Чтение онлайн

Зато каши было много, хотя Финна, несмотря на субтильное телосложение, лопала за двоих и, кажется, готова была съесть все одна.

Старушка уже два года вдовствовала, а детей у них вовсе не было. Об этом Толлеус уже знал от людей, которые посоветовали поискать тут ночлег. Однако теперь эту историю пришлось выслушать еще раз – бабка обстоятельно и с удовольствием жаловалась на жизнь. Потом она переключилась на последние новости. Выяснилось, что дождь шел, не прекращаясь, уже неделю. Он то ослабевал, что казалось вот-вот и закончится, то вновь обретал силу, как сегодня. Из-за воды больше всего страдали огороды. Грядки размыло, урожай гнил на корню. Впрочем, самой Финны это не касалось, она ничего не сажала.

Причем поговаривали, что такое безобразие творится не только в Лысовке (так называлась деревня), а вокруг всего Боротона. Понятно, что бесконечно это продолжаться не могло, и каждый день люди ждали, что тучи уйдут. Толлеус прикинул, что даже если завтра дождь закончится, есть смысл подождать несколько дней, пусть земля немного подсохнет. Такая остановка не входила в его планы, да ничего не поделаешь. Придется потерпеть.

Зато Оболиус, когда услышал, что завтра в любом случае никуда ехать не нужно, расплылся в такой счастливо-придурковатой улыбке, что искуснику захотелось стукнуть его тростью.

После ужина парень был отправлен чистить лошадь и Бульку. Старик тоже пошел следом. Не для того чтобы помогать, а чтобы в конюшне спокойно просушить одежду, ни к чему местных пугать Искусством.

На следующий день дождь заметно утих, и Мерива отправился дальше. Часть его товаров составляли мешки с мукой и копченое мясо, так что длительное пребывание в сырости не пошло бы им на пользу. Опять-таки сейчас все это можно продать в Боротоне с большей выгодой, нежели когда возобновится нормальное снабжение из окрестных деревень.

Старик, как и запланировал, никуда не поехал, ему со стадом путешествовать по такой погоде совершенно несподручно. К тому же, как и предсказывал, Толлеус неважно себя чувствовал, хотя не так плохо, как ожидал.

Проводив взглядом фургоны купца, увязающие в раскисшей колее, он отправился проведать свое булькающее имущество и продлить пребывание химер в хлевах – сперва-то договаривались всего лишь на ночь.

Вернувшись, искусник сбросил с плеч сырой плащ и занялся разработкой плетения, которое должно было сделать жизнь под дождем легче, – надоело чувствовать себя рыбой. Закончил только к обеду, хотя солнца не было, чтобы нормально определить время. Оболиус наконец соблаговолил проснуться – до сих пор он, посапывая и причмокивая, сладко спал на полатях.

Новое плетение для защиты от дождя таковым, по сути, не являлось. Это была старая добрая полусфера, которую искусник придумал и собрал в Широтоне для одного аристократа. Правда, там оно выполняло функции ночной вазы. Но если его перевернуть и увеличить в размере, то получалась замечательная крыша. Полусфера точно так же не пропускала дождевые капли внутрь, как до того воду наружу. Экономично и очень удобно. И не видно невооруженным взглядом, так что внимания не привлекает.

Увы, против грязи и луж ничего в запасе не нашлось. Как ни напрягался старик, так ничего и не придумал. Когда он спросил Оболиуса, нет ли у того идей, рыжий прохиндей гадко ухмыльнулся и сказал, что надо ездить на големе, чтобы не месить ногами грязь.

Только благодаря этой ухмылке Толлеус вовремя остановился и не спросил, на каком големе тот собрался ездить, потому что сообразил, что услышит: «На том, который нужно сделать!»

Безусловно, голем бы сейчас пригодился. Пускай не турнирный, который был по-настоящему хорош, но хотя бы его меньший собрат, которого продали Морису эль Гаррудо. На таком, конечно, в серьезный путь не отправишься, завязнет, но по деревне передвигаться – милое дело. И плевать на местных – примут за чародея, сговорчивее станут. И самое главное, ноги будут сухие и чистые. И ресурсы наконец позволяют: в достаточном количестве появились амулетные заготовки, простенькие накопители маны и свободное время. Денег, правда, на материалы нет, но так ведь тут ничего особенного не требуется.

Рассудив так, старик степенно кивнул и выдал слегка удивленному ученику амулеты:

– Делай! Да гляди старайся, чтобы получился не хуже, чем прежний!

Настала очередь Толлеуса мерзко ухмыляться, глядя на вытянувшееся лицо Оболиуса. Да, тот уже один раз собрал Паука, но тогда у него перед глазами был образец, с тех пор прошло много времени, и после старик доводил творчество ученика до ума. Искусник все это прекрасно понимал, но рассуждал так: «Ничего, пускай-ка поработает, чтобы не болтал попусту!»

– А материалы? – пискнул оболтус, мысленно пройдя по цепочке необходимого.

– Возьми топор, – ласково посоветовал искусник, – пойди в лес и выруби что надо! – В конце он все-таки не удержался и хихикнул.

Ученик больше не выглядел растерянным или удивленным. Он смерил старика тяжелым взглядом и буркнул:

– Лошадь возьму.

– Лошадь бери, а вот повозку не трогай, – встрепенулся Толлеус.

Повозки ему не было жалко, а вот плиту из адамаса он парню сторожить не доверит. К тому же тот даже не знает, что это. Для него это просто металлическая плита, которую хотели продать, но продавать не будут, потому что годится для хранения маны. Вроде накопителя сойдет.

Чтобы немного подсластить помощнику жизнь, старик порадовал его новым плетением для защиты от дождя. Правда, тот почему-то от счастья не запрыгал.

За обедом, который на этот раз оказался чуточку лучше вчерашнего ужина, Финна рассказала, что где попало рубить нельзя, потому что леса принадлежат городу, и если поймают, полагается большой штраф. Правда, никто еще никого не поймал, но если по закону, то нужно ехать подальше и брать только сухостой. Оболиус покивал – вроде понял. С тем кордосец его и отправил.

Оставшись один, Толлеус задумался насчет плиты. Везде с собой ее носить не будешь, слишком велика и тяжела, даром что металл легкий. При этом искусник не забыл, что когда у него похищали голема, он ничего не смог сделать против злодея. А уж ради адамаса злодеи в очередь выстроятся до самого Широтона, а оттуда до Терсуса. Единственное спасение – спрятать так, чтобы никто не узнал, даже не заподозрил. Но закапывать – не вариант. Ею нужно будет пользоваться. Пусть не каждый день, а только чтобы слить ману из манокристалла или же зачерпнуть сколько надо. Пока это неактуально – мохнатое стадо еще не наполнило шарик, встроенный в жилет, но через несколько дней понадобится.

Значит, плиту нужно держать относительно на виду. Но чтобы никто не подумал, что это и зачем это, ее нужно замаскировать. Плетения тут не подойдут, потому что в первую очередь прятать надо не от сиволапых лесных разбойников, а от людей, умеющих видеть плетения. И как же тогда?

В принципе плита по размерам хорошо подходила для повозки – лежала на дне и внимания не привлекала. Однако не помешает ее чем-нибудь прикрыть сверху. Сейчас там солома, но хорошо бы сделать второе деревянное дно – заколотить наглухо. Для работы не помеха, а со стороны не видно. А потом можно будет придумать что-то еще.