Чтение онлайн

– Здесь… интересно, – ответил Вэнь Шаньяо.

– Павильон Наказаний поинтересней будет, а тут одни камни, деревья да трава.

Ши Фэнми с негодованием взглянул на Лу Лимин, совершенно не осознающую важность этого места. Впрочем, отчасти Вэнь Шаньяо понимал ее: о долине Кайхуа вспоминали раз в десять лет. Не пролей тут кровь Цзинь Хуэй, и охота проводилась бы в другом месте.

Пройдя через ворота, заклинатели оказались в просторном жерле вулкана. На одной стороне склона прямо в скалах были вырезаны яодуны [122] , которые, подобно пчелиным сотам, уходили далеко вверх. Множество как каменных, так и деревянных мостов соединяли их, минуя срывающиеся с высоты водопады и петляя между буйно цветущими деревьями, покрывающими практически все стены кратера.

Напротив яодунов неизвестный мастер создал каменный дворец, над которым сплелись Гуан и Ухэй со сферами в пасти. Этому месту было несколько тысячелетий – еще первые главы кланов сгоняли сюда демонов и убивали их, а персиковые деревья подавляли темную ци. Ритуал сохранился, преобразившись в соревнования, проводимые раз в десять лет, между кланами и школами.

В центре просторной площадки, окруженной персиковыми деревьями, стояли знамена со знаками кланов и школ. Над ними висели громадные – высотой в три чжана – осколки, с чьей помощью оставшиеся здесь мастера и члены императорской семьи могли следить за охотой.

– Ого, – невольно выдохнул Ши Фэнми, восторженно разглядывая представшую картину, и уже тише добавил: – Невероятно… жаль, что она этого не видит…

Вэнь Шаньяо почувствовал неприятный укол в груди и поймал печальный взгляд тут же отвернувшегося Шэнь Лэйбао. Они старались не вспоминать вслух о том дне и о том человеке. Словно табу, о котором можно только думать, но не произносить.

Напротив одних дверей в горе находились другие, выходящие в долину. Однако сейчас они были запечатаны: их откроют, только когда начнется охота.

Заклинателей с поклонами встречали слуги в одинаковых черных одеждах и провожали их в яодуны. Некоторые же, в основном главы кланов и школ собирались в небольшие группы, приветствовали друг друга и делились последними новостями. Оставив адептов и заклинателей на попечение госпожи Бао, Лу Аньцзин присоединился к одной из групп, те с почтением приветствовали его. Вэнь Шаньяо без труда узнал среди них высокую и широкоплечую фигуру Лэн Юнганя, напоминающего громадного черного волка со шрамами на лице и руках. Рядом с ним особенно невысокой казалась Няо Чжисян в строгой темной одежде, украшенной золотом, и со шрамами на губах – единственная женщина из всех глав кланов, чьи способности признали император и чиновники. С ними рядом стоял глава Чжэньцзина – Гу Ши, сгорбленный старик, опирающийся на трость. На его лысой голове были заметны шесть желтых точек, а руки и ноги были сделаны из светлого дерева, отчего издали их можно было принять за настоящие.

– Там сам Гу Ши! – восторженно ахнул Ши Фэнми, неохотно идя за госпожой Бао. – Слышал, он сражался с сыном Хаоса и тот его ранил! Практически не оставив ничего живого!

Действительно, Гу Ши напоминал сухую ветку, на которую дунешь – и она тут же упадет.

Место главы Бэйай занимал незнакомый мужчина, который заметно нервничал в присутствии остальных глав. На всякий случай Вэнь Шаньяо оглянулся и выдохнул с облегчением, не заметив и намека на Ни Цзана. Зародившаяся было крохотная надежда рухнула, стоило поднять взгляд на дворец. На балконах, разглядывая прибывающих заклинателей, стояли чиновники и министры, делая ставки и обсуждая насущные дела. Однако на одном из балконов стояли только двое юношей: один с резкими чертами лица, всем своим видом напоминающий тигра, который следит за мышами под ногами, и второй в зеленой одежде. Ни Цзан. Он с высокомерием оглядывал заклинателей, как будто все они были его многочисленными подданными.

Словно почувствовав на себе взгляд, Ни Цзан взглянул в сторону Вэнь Шаньяо, и от его снисходительной усмешки к горлу подступил ком. Отвернувшись столь резко, что закружилась голова, Вэнь Шаньяо поспешил за госпожой Бао. Бедро жгла печать, а старые раны неприятно зачесались.

