Чтение онлайн

— Итак, студенты, что мы имеем? — начал Менски, обведя студентов суровым взглядом. — Говоря откровенно, турнир оказался полным провалом. Первоначально мы предполагали, что турнир будет экзаменом, но в результате поняли, что если считать его экзаменом, то половину курса придётся отчислять. К тому же мы подверглись давлению некоторых родственников, которые считали, что к некоторым студентам мы отнеслись предвзято.

С этими словами он посмотрел в сторону второй группы, а Клара Урбан вызывающе посмотрела на него в ответ. Генрих усмехнулся и продолжил:

— Так что мы в конце концов решили, что оценка за турнир выставляться будет, но она будет носить необязательный характер. Вроде как мы с вами устроили такое внеклассное развлечение. Впрочем, в вашем личном деле эта оценка будет фигурировать.

В аудитории стояла мёртвая тишина. Студенты уже поняли, что ничего приятного они не услышат, и напряжённо ожидали продолжения.

— Начнём по порядку. Вся команда Арди, включая Тирину, получает «превосходно» — все действовали чётко и слаженно. К команде претензий нет, а вот с самим Арди дело обстоит сложнее. Зачем ты потащил команду в болото?

— Кто же мог предвидеть, что путь окажется свободным? — пожал я плечами. — Если бы у нас были средства связи, я обязательно оставил бы там наблюдателя, и вообще действовал по-другому.

— Я всё это понимаю, Арди, но ты должен был это предвидеть. Ты не просто командир, ты Владеющий, и твоя интуиция должна была подсказать тебе правильные действия. В общем, тебе, как старшему оценка снижается. С другой стороны, ты сумел заставить работать на себя другую команду, и за это тебе, как старшему, оценка повышается. В результате твоя оценка также будет «превосходно», но с замечанием. Ещё один момент насчёт того летального конструкта — это ты его создал?

— Какая разница кто? — поморщился я.

— Понятно, — немедленно догадался Генрих, — это Менцева резвилась. Ладно, с тобой всё. Менцева, как ты объяснишь применение летального конструкта?

Я мельком заметил, как Мина с Ядвигой удивлённо переглянулись — до них наконец дошло, каким образом я тогда подстраховался.

— Да что там было летального? — небрежно отмахнулась Ленка. — Просто дерево срубила, а эти почему-то переполошились.

«Эти» недовольно на неё уставились. Я мысленно порадовался, что Ленка в хорошем расположении духа, и не настроена на скандал. Запросто могла бы вместо «эти» сказать «эти курицы» или ещё что-нибудь в таком роде.

— Получаешь предупреждение, Менцева. Не знаю, что это за конструкт, но он явно опасен, и легко мог привести к смерти студента. Причём целительница вряд ли смогла бы помочь, если бы студент оказался разрезан пополам. Имей в виду, что предупреждением ты отделалась только на первый раз. В следующий раз ты будешь серьёзно наказана, и даже твоя мать с этим согласится.

— Я за мать не прячусь, — хмуро возразила Ленка.

— Ты это для начала своей матери объясни, — саркастически хмыкнул Менски. — С тобой закончили, пошли дальше. Вторая группа, точнее, команда Урбан. Команде мы всё же решили поставить «приемлемо» — как-то ведь сумели они добраться до места засады, не заблудились, ну и в засаде сидели. Что же касается старшего — Урбан оценки не получает. Не сумела наладить работу с приглашёнными членами команды, допустила отступление без боя, в общем, даже «приемлемо» тебе поставить невозможно.

— Как бы я их заставила драться? — огрызнулась Клара.

— Об этом ты должна была задуматься до того, как брать их в команду. Если у тебя не было возможности с ними справиться, значит, не нужно было их привлекать. А так они ушли при первой же опасности, и в результате остальная команда оказалась деморализована. Ты не станешь отрицать, что ты плохо руководила?

Клара угрюмо молчала. То ли не могла возразить, то ли считала, что возражать бесполезно.

