Чтение онлайн

– Я объясню… – начал было Боярский.

– Вы всё обсудите во время похода, – остановил его председатель Совбеза. – Времени будет достаточно.

После того как присутствующие на совещании разошлись по делам (многие присутствовали в режиме видеоконференции), Строганов собрал коскоровцев в своём рабочем модуле в ЦЭОК.

– Есть ещё одна проблема, – сказал он, оглядывая ждущие лица приглашённых, – которую надо обсудить. Это оружие Вестников. От «баллона» Косфера, к сожалению, практически ничего не осталось благодаря вам (Головин шевельнулся, но Строганов качнул головой, что означало: оправдываться будете потом), а Мурекс удрал, однако его «замерзатель» уже начинает действовать на нервы. Спецы на «Ра» до сих пор не могут «разморозить» треть его корпуса, учёные разводят руками, не в силах объяснить сей феномен, а мы должны теперь переживать, что против «морозильной» техники Вестников у нас нет защиты. А если учесть, что для них и наши «нульхлопы» не сильно страшны, то угроза становится абсолютно реальной.

– Жаль, что толкиновский Вестник улетел, – сказал Голубев. – Он помог бы нам справиться со своими коллегами.

– Для него другие Вестники были не коллегами, а врагами, – уточнил Головин.

– Я оговорился. Почему мы не догадались попросить у него объяснить принцип работы «замерзателя»?

– По-моему Копун, то есть компьютер толкиновского Вестника, не владел «замерзателем», – сказал Головин флегматично. – Иначе наши эксперты знали бы об этом.

– Как бы то ни было, найти этого больного на голову подонка, я имею в виду Шнайдера, необходимо, – сказал Дарислав. – Иначе он ещё попьёт нашей крови.

– Просьбы имеются? – спросил Строганов.

Дарислав вспомнил разговор с Голубевым накануне встречи: майор просил взять в группу экспертов Диану Забавную, объяснив это тем, что она классный спец по ксенопсихологии независимо от её отношений с «семьёй» Убегаева.

– Да и какая это семья? – пренебрежительно добавил Виктор. – Трикстеры никогда не узаконивали своих отношений, да и гражданским браком их сожительство назвать трудно. А Диана между прочим нормалик, а не трикстер.

– Откуда ты знаешь? – удивился Дарислав.

– Успел поговорить после Венеры, – ухмыльнулся Голубев. – Она, кстати, не против примкнуть к нам.

– Ну ты молодец! – покрутил головой Дарислав.

Встретив взгляд Строганова, он сказал:

– Есть одна просьба. Я хотел бы включить в экспедиционную группу доктора ксенологии Диану Забавную. Она хорошо зарекомендовала себя во время похода на Венеру.

На самом деле Диана никак себя не проявила при изучении найденной рептилоидной базы, просто потому что не успела спуститься под землю, но Дарислав надеялся, что Строганову это неизвестно. Хотя командир опербригады Коскора как-то странно посмотрел на него, словно догадывался о подоплёке просьбы.

Впрочем, самому себе Дарислав честно признался в своей не меньшей, чем у Голубева, заинтересованности присутствия Дианы на борту фрегата.

– Хорошо, – без каких-либо заметных колебаний согласился Строганов. Он даже не стал напоминать о том, что с «семьёй» трикстеров связана некрасивая история: родственница Шнайдера Хильда Бауэр по сути помешала капитану «Дерзкого» вовремя обезвредить «баллон» Косфера, робота рептилоидов, активированного Шнайдером или кем-то из его соратников на Венере.

Через час на космодроме собрались все участники экспедиции, и Дарислав познакомился с теми, кого ещё не знал, запоминая имена каждого. Не было нужды знакомиться только со своими бойцами из «Космического Лиса», первыми заселившимися на фрегат.

Что касается Дианы Забавной, то Дарислав, приветствуя женщину, вдруг заметил в её широко распахнутых, красивого разреза глазах, радостный блеск и ответил улыбкой, подумав, что ему и в самом деле приятно находиться рядом с ксенологом. Мимолётно прошмыгнувшая мысль о таких же чувствах Виктора к женщине спряталась за «толпой» других мыслей, и вспомнил о об этом Дарислав много позже.

