Чтение онлайн

— Драгана Ивлич говорила мне примерно то же самое, — припомнил я.

— Даже многие здешние жители считают, что эти земли составляют уезд, а Рифейск является уездным городом, но на самом деле никакого уезда здесь нет. Рифейск был создан как военное поселение, и до сих пор им официально является, просто об этом уже мало кто помнит. Именно поэтому здесь нет ни уездного, ни даже городского головы, а правит городом наместник, который занимается гражданскими делами и делит власть с командиром гарнизона.

— Очень интересно, — вполне искренне сказал я. — Получается, что наместник является моим естественным союзником, потому что после создания второго поселения у него появляются шансы стать нормальным уездным головой. А командир гарнизона, соответственно, в уезде может потерять изрядную долю власти.

— С первого взгляда так, — согласилась Анна.

— А со второго?

Она просто молча пожала плечами.

— Ну хорошо, а что ещё вы можете о них рассказать?

— Например, то, что они уже много лет совершенно не переносят друг друга, не разговаривают, и даже не здороваются. Но при этом всегда действуют согласованно и не во вред друг другу.

— Мне приходилось видеть людей, которые ненавидели друг друга, но при этом много лет вели общее дело, — вспомнил я нечто похожее. — Просто при попытке разойтись они потеряли бы всё, так что им ничего не оставалось, кроме как терпеть общество другого.

— Я тоже думаю, что причина в этом, — кивнула Ренская. — Притворяться врагами для них нет никакого смысла, так что вражда, скорее всего, настоящая.

— Но это значит, что у них есть какое-то общее дело, которое зависит от их совместной работы, — продолжил мысль я.

— Если оно и есть, то никто о нём не знает. Точнее, не знает никто из моего круга, — поправилась она.

— А значит, вы правы — наместник не обязательно будет моим союзником, — задумчиво отметил я. — Зависит от того, как устройство второго поселения повлияет на его дела с командиром гарнизона. Но вернёмся к вопросу Лены — так кто управляет свободной зоной, и почему она вообще существует?

— Скажу честно, господин Кеннер — я ничего об этом не знаю. Мне самой интересно, как она вообще может существовать. Но я вам расскажу одну маленькую историю, а вы уж думайте сами. Места здесь опасные и наши геологи всегда ходят с охраной. И вот однажды наш отряд задержал банду — задержал совершенно случайно, они просто проходили мимо, услышали стрельбу и крики и решили разобраться. Бандитов взяли с поличным, прямо при нападении на артель, которую они грабили, причём нескольких артельщиков уже успели убить. Захваченных бандитов отряд привёл в город и сдал в штаб гарнизона.

— Почему не в стражу? — перебил я её.

— У нас нет стражи, её обязанности как раз и выполняет гарнизон.

— Ясно, продолжайте, пожалуйста.

— Собственно, история на этом практически заканчивается, за исключением одной маленькой детали. Парой месяцев позже человек, который участвовал в задержании банды, с удивлением рассказал мне, что видел одного из тех бандитов в составе гарнизонного патруля. Тот был в форме ратника, вооружён, и по впечатлению моего человека, именно он тем патрулём и командовал.

— Очень… интересная история, госпожа Анна, — глубоко задумался я. — Пожалуй, она действительно способна прояснить некоторые загадки.

На приём мы поехали на извозчике. В столице они уже нечасто встречались, их там почти полностью вытеснили таксомоторы, а вот здесь они вполне процветали. Оно и понятно — расстояния здесь совсем не столичные, куда ездить на такси? Да и дороговаты поездки на таксомоторе для провинциальной публики.

Ленку поначалу поездка на извозчике веселила, но уже на середине пути она стала заметно морщиться. Извозчичья пролётка — не самый комфортный вид транспорта; на немощёной улице, которая, казалось, состояла из одних только ухабов, поездка быстро превратилась в мучение. Наместник, похоже, не особо заботился о вверенном ему городе — ухабистая улица, деревянные тротуары из местами прогнивших досок, пыльные серые дома по бокам. По сравнению с грязью свободной зоны здесь, конечно, было ещё не так и плохо, но достаточно было вспомнить чистенькую и аккуратную зону Ренских, как сразу возникали мысли, что городские власти воруют, и воруют явно не по чину. Стоило бы устроить им серьёзную ревизию, но разбираться с вороватыми княжескими чиновниками мне совершенно не хотелось. В конце концов, я прилетел сюда вовсе не за этим.

Пытка, к счастью, продолжалась недолго — ухабистая улица, наконец, перешла в аккуратно отсыпанную щебнем дорогу, которая вскоре привела нас к пропускному пункту зоны Ренских.

— Кеннер Арди с супругой, — сказал я подошедшему охраннику.

— Проезжайте, господин Кеннер, — немедленно отозвался охранник, и шлагбаум поднялся.

Сразу за шлагбаумом щебёнка перешла в брусчатую мостовую, а по сторонам улицы появились разноцветные двухэтажные домики на двух хозяев, отделённые от тротуара крохотными палисадниками.

— А кто в этих домах живёт? — поинтересовался я у извозчика.

— Конторские всякие живут, — степенно ответил тот, как следует обдумав вопрос. — Инженерa разные. А кто попроще, вон в ту сторону подальше живут. Там на три этажа дома стоят, даже на четыре есть.

— А люди как — стремятся у Ренских работать?

— Есть такое, — ответил извозчик подумав. — Да где угодно хотят работать, лишь бы не у князя.

— А что у князя-то не хотят?

— Так а что у князя? Работа тяжёлая, платят мало. Кто на станции пристроился, тем ещё ничего, а если на станцию не попал, то только камень пилить для наместника. Другой работы, считай, что и нет, разве что в старатели, но старательское дело, оно такое… не каждому подходит.

— Какой ещё камень пилить? — заинтересовался я.

— Ну вот мы по мостовой едем — откуда на ней камень? У наместника купили, и ему же за укладку заплатили.

— А что же тогда в княжеской зоне брусчатки нет?

— А кто за неё там платить будет? Здесь Ренские заплатили, и в других зонах тоже сами платят, а в княжеской зоне с кого деньги брать?

— Вообще-то, княжество деньги на благоустройство наверняка выделяет, — возразил я.

— Наместник те деньги и без всякой мостовой заберёт, — хмыкнул извозчик.

Из извозчиков, конечно, эксперты ещё те, но именно в данном случае его анализ ситуации выглядел довольно правдоподобно. У меня и самого возникли разные вопросы по поводу честности городских властей. Хотя с другой стороны — плановые проверