Чтение онлайн

Савка, что ты такого откопал? Написал тогда, когда они отчаялись, открыл такое, из-за чего должно скрываться, узнал правду о судьбе мамы...

– Голова в облаках! – гаркнул на ухо Вишняк.

Закаленный Шаркань, не боявшийся выстрелов, тревожно заржал.

– Нет-нет, я все слышу, – испугался Северин.

– Тогда отвечай на мой вопрос.

— Э-э-э… можете повторить?

— Ничего ты не учишься, болван, — вздохнул Марко. — Тот с крестами кричал о украденной монете. Что он имел в виду?

– Он имел в виду это, - Северин неохотно достал таляр и передал командующему. – Нашел ее на земле.

– Решил не возвращать?

— Если бы они вежливо вели себя, вернул бы.

Марк внимательно рассмотрел монету, кивнул и осторожно отдал Северину.

— Я бы тоже огорчился его потере. Коллекционный таляр стоит драки.

И назначенец поехал себе вперед. Северин изумленно посмотрел в спину Вишняка. Он ожидал порки, но впервые увидел в командующем... человека?

Игнат на удивленный взгляд Чернововка оскалился.

— Старый черт намекает, что по возможности тебя оторвит и заберет таляр себе.

– Добрый ты парень, брат Эней.

— В Диком Поле все такие, приезжай на пир.

Северин спрятал таляр к небольшому тайному кошельку, носившему на теле под рубашкой. Сколько может стоить небольшой кусок металла!

К вечеру разбили лагерь под открытым небом.

— Щезник, Малыш, Эней! Ну-ка ко мне, - позвал Филипп.

Не выражая удивления, юноши подошли к таврийцу. Тот держал в руках лук, а на спину закинул колчан.

– Айда переговорим, – прошептал Олефир едва слышно.

Он двинулся к полю, а остальные потянулись за ним.

– Куда это вы собрались?
– удивился Вишняк.

– На охоту, – отозвался Филипп.

– Ты всегда один на охоту ходишь, зачем тебе эти трое?

— Надо же их когда-нибудь учить.

Братья вышли в сумеречное поле. Филипп жестом приказал остановиться, набросил стрелу на тетиву, обернулся и сказал:

— Ждите здесь. Без голоса.

Ярема и Северин раскурили трубки, Игнат жевал травинку. Филипп вернулся через десять минут с подстреленным кролем.

— Учитель охоты с тебя не очень, братец, — заметил Яровой.

— Это было сказано, чтобы не вызывать подозрения у Вишняка.

— Я шутил… Не обращай внимания.

Северин сразу же перешел к делу.

– Должны ехать на встречу, - решительно сказал он. — Надо только правильно донести до Кремени и сделать это сегодня, без промедления.

– Точно. Ехать туда дня два, — согласился Игнат.

— Я тоже хочу поскорее увидеть Павла, но чего не могу понять: что же он такого узнал?
– сказал Ярема. — Что заставило его залечь под камыш? У меня сами вопросы...

– Ответы у Савки, - ответил Чернововк. — Надо уехать и узнать.

— Соглашаюсь с братом Малышом. Это очень странное послание, – добавил Филипп. — У меня тоже есть определенные сомнения и многие вопросы. Я предпочел бы найти ответы перед встречей.

– О чем речь? Какие еще вопросы, какие сомнения? – Северин думал, что они решат все быстро. — Здесь и обсуждать нечего!

Игнат своим видом излучал те же чувства.

— Первое письмо Павлин прислал брату Энею, потому что с ним поспорил, — напомнил Филипп. — А второго он послал брату Щезнику.

— Почему бы и нет? – развел руками Северин. — Я разбил их заведение.

– Я тоже так сначала подумал, – согласился Филипп. – А потом вспомнил фразу «они скрывают смерть твоей мамы».

– И что с ней?

— Это был крючок, — тавриец внимательно посмотрел на него. – Понимаешь? Сейчас тебе хочется узнать больше, ты готов нестись куда глаза глядят.

– Конечно, - не спорил Северин. — А тебе не хочется?

– Видишь? Цель достигнута. Без всяких сомнений ты сломя голову стремишься ехать на встречу. Это и есть крючок.

– Не понимаю, к чему ведешь. Ты в чем-то сомневаешься, брат Варган?

– Да, – кивнул Филипп.

Игнат сплюнул.

– Меня тревожит отсутствие конкретики, – продолжил Олефир. – Что за опасность? От кого уходит?

– Сказано же, вся верхушка Ордена, – напомнил раздраженный Северин.

– Это слишком обще.

— Потому что он спешно писал и не имел времени на подробности.

– Откуда тебе знать? Ты оправдываешь и защищаешь его сообщение, потому что оно задело тебя. А я стараюсь обдумать все без лишних эмоций.

– И как? Обдумал?

Филипп кивнул.

— Тревожный тон и отсутствие улик наталкивает на мысль, что главная цель этого сообщения — посеять беспокойство и недоверие. Я предполагаю, что письмо должно нас смутить, чтобы мы забыли о безопасности, и выманить без сопровождения туда, где вполне возможно ждать ловушка.

– Грязные! – гаркнул Игнат.

В первый раз он сказал что-то Филиппу с первого вечера их знакомства. Он безумно вытаращил глаза и размахивал руками, как мельница:

— Придрался неизвестно к чему! Тряс! Может, он еще должен был поинтересоваться, как наше здоровье и сколько раз мы сегодня посрали, а? Зачем Павлу заманивать нас в какую-то долбанную ловушку, что ты, чертовски, такое несешь? Обвиняешь в измене, потому что, видите ли, не понравилось, как написали письмо? — Игнат затряс руками, и Северин подвинулся так, чтобы стать между ним и Филиппом. Ярема встал рядом. — Он говорит, что главы Ордена скрывают тайну? И они сидят в тайнах как свиньи в грязи! Это не новость. Взгляните на Кременя! Зуб даю, что он причастен. Почему они так упорно ищут Павла? Предыдущих пропавших они искали так же долго? Почему, когда исчез Северин, никто даже не думал, отправляться ли на его поиски? Почему это, пыль, не вызывает никаких подозрений?

Игнат несколько секунд переводил дыхание, а затем продолжил:

– Их главная цель – Деригора! Брат Павлин выкопал что-то, что можно рассказать только в полночь в безлюдном месте. Кроме нас у него больше никого нет, черт побери! А вы, заячьи души? Подвергаете сомнению брата? Боитесь услышать правду?

– Не боюсь. Я уже проклят, – сказал Ярема. – Ты думаешь, Кремень причастен?

— И к гадалке не ходи! Вспомни наше знакомство. Он притворялся другим лицом! Что ему мешает обманывать нас дальше?