Чтение онлайн

Волк не сдержал усмешки.

– Готовь я как родители Ши Фэнми, возможно, никогда бы и не стал заклинателем.

– Твоя правда.

Взяв в руки горячую пиалу, Вэнь Шаньяо вдохнул аромат чая. Стоило ему сделать глоток, как он закашлялся, с таким отвращением взглянув на чай, словно ему предложили отведать яда.

– Лекарь сказал тебе выпить все.

– Я не буду это пить.

– Надо.

– Оно ужасно на вкус! – чуть ли не со слезами в голосе воскликнул Вэнь Шаньяо.

– Лекарство и не должно быть сладким.

– Но я словно пью лошадиную мочу!

С недоверием взглянув на него, Лэн Шуан сделал глоток из пиалы и тут же выплюнул.

– И вправду, на вкус как лошадиная моча.

Вэнь Шаньяо согласно закивал. Он пробовал много горьких лекарств, но это было хуже всех. Единственное, что оно могло сделать, – это выжечь горло и навсегда лишить способности различать вкус.

– Лучше пока это и вправду не пить, – смилостивился волк, вылив содержимое чаши в пустую вазу. – Я нашел дом неподалеку. На лошади добираться около часа, но на мече всего пару минут.

Как бы Вэнь Шаньяо ни боялся высоты, оставаться в этом месте еще на день он не собирался.

– Хорошо. Тогда на мече.

– Уверен?

– Да.

Вэнь Шаньяо сел, нерешительно коснувшись босыми ногами пола, и заставил себя встать. Щиколотки пронзила острая боль, и он рухнул на колени, задыхаясь от накатившей слабости.

– Для первого раза неплохо, – заметил волк.

– Не смешно.

– Я и не шутил, – серьезно ответил Лэн Шуан и усадил его на кровать. – Неужели думал, что сразу пойдешь?

– Было бы чудесно, – проворчал Вэнь Шаньяо, позволяя вновь укутать себя в теплый плащ.

Лэн Шуан поднял его на руки и вышел во двор. Следуя мысленному приказу, Шуайцзяо покинул ножны, зависнув у ног хозяина.

– Готов?

Помедлив, Вэнь Шаньяо кивнул и, обвив руками чужую шею, чтобы спрятаться от ветра, закрыл глаза. Сейчас ему бы все равно не хватило сил вырваться из хватки волка. Только и оставалось, что, зажмурившись, прижиматься к нему и изо всех сил стараться успокоить свое сердце, готовое вот-вот выпрыгнуть.

Ветер неприятно холодил голые стопы, норовя забраться под плащ и завыть в ушах. Вэнь Шаньяо с трудом мог сказать, что для него страшнее: вновь подвергнуться пыткам Ни Цзана или оказаться на несколько минут высоко в небе, обдуваемый всеми ветрами? Наверное, он бы не хотел повторять ничего из этого.

– Ты действительно хочешь меня без волос оставить?

Нерешительно приоткрыв глаза, Вэнь Шаньяо опасливо взглянул вниз. Они уже стояли на зеленой, покрытой травой земле. За небольшим заборчиком высился аккуратный деревянный домик с черной крышей и висящими по углам фонарями. Рядом росли алые клены, а чуть дальше протекала река с деревянным мостом через нее.

– Как вы быстро, – раздался голос Луаня, который старательно подметал ступеньки. – Я думал, кое-кто будет упрямиться.

– Ты все подготовил?

– Вроде да. Если что, стащим из Бэйай – все равно им уже терять нечего, – захихикал дух.

Внутри дома оказалась всего одна комната, но довольно просторная, чтобы в ней поместились двое юношей и дух. Кое-где еще виднелась пыль и спрятавшаяся по углам паутина, но в остальном дом не выглядел заброшенным.

– Он раньше принадлежал пилигриму, – ответил на невысказанный вопрос волк, неся Вэнь Шаньяо к кровати. – Он умер пару недель назад, и живший тут дух старался поддерживать порядок. Повезло, что демоны прошли мимо этого места.

– Верно… Ты вернешься в Бэйай?

– Придется. Мы пока следим за состоянием новой печати и ждем распоряжения от Сюэши. Я буду приходить пару раз в день, иначе от готовки Луаня ты так и не восстановишься.

– Эй! – возмущенно воскликнул дух. – То, что вам не нравится моя еда, еще не означает, что я плохо готовлю!

– Постарайся разминать ноги, – проигнорировав Луаня, продолжил волк. – Для начала хотя бы попробуй постоять.

– Я и сам это прекрасно знаю.

– Хорошо, тогда, будь добр, разденься.

Вэнь Шаньяо уставился на него, даже дух притих, пытаясь понять, что имеет в виду Лэн Шуан.

– Ты не сможешь сам себе сделать массаж. Не в таком состоянии.

– Хочешь сказать, что ты мне его сделаешь?

– Да.

– Не шути так, – испугался Вэнь Шаньяо.

– Я и не шучу, так что хватит упрямиться. Или доверишься Луаню?

Вэнь Шаньяо закусил губу от безысходности. Перед ним действительно тот самый северный волк, который в прошлых жизнях не прикасался к чужому обнаженному телу? Или Вэнь Шаньяо просто слишком много думает?

– Хорошо.

Выставив за дверь одного любопытного духа, Лэн Шуан растер на ладони прозрачную мазь, присел перед Вэнь Шаньяо и коснулся его стопы. Ощутимо вздрогнув, тот сощурил глаза, не сводя внимательного взгляда с волка. Его пальцы были мозолистыми, сильными и оставляли на белой коже красные следы, похожие на розовые лепестки сливы или персика. Движения были плавными, но немного болезненными, особенно на икрах. Заметив уже затянувшийся шрам от стрелы, Лэн Шуан на секунду остановился, но через мгновение продолжил как ни в чем не бывало. От мази пахло резким травяным запахом и имбирем, вдобавок она болезненно щипала кожу, однако оставляла после себя приятное тепло, уходящее в кости.

– Умеешь готовить, читаешь книги, которые даже опытным заклинателям не осилить, так еще и целебным массажем владеешь.

– Ты меня хвалишь или упрекаешь?

– Скорее удивляюсь. Где ты научился этому?

Некоторое время Лэн Шуан молчал, разминая холодные пальцы ног Вэнь Шаньяо в своих теплых руках.

– Моя мать умерла от ран тяньгоу [103] . Шрамы долгое время не заживали и болели, а отец не всегда был рядом, чтобы помочь ей. Пришлось выучить целебный массаж по точкам, чтобы хоть немного облегчить ее боль, – тихо признался волк.

– Какой она была?

– Сильнейшей после отца. Это она предложила ему жениться на себе, а отец даже не посмел отказать. – Лэн Шуан невольно улыбнулся от старых воспоминаний. – Матушка была его правой рукой, даже Шуайцзяо признал в ней второго хозяина.

Вэнь Шаньяо с удивлением взглянул на меч за спиной волка. Чтобы тот мог признать второго хозяина, пока первый еще жив… Одно дело, если меч передают по наследству, когда его бывший хозяин еще жив, и совсем другое, если меч сам выбирает себе второго хозяина. Видимо, мать Лэн Шуана была действительно выдающимся человеком.