Чтение онлайн

— Отлично, давайте тогда наметим март как вероятную дату поездки. Но в голове будем держать апрель. Апрель у нас в Польше — это настоящая весна, без подморозков. Вам понравится.

Если я что-то понимаю, то задание руководства я выполнил, причём оба задания от обеих организаций. Ну хорошо, комитетское не до конца, надо еще вывезти ребят в Польшу и дать им шанс. Но задел к этому сделан. В чем я совершенно уверен, так это в том, что наш ОВИР — Отдел виз и регистраций выдаст визы всем моим спортсменам, а Контора приставит к нам какого-нибудь массажиста или второго второго тренера. Иначе это будет выглядеть подозрительно, у всех выезжающих за рубеж команд есть массажист из Комитета Глубокого Бурения, а у нас нет. Начнут подозревать кого-нибудь из спортсменов, а скорее всего Селиверстова, он самая подходящая кандидатура для секретного сотрудника. Стоп! А может он и есть мой коллега? С какого перепугу он в нашей команде оказался? Вот так и начинают подозревать всех. С другой стороны, а мне какое дело? Пусть боятся нелояльные граждане, шпионы и предатели, а у нас всё по-честному.

Возвращалась команда в Москву в приподнятом настроении. Турнир показал спортсменам, что они не совсем олени, а их тренер вообще крут неимоверно. Как говорится быть битым чемпионом не позор, а наоборот — уважение и почет. Особенно, ежели не всухую. Обидно, конечно, что нас не встретили с поезда, пришлось тащиться на метро с баулами до спортбазы, но ведь не померли. Поскидали всё в кучу и по домам, завтрашний день я объявил нерабочим всем спортсменам, кто ездил на турнир. Ну и Андрею до кучи, тоже старался вместе со всеми. А остальные бойцы побегают у меня, потренируются в полный рост. Всё равно идти к руководству с отчетом.

Руководство оказалось в курсе нашего блистательного выступления, кое-что показывали по центральному телевидению, на целую минуту сюжет был в программе время. Меня погладили по головке, сказали «Так держать» и еще пару банальностей, принятых в таких случаях в спорте. Соответственно и мне пришлось объяснять, что все наши достижения были возможны «токмо поелику», то бишь под чутким руководством и при широчайшей поддержке. Зам. Зама ДСО подтвердил своё обещание выдать премию в размере дух окладов и отправил готовиться к новым спортивным подвигам.

Жанна, наконец-то решившая посетить мою новую квартиру оказалась в плане перспектив весьма грамотной девушкой, не стала задавать вопросы по типу Онегинских, нахрена мне большая убитая квартира, когда была маленькая и вылизанная. Начала лезть с дизайнерскими предложениями, которые я внимательно выслушал, но оставил без комментариев:

— Всё понятно, Жорж, твоё воспитание не позволяет тебе послать меня с моими идеями куда подальше. Так?

— Не совсем. Ты говоришь, я слушаю и запоминаю. Если что-то ляжет в мою концепцию, вполне реализую. Но специально делать или не делать в пику тебе или чтоб тебе же потрафить — это нет.

— И что ты придумал?

— Выведу все стены, отштукатурю в белый цвет, а потом буду смотреть, чего захочет моя квартира.

— Опять всё в белом цвете оставишь?

— Не знаю еще, но точно обои клеить не буду. Однотонные светлые стены добавят пространства.

— Да тут и так пространства полно! Вон какие потолки высокие.

— Воздуха много не бывает. Я еще потолок покрашу в серо-голубоватый оттенок. Чтоб выше смотрелся. И шторы будут от потолка и до пола. Эх, еще бы окна пробить ростовые…

— Ты маньяк, Жорж. Тебе что, на вертолете в квартиру залетать надо?

— Это мысль. Ростовые окна, чтоб полотно без перемычек… не потяну. Мне такое витринное стекло не достать нигде.