– Сяо, – заметив резко побледневшее лицо Вэнь Шаньяо, тихо позвал Ши Фэнми. – Что с тобой?

– Ничего, – соврал тот. – Переволновался.

Только оказавшись внутри комнаты яодуна, которую отвели им с полукровкой, Вэнь Шаньяо смог успокоиться. Дрожащими руками умыв лицо, он без сил опустился на кровать, глядя, как Шэнь Лэйбао проверяет печати и одежду. Охота начнется только через шичэнь.

Проведя некоторое время в душном яодуне, Вэнь Шаньяо не выдержал и спустился на просторную площадку. Вокруг пышно цвели персики, напоминая нежные бело-розовые облака. Аромат щекотал нос, сладостью ложась на язык.

Заклинателей, решивших покинуть яодуны, было немного, и большинство из них состояло в школах. Они с интересом и подозрением посматривали на бело-оранжевые одежды, щуря глаза при виде знака оленьих рогов на шее Вэнь Шаньяо. Тот не обращал на них внимания, прогуливаясь среди деревьев с метелкой в руке. Словно праведный заклинатель, приводящий в порядок мысли.

Смахнув упавший на лицо розовый лепесток, Вэнь Шаньяо остановился и поднял взгляд, сощурившись от ярких лучей солнца, пробивающихся через переплетение цветущих ветвей. Здесь было так тихо, словно сама жизнь замерла.

Вдохнув полной грудью, Вэнь Шаньяо закрыл глаза и произнес:

– Ты вроде волк, а не птица, чтобы сидеть на ветках.

– Волки тоже любят погреться на солнце.

Обернувшись, Вэнь Шаньяо не сдержал смешка при виде волка. Облокотившись спиной о ствол дерева, тот взирал на него сверху вниз, щуря светлые глаза. Лицо хоть и было серьезным, но уголок рта едва заметно подергивался в усмешке.

– Надоело на Севере шкуру морозить?

– А тебе в горах задницу еще не продуло? – вернул ему шпильку Лэн Шуан.

Спрыгнув с ветки, он размял затекшие плечи и с удивлением оглядел Вэнь Шаньяо.

– Неужели ты за эти семь лет ничуть не вырос?

– Вырос. На четыре цуня, – возразил тот.

– Разве? – не поверил волк. – Как по мне, все такая же мелкая пиявка.

Вэнь Шаньяо сжал метелку, раздраженно фыркнув, и зашагал прочь от Лэн Шуана. Тот усмехнулся и вскоре нагнал его. Краем глаза Вэнь Шаньяо настороженно посматривал за ним – волк стал выше и шире в плечах. Вдобавок куда делся прежний серьезный холодный взгляд и надменность?

– Неужели так рад меня видеть, что даже рычать не будешь? – осторожно спросил он.

– А должен? – удивился Лэн Шуан. – Может, я даже успел соскучиться.

От неожиданности Вэнь Шаньяо запнулся и пораженно уставился на волка. Тот же довольно хмыкнул и уже серьезней произнес:

– Я слышал, что случилось с девой Мэн. Мне жаль.

– Не думал, что ты помнишь о ней, – признался Вэнь Шаньяо. – У волков хорошая память.

– Кто вызвал у нее цветочный недуг? Это правда была мастер Лу Даньсяо? – остановился Лэн Шуан.

– Да. Мастера говорят, что она была из секты Вэньи и даже маны – ее рук дело. Но доказательств нет.

– Мы ведь подозревали ее… – нахмурился волк. – Если бы только нашли зацепки раньше…

– Какой смысл теперь гадать? Юэлян уже никто не вернет, – заметил Вэнь Шаньяо. – Не беспокойся о мертвых, им уже безразличны все твои волнения.

– Ты не изменился, – покачал головой Лэн Шуан. – Я надеялся, за это время в тебе хоть немного прибавится сострадания к людям.

Вэнь Шаньяо закатил глаза, махнул метелкой и зашагал дальше. Волк вновь нагнал его, перебивая ароматами хвои и ягод запах персиков. На многих ветках висели спелые золотистые персики, мякоть которых могла очистить тело от темной ци. После окончания охоты их соберут и сделают вино, которое подадут на следующем собрании, через десять лет.