Ещё через час «Дерзкий» – исключительно красивая и технологически совершенная махина – «букет» фрактальных переходов (параметрический дизайн космолёта восхищал и внушал уважение) – стартовал с космодрома Плесецк, пройдя весь комплекс формальных процедур. В принципе его руководство не обязано было отчитываться перед федеральными органами и организациями наподобие Федкома, Комбеза и Погранслужбы, но чтобы не возбуждать «партнёров» по осваиванию космоса капитан Бугров доложил о цели похода (поиск Шнайдера, что было недалеко от истины) в Погранслужбу, и фрегат ушёл в пространство, за секунды миновав Луну, потом Марс и Нептун.

Зависнув у планеты, главным цветом атмосферы которой был синий, Бугров объявил о часовой профилактике всех систем корабля, и экспедиционный народ потянулся в кают-компанию на кофе-о-клок. Всем не терпелось поговорить о целях похода и возможном контакте с жителями «пыльной» планеты, которую уже месяц изучала экспедиция Шустова.

Когда Дарислав, обменявшись парой фраз с капитаном Бугровым, зашёл в кают-компанию, там уже расположились все члены экспедиционной группы и кое-кто из бойцов Дарислава, в том числе Виктор Голубев, пристроившийся, естественно, возле Дианы. Волков отметил это автоматически, отогнав колючку ревности (что за ерунда? ну, положил майор глаз на Диану, что в том дурного? хотя не слишком ли демонстративно ухаживает?), и присел за столик, дав знак своему бойцу, лейтенанту Гарику Савостьянову, уступить ему место. И только сев напротив Дианы, понял, что сделал это не менее демонстративно, чем Виктор, как бы подчеркнув, что он тоже не лишний.

Но было уже поздно что-либо менять, хотя вопросительный взгляд Голубева оставил в душе след.

В помещении вкусно пахло кофе, на столах дымились чашки с напитком, и было тихо.

Все слушали Боярского; и, судя по всему, речь шла о космических экзотах, объектах с экзотическими свойствами, обнаруженных астрономами Земли и даль-разведчиками.

– Кроме того некоторые из них настолько массивны, что по сути являются холодными звёздами, хотя термоядерные реакции в их ядрах не протекают.

– О чём разговор? – понизил голос Дарислав.

– О бланетах, – ответно шепнула Диана.

Дарислав кивнул. Новый термин – бланета, означающий «очень большую планету», появился ещё в начале двадцать первого века. Тогда в созвездии Геркулеса астрономы обнаружили экзопланету TrES-4 размером больше Юпитера в два раза. Но вскоре в Галактике были найдены планеты ещё большие, чем TrES-4, и астрофизикам пришлось корректировать теории создания не только планет, но и звёзд.

– Но самая большая на сегодняшний день бланета открыта в созвездии Феникса, – между тем продолжал свою лекцию Боярский, кинув вопросительный взгляд на Дарислава и получив успокоительный кивок. – Это P21b, вращается вокруг недавно открытого красного карлика. Планета представляет собой газовый шар с жидким водородным ядром, она всего в два раза меньше нашего Солнца и при этом не является звездой. Когда-то я мечтал попасть в экспедицию к этому экзоту, но не сложилось.

– Вы говорили, что в нашей галактике есть и более экзотические объекты, – напомнил учёному присутствующий в кают-компании Флавий Корепанов, оператор технических систем. В обслуживании его техника не нуждалась, и он мог себе позволить, с ведома капитана естественно, послушать беседы экспертов вживую, а не посредством видеосвязи.

– К одному такому объекту мы отправимся после похода к Пушистой, – ответил Боярский. – Двойная звезда HV2112. Хотя это очень необычная двойная: вторая звезда – нейтронная, обладающая кварковым ядром, и находится внутри красного гиганта.