мы наёмники, деньги таким образом зарабатываем, какой смысл кому-то с нами ссориться? Латинская Америка перессорится между собой, это — да, а её прогрессивная часть ещё и с Лигой Наций.

— Прогрессивная — это Бразилия?

— Если в Гран-Чако у нас всё получится как запланировано, то не только Бразилия, а весь «Южный конус». У Аргентины тоже имеются к британцам старые счёты. Есть возможность включить в число «прогрессистов» Колумбию, Венесуэлу и даже Перу. Развитие доктрины Монро вполне реально. Ведь Суринам, Гайана и Французская Гвиана до сих пор колонии европейцев, так что такое движение даже САСШ не сможет осудить, а это ещё один раскол мировой элиты в нашу пользу. Чем больше мы сможем организовать таких расколов, тем в лучшей конфигурации подойдём ко Второй Великой войне.

— Тактика булавочных уколов. Логика в этом есть, только ведь всё это может сработать вопреки вашим расчётам и настроить против нас весь мир.

— Можно подумать, весь этот мир сейчас за нас. Если ничего не предпринимать — он обязательно сплотится. Думаете, вам просто так подарят большую часть мирового рынка? А ведь вы замахнулись именно на большую его часть, причём самую вкусную, самую маржинальную — самую высокотехнологичную продукцию. Думаете, британцы с французами смирятся с ролью поставщиков сырья каким-то большевикам, обнуляющим их капитал?

— Не смирятся. Я не про это. Воевать мы обречены, но не хотелось бы воевать вдвоём против всего мира.

— Нам этого тем более не хотелось бы, Иосиф Виссарионович. Именно поэтому «Организация» предложила такие мягкие условия мирного договора с Японией. Империя Ямато тоже колониальная, но она по крайней мере сама за себя, действует исключительно в своих собственных интересах. Людьми они считают только себя, остальных — варварами.

— И мы теперь для них варвары полезные.

— Именно так. А остальные — враждебные и злобные.

Большевики лучше всех в этом мире понимали значение «длинной руки» авиации в войнах будущего, поэтому аэродромы с бетонными взлётно-посадочными полосами, причём сразу на вырост (под расчётные потребности машин уже с реактивными двигателями, то есть «стратегов»), строили очень бодро.

Аэропортов пока нет, но некий транзитный сервис, организованный, без сомнения ВЧК, уже наличествовал и в Челябинске, и в Красноярске, и в Харбине.

Харбин теперь столица самого настоящего независимого государства, поэтому приём нам организовали на высшем уровне. Гимны СССР и Третьего рейха, а Маньчжурским временно стал «Прощание славянки».

Отсюда нам до Кобе остался всего один «прыжок». Отсюда мы скоро сможем бомбить Шанхай, Гонконг и Сингапур.

СИ-3 уже на подходе. Сикорский выступал против конструирования машины с шестью поршневыми двигателями, но у него действующий контракт с «Цюрих Технолоджис», а у нас такой запрос-каприз возник

Реактивные двигатели по-прежнему печалили крайне низким ресурсом, хоть мы и начали понемногу экспериментировать с титаном и его сплавами. Некоторые положительные результаты мы уже получаем, и свет в конце тоннеля вроде начал проглядываться, но тоннель оказывается очень длинный и путь к этому свету (до серийно выпускаемых двигателей с заданными характеристиками) нам проходить ещё лет пять.

Консорциуму Триумвирата Морган-Рокфеллер-Форд удалось выкупить у «Vickers-Armstrong Limited» компанию «Rolls-Royce Motor Cars» и выделить её авиамоторное подразделение в отдельное юридическое лицо со штаб-квартирой в швейцарском Санкт-Галлене.

Сам Роллс-Ройс теперь специализируется только на автомобилях, причём дорогущих спорткарах. Для этого компании передали нужные патенты, организовали льготный кредит и даже оформили намерение организовать престижные автогонки, вроде Формулы-1, а всё её авиационные наработки (вместе с конструкторским бюро и интеллектуальной собственностью) признали бесперспективными и слили с «таким же бесперспективным» авиационным подразделением немецкой (то есть баварской) «Bayerische Motoren Werke AG» в Швейцарии. БМВ теперь тоже готовится к будущей Формуле-1, чемпионским титулам, громкой славе и спросу на спорткары, а унылый «Санкт-Галлен Механикс» балансирует на грани банкротства.

Разумеется, по официальной информации для широкой публики. На самом деле движки у «СГМ» получатся отличные. Весь доступный для поршневых моторов максимум мы выжмем, а это задел уже на очень длительную перспективу. Реактивная авиация винтовую полностью никогда не заменит — это ведь два параллельных (то есть непересекающихся) направления. Реактивная авиация быстрее и выше, но она очень капризна к условиям эксплуатации, а, следовательно, в целом намного дороже. Поршневые самолёты способны работать с любой наспех расчищенной от пеньков и бурелома лесной полянки — и это очень крупный козырь прежде всего во время войны. Да и после войны аэродромы с бетонными ВПП построят не везде и не сразу, так что и коммерческое использование таким машинам гарантировано на долгие годы.

В общем, «моторчик SGM» на замену «Даймлер-600» у нас уже на подходе, а с шестью такими мы получим в СИ-3 уже настоящего «стратега», способного отбомбиться по Сингапуру из Харбина восемнадцатью тоннами бомбовой нагрузки с высоты в семь с половиной тысяч метров.

Задача для средств ПВО всё усложняется и постепенно переходит в разряд нерешаемых для нынешней ствольной артиллерии с земли. Теперь пушку (именно пушку, хотя бы дюйма в полтора-два, а не какой-то трёхлинейный пулемёт) нужно устанавливать на истребители, при этом суметь добиться для этой конструкции такой-же скорости и высоты.

Лет пять им всем на это понадобится, как раз мы успеем реактивную авиацию в серийное производство запустить.

А пока вернёмся в Харбин. Маньчжурская Народная Республика сейчас главный раздражитель мирового (назовём его условно «Версальским») порядка. Совершенно непонятное моими здешними современниками государственное образование. А ведь стоит признать, что здешние мои современники люди очень умные, особенно достигшие определённых высот, особенно в большой политике.

Удивляться их непониманию не стоит. Я сам пока не знаю, как сложится судьба этого нашего политического создания.