Чтение онлайн

– Это потому твои глаза… ну… такие пугающие?

– Да. Во всех своих жизнях я отмечен Бездной, и ни в одной из них я так и не уверовал в Цзинь Хуэя. Дети Хаоса рождаются до сих пор – его тени бродят по Чуньцзе, а что насчет Цзинь Хуэя? Где его дети?

– Как же Гуан и Ухэй? – насупился Луань.

– Гуан и Ухэй спят, если уже не мертвы.

– Они не могут быть мертвы! – ужаснулся дух.

– Тогда почему они за столько тысяч лет не открыли глаза?

– Ты разве не знаешь, что сказал Цзинь Хуэй перед тем, как уснуть? Что как только Хаос и его слуги вновь начнут угрожать людям, то первыми пробудятся Гуан и Ухэй, а уже потом – он сам!

– Правда? Почему же, сколько бы я ни сжигал храмы Цзинь Хуэя, сколько бы ни заливал землю людской кровью, они и усами не пошевелили? – Приподняв бровь, Вэнь Шаньяо взглянул на небо, где с трудом угадывалось очертание дракона. – Эти ящерицы давно сдохли, и только солнце и луна не дают их телам свалиться на нас.

Луань нахмурился, пытаясь понять его слова, и все же осторожно спросил:

– Про какие жизни ты говоришь? Тетушка Фагуань не стерла твои воспоминания?

– Не в этом дело. Слишком сложно для твоей маленькой головы, – щелкнул его по лбу Вэнь Шаньяо.

– Она не такая уж и маленькая, – обиделся Луань, накрыв лоб ладонями. – А Демон знает, кто его ученик?

– Я бы предпочел, чтобы он не знал. И чтобы ты молчал.

– Вслед за теми демонами я не отправлюсь, – перепугался дух. – Это уже твои проблемы.

– Быстро схватываешь.

– Думаешь, с волками все в порядке?

– Утром узнаем.

До рассвета было тихо. Доев демонов и оставив от них лишь лужи черной крови, тень бродила по округе, порой сверкая своими белыми бездонными глазницами и отпугивая непрошеных гостей. Луань не то уснул, не то притворился спящим, уткнувшись в Вэнь Шаньяо и сжимая в маленьких пальчиках ткань его рукава. Сам же Король Бездны, глядя в черную беззвездную ночь, неторопливо пил чай. Луна в лапах Ухэя медленно рассекала небесную гладь.

Перед тем как уйти на покой, Цзинь Хуэй много что поведал первому императору из семьи Тоу и людям шести кланов. Главным его наказом было ни за что и ни при каких обстоятельствах не освобождать самых опасных сынов Хаоса. Стоит им покинуть свои темницы, как частицы души Хаоса объединятся, он вырвется из Колыбели, и солнце навсегда покинет небо, а луна окрасится алым. Но также Цзинь Хуэй сказал – возможно, чтобы дать людям надежду, – что, когда Хаос начнет набирать силу, небесные драконы откроют глаза и своим ревом разбудят главного духа. Но Гуан и Ухэй… Вэнь Шаньяо не думал, что эти исполины до сих пор живы. Их чешуя настолько прочна, что никакая сталь не может ее пробить, а до того, что происходит внизу, им нет дела, как солнцу нет дела до изнывающих от жара людей.

Глупо спустя столько прожитых жизней думать, что душа Цзинь Хуэя восстановилась. Люди, духи и демоны поклоняются ему, но все их мольбы так и остаются неуслышанными. Мертвым нет дела до живых.

Не успела луна уйти за горизонт, как показался краешек солнца. Вэнь Шаньяо невольно затаил дыхание при виде величественной морды Гуана, украшенной костяными наростами и золотистой гривой. Сколько раз он смотрел на драконов в небесах, каждый раз поражаясь их красоте и отчужденности? Один их клык был размером с небольшую гору, а глаз – с озеро. Если Гуан или Ухэй проголодается, каждый из них спокойно может выпить море и закусить городом.