— Команда Янсена, — объявил Генрих. — Ну, это вообще клинический случай. Командир не сумел справиться с приглашёнными членами, это ещё ладно. Но он бросил свою команду, и побежал с призом к финишу один. У меня здесь даже слов не находится. Что касается Юнусовой и Неверович, они получают оценку «достойно». Несмотря на предательство командира, они сохранили боеспособность и даже чуть было не подстрелили Арди.

Да, наш быстроногий Кристер и в самом деле отличился. Мы его точно не возьмём — парни нам нужны, и требования к ним гораздо ниже, но всё же не настолько низкие. Разве что он всё-таки серьёзно сойдётся с Миной, тогда нам хочешь не хочешь, придётся подписывать контракт и с ним. Но судя по тому, что Мина сидит отдельно, и на Кристера даже не смотрит, шансы на это невелики.

— Команда Золотовой нас приятно удивила. Не стали приглашать пятикурсников, которыми не смогли бы управлять. Правильно оценили, что шансов против команды Арди у них не было, и вместо безнадёжной схватки сумели договориться с Арди о сотрудничестве. Отличная командирская работа, Золотова. В результате самая слабая команда не только выжила, но и фактическая победила намного превосходящую их команду Урбан, и даже получила долю приза. Команда получает оценку «превосходно», а Золотова дополнительно к оценке получает запись в личное дело о том, что она проявила себя как лучший командир.

Мина была просто потрясена и от неожиданности начала что-то невнятно возражать.

— Нет, Золотова, — усмехнулся Генрих. — Нас не интересует, было ли это везением или нет. У сильного Владеющего ничего случайно не происходит, случайности у него сами выстраиваются как надо. Мы смотрим только на результат. А что касается Арди, то у него имеется серьёзное замечание, и лучшим командиром его всё-таки назвать нельзя.

— А то, что он и принёс приз — это что, не считается? — удивилась Мина.

— Приз там был для студентов, Золотова, — ухмыльнулся Генрих. — Для нас он ничего не значит. Ну, почти ничего. Нам вообще неважно, кто его принёс и как поделил. А впрочем, давай спросим его самого. Что скажешь, Арди — кто из вас командовал лучше?

Даже не знаю, что тут сказать. С одной стороны, мне кажется, что присутствует некоторая несправедливость, но с другой стороны, возразить-то нечего. Неплохо Генрих нас всех прополоскал, но всё по делу, даже Урбан не стала скандалить.

— У меня нет возражений, — ответил я. — Поздравляю, Мина!

В трактире было шумно — может быть, и не так шумно, как в выходной, но вечер пятницы тоже время оживлённое. Маркел устало вытянул ноги, благодарно кивнул улыбнувшейся ему молоденькой подавальщице, отхлебнул холодного пива и ощутил наконец, что в жизни есть и приятные моменты.

В трактире «Сотня на привале» собирались в основном ветераны княжеской дружины, ну и старослужащие тоже. Салагу отсюда могли и выпроводить пинком под жопу, вольников здесь не уважали и обычно просто не пускали, а на дружинников семейств всего лишь недружелюбно косились. Впрочем, дружинников Арди уважали и княжеские ветераны, так что Маркел Гулевич, десятник сотни Сигурда Йенсена, чувствовал себя здесь вполне комфортно.

Он понемногу прихлёбывал пиво, прикрывая глаза от удовольствия, и успел выхлебать полкружки, когда подавальщица появилась снова и начала выгружать на стол содержимое подноса.

— Маркел, здесь Дрозд, в дальнем углу сидит со своими, — тихо предупредила она его.

— Да и бес с ним, — вяло махнул рукой тот. — Спасибо, Катюша, разберёмся.

Суточные щи сегодня были особенно хороши, и он почувствовал, как всё напряжение сегодняшнего трудного дня бесследно уходит, сменяясь тихим блаженством пятничного вечера. Большая тарелка уже почти опустела, когда на лавку напротив по-хозяйски уселся крепкий парень в форме княжеской дружины. Лицо его через весь лоб до самого рта пересекал грубый шрам, хотя глаз остался целым.