Чтение онлайн

Остаток вечера персекьютор планировал контакт. Новое место, пути подхода и отхода, точки обзора, подход и отход к ним, стратегия поведения, техсредства.

Дожил. Обычную встречу с заказчиком готовит как диверсионную операцию.

Если и дальше так пойдёт, проще сразу застрелиться. Парсонс если что и любил в этой жизни больше бытового комфорта, так это собственную безопасность, причём желательно, чтобы она достигалась сама собой, а не путём отстрела всех встречных и поперечных.

После столь напряжённого дня он спал как убитый безо всяких лекарств, а наутро решил себя малость побаловать, нажарив к извлечённому из неприкосновенного запаса настоящему колумбийскому кофе ещё и здоровенный омлет из четырёх яиц. Яйца уже неделю ждали своего часа в особом отделении холодильника. Больше на подобную роскошь у него один чёрт нет кредитов, сегодня всё решится.

Схарчив всё, что было на тарелке, Парсонс уже на ногах допил остатки сладющего, как он любил, кофе, быстро оделся и экипировался. Пора выдвигаться.

На улице лило третий день и даже, кажется, начинало погромыхивать.

Закутавшись в плащ, Парсонс почти час ёрзал на одной из трёх выбранных смотровых позиций, слушал эфир, в бинокль высматривал подозрительное движение, пытался вычислить повторяющиеся лица. Вроде всё было спокойно. А вот и заказчик.

Барышня была одна, хмуро озиралась по сторонам, но нервничающей не выглядела, скорее раздражённой, что ей пришлось тащиться в такую дыру.

Парсонс терпеть не мог связываться с женским полом в плане заказов, но у персекьютора неверные мужья – хлеб насущный, приходилось мириться. Это только в реал-фильмах рейтинга PG-23 [33] каждый первый поворот сюжета – как доблестный частный сыщик укладывает их к себе в постель штабелями по три, предварительно плотно погудев в каком-нибудь пафосном баре. На деле всё куда прозаичнее, если жить хочешь.

Ладно, двинули. Парсонс в последний раз оглядел окрестности, проверил удалённое управление камерой обзора и двинулся на исходную.

И вот только тут почувствовал некоторое беспокойство.

Его самого вычислить почти невозможно, но можно вычислить одну из его личин.

Проще же – вычислить его рабочие контакты.

Несколько сложнее разыскать тех, кто в последнее время обращался в Гильдию. Впрочем, и тут ничего невозможного.

Ещё проще – сделать это, сперва подняв архивы активных заявок.

Сука.

Парсонс уже откровенно паниковал, отчаянно вертя головой по сторонам, пытаясь высмотреть хоть что-нибудь в этой треклятой пелене.

Ну почему, почему он должен отказываться от верных кредитов, почему его заставляют делать этот чёртов выбор!

Итак, что мы имеем. Заказчика, который нихрена не понимает в слежке и информационной безопасности, зато всем налево-направо трындит, что благоверный загулял с этой крашеной стервой, но ничего, мы его и на Луне достанем, и на Марсе. Разыскать всех текущих заказчиков Гильдии, чьи клиенты свалили на лунные курорты – дело техники, хотя и очень кропотливой, учитывая сжатость сроков.

Паника достигла своего апогея и хлестнула через край.

Приборы по-прежнему ничего не показывали.

И тогда Парсонс развернулся и ушёл.

Шесть часов сложнейшего маршрута под проливным дождём. Злость на самого себя. Ощущение было такое, что сегодня он либо самостоятельно выкопал себе могилу, либо уже принялся заколачивать крышку гроба.

Парсонс вернулся к себе уже затемно, и на этот раз ни есть, ни спать ему уже не хотелось вовсе.

Весь вечер, а потом и ночь он просидел над своей «айри», выискивая в сетях и интервебе хоть какую-нибудь информацию, что поможет выбраться из этой патовой ситуации.

Её было негусто. Но и она была не слишком радостной.

Корпорация, в этом были уверены все, вернулась к жизни, причём с такой энергией, что легенды о былых масштабах её деятельности померкли тут же, не успев толком возродиться. И всё указывало на то, что пресловутое Предупреждение следовало воспринимать не как пустую угрозу, а как их реальный план действий. Возможно, не сейчас. Но, похоже, их «священная борьба» с корпорациями готовилась принять радикальные формы – не диверсиями, а уже боевыми действиями в качестве основного аргумента в конфликте интересов.

Корпорация всерьёз решила стать не безымянной, но единственной.

Парсонс устало откинулся на спинку своего пыльного кресла, с отвращением уставившись в узкую щель окна, за которым уже рассветало.

Итак, расклад. Группа спецов, предельно хорошо подготовленных и не менее хорошо экипированных, много лет назад внедрённая в узловые точки корпоративного общества, перешла из спящего состояния в активное. И так случилось, что Парсонс оказался чуть не прямым свидетелем превращения первого во второе.

Корпорации, находящиеся на грани паники в высших своих эшелонах, были готовы на всё, лишь бы поскорее купировать стремительно выходящую из-под контроля ситуацию. Если что, они явно намерены смести и Гильдию, и вообще всех, кто будет путаться под ногами. Тот, кто отказывается «всецело содействовать», по умолчанию считается агентом врага, хотя бы в перспективе.

И Парсонс угодил как раз между двух этих махин.

Вырваться уже не получится. Отсидеться, с его плачевными финансами, тоже не получится.

Нужно просто выбирать.

Да, на фоне этой дилеммы даже перспектива невесть из каких средств возвращать заказчику задаток казалась чем-то неважным и легкоразрешимым.

Значит, так.

В голове эту загадку не разгадаешь, слишком мало информации, слишком велика цена вопроса.

А вот пусть сами теперь решают.

Парсонс выбрал фон понейтральней, скрепя сердце сменил пластический грим на стандартный, включил камеру своей «айри» и заговорил:

– За вами сейчас охотятся по всему миру как минимум три корпорации, и я на вашем месте валил бы с Луны, хотя, возможно, у вас хватило ума уже оттуда убраться. Если вы вправду знаете, кто я, скажите такую вещь – зачем я вам понадобился? Тому, кто перешёл тебе дорогу, пишут письма только гринмейлеры-любители, все прочие приходят сразу домой. Так всё-таки, что вам нужно?

Ответ появился почти мгновенно. Ильмари, видать, снова был в своей малахольной ипостаси, говорил по-скандинавски быстро, но вяло, без огонька. Дураком, тем не менее, он не был даже в таком вот варёном виде.

– Мы не вовремя встретились. И мы хотели бы объяснить тебе мотивы нашего к тебе обращения. Ты хороший персекьютор, Парсонс, но скоро такие, как ты, вымрут, уцелеют лишь те, кто устранится, уйдёт на покой, или же примет одну из сторон. Тебе довелось выбирать первому. Ну, так выбирай, ты знаешь, как с нами связаться, когда ты будешь готов.