Три месяца жизни на стройке подточили мою веру в людей и вообще во всё лучшее. Были вычерпаны в ноль финансовые резервы у меня, взята безвозвратная ссуда у родителей, в тот же котел полетела премия за турнир и комитетское жалование со сберкнижки… Денег не хватало, сил и терпения тоже, прошлая бригада отделочников два раза покидала мою квартиру и два раза возвращалась. Во второй раз они притащили где-то украденные панели из полированного мрамора. Не иначе, с какой-то станции метро нашли ненужный резерв. Честное слово, если бы эти ушкуйники не тырили в неназываемых местах аналоги тех материалов, какие требовались мне, я бы доделал квартиру так, как хотел. Как в той присказке «Купить нельзя украсть» — ставь запятую там, где сочтешь нужным.

А мрамор… не гнать же людей, они от чистого сердца пришли с горячим товаром. Мрамором я отделал ванную комнату, чай с таким метражом грех экономить на толщине стен. Тем более не серый, а нежно-розоватый рисунок камня хорошо сочетался с моим представлением о помывочной. Пол, как я и прикидывал удалось спасти. Часть плах пошла на выброс, но недостающие работяги заменили подгоном с какого-то снесенного особняка. Оттуда же притащили и чугунные радиаторы отопления с узором в стиле модерн, явно производства начала века. Да чего ему сделается, чугуну! Естественно. после укладки и циклевки никакого лака на пол не положили — только масло поверх морилки. И полировка! Самое то к желтовато-охряным стенам. Рамы были отреставрированы прямо в квартире — из них вытащили стекла, отшлифовали, заморили и покрыли лаком. Так что окна теперь у меня не белые, а дубовые лакированные. Строители не пожалели хорошего дерева на мой дом.

Короче говоря, квартира получилась шикарная, но пустая. Самодельную стойку под аппаратуру в эту квартиру я поставить уже не смог, выглядело совсем убого, пришлось заказать у каких-то знакомых моих отделочников. Из мебели в наличии одна кровать и кухонный недо-гарнитур, выглядящая не очень убого, потому как делалась мне под заказ. И да, кухню я сделал белой, как в прошлой квартире. Входную дверь мне сварили там же, где и прошлый раз, проверенные решения предпочтительнее, когда они тебя устраивают. Мебель буду покупать постепенно, правда, пока не знаю, где. Тот ужас, какой люди достают в мебельных магазинах, мне категорически не подходит.

Никакого новоселья не устраивал — мне и посадить гостей некуда, разве что на табуретки, но их всего четыре. Так что думаю, вместо дивана придется заказывать классическую садовую лавку из приличной породы дерева типа бука или дуба, а на неё кидать пуфики или подушки. Точнее привязывать за шнурочки. Главное, купить эти самые пуфики не самой вырвиглазной расцветки. Хотя можно же и самим пошить чехлы, тогда вообще любые пуфики подойдут. А вместо кресла закажу пару огромных мешков из портьерной ткани и набью их пенопластовой крошкой — будут кресла-мешки.

Еще месяц хитрых маневров, и к концу февраля я смог позвать на новоселье родителей, Жанну, Петра с супругой и Андрея Селиверстова тоже с супругой. Жанна регулярно меня навещала и видела, как мои хотелки потихоньку превращаются в нечто осязаемое. А вот для всех остальных, включая родителей, квартира стала шоком. Больше всего маму и жену Онегина поразило, что такого результата смог добиться простой советский человек за адекватные деньги из подручных материалов, как они это охарактеризовали. Диван-лавка и батарея у меня проходил по классу «эксклюзив», а у них это были вещи с помойки, попавшие в хорошие руки. Они что, правда решили, что вот эту дубовую лавку я притащил из сквера?! Ну и ладно, всё равно такой квартиры ни у кого нет в этой Москве.

— Жорж, в твоем будущем все так жили?

— Не все, но многие. Понимаешь, Олег, когда уровень жизни человека во многом зависит от качества его труда, многие вещи становятся заметно лучше. Никто тогда не шьёт миллион одинаковых шапок, если только шапки не для солдат. Никто не выпускает уродские шкафы, потому что их никто не купит… Есть в рыночной экономике плюсы, не сплошь там минусы и капканы. И Ленин не дурак был, когда НЕП организовывал.

— Ты это, Ленина не трогай только.

— Петр, ты обиделся, на мою фразу, что Ленин не дурак? Мне на тебя рапорт написать?