Всхрапнув, да так, что сам проснулся, Луань зевнул и потер заспанные глаза.

– Он еще не пришел?

– Пока нет.

Вновь зевнув, дух уткнулся лицом в руку Вэнь Шаньяо и уснул. Тот и сам с трудом держал глаза открытыми и не заметил, как сидя задремал. Проснувшись от тихого звона, он, резко раскрыв глаза, выхватил из рукава ножик и приставил его к горлу незваного гостя.

– Откуда у тебя нож? – не сдержал удивления волк, на всякий случай подняв руки.

– Это лучше, чем ничего, – опустив нож, Вэнь Шаньяо с прищуром взглянул на Лэн Шуана напротив. – Ты не торопился.

– Поверь мне – если бы я не торопился, то пришел бы только под вечер.

– Удивительно, что ты вообще пришел, – проворчал Вэнь Шаньяо, толкнув Луаня, который сразу же проснулся.

– Смотрите-ка, живой! – удивился дух, потирая заспанные глаза. – А мы тут ночью чуть к тетушке Фагуань не отправились! Такого страха натерпелись, что удивительно, как штаны еще сухие.

– Демоны и у вас были? – нахмурился волк. – Они прошли через защиту?

– Через первый круг, а дальше не продвинулись, – неохотно произнес Вэнь Шаньяо, поигрывая ножичком в руке. – Может, я пока и хожу с трудом, но демонов отпугнуть могу.

– Воспользовался тенью? И они испугались ее?

– Да кто угодно бы испугался, – хмыкнул Луань.

Во взгляде Лэн Шуана промелькнуло сомнение.

– Вы всю ночь не спали?

– Я поспал, – с радостью произнес дух, пригладив волосы.

– Конечно, не ты же охранял нас от демонов, – проворчал Вэнь Шаньяо, морщась от боли в затекшей спине. – А сейчас я хочу вздремнуть.

Поднявшись на ноги, он проигнорировал руку Лэн Шуана и, с трудом дойдя до кровати, рухнул на нее. Однако сон никак не хотел идти, еще и разговоры на крыльце каждый раз выдергивали из дремы, заставляя лежать и неохотно прислушиваться.

– …Я думал, что не успею.

– Совсем тяжко пришлось?

– Давно не встречался с настолько сильными демонами. Они знатно наелись ядер и выпили крови Фуланьу.

– То-то я думал, чего такие бесстрашные – на волков позарились. Много их было?

– Прилично. Только утром последних добили. Ян Сяо действительно…

– Ага, в одно мгновение всех убил, – с гордостью произнес Луань. – Боюсь представить, на что он способен, если разозлится. Я не испытываю жалости к таким гадам, как Ни Цзан, но раз Сяо не собирается его убивать, то определенно сделает что-то в разы хуже.

– Пускай.

– А? – удивился дух. – Ты разве не должен его отговорить?

– Думаешь, это возможно после того, что с ним сделали? Я лучше скажу, что уже нашел Ни Цзана таким.

Подумав, Луань согласился. Еще некоторое время он донимал волка расспросами, тогда как Вэнь Шаньяо мысленно проклинал его длинный язык. Как он мог так долго болтать и не уставать?

В комнате послышался звук шагов, затихший у кровати. Чужие пальцы едва ощутимо коснулись голой шеи Вэнь Шаньяо. Он перехватил их и встретился с настороженным взглядом.

– Не трать свою ци на меня.

– Не тебе решать, на что мне тратить собственную ци.

Выдернув руку, Лэн Шуан сел на кровать и вновь коснулся его шеи. Нахмурившись, Вэнь Шаньяо неохотно принял холодную, как родник, энергию, сел и перекинул волосы на одно плечо. Напряжение после длинной ночи медленно отпускало, и боль в пояснице сошла на нет. Не сумев подавить зевок, Вэнь Шаньяо вяло заметил:

– Ты на меня всю свою ци истратишь.

– И что? Она мне нужна только для того, чтобы на мече стоять, так что принимай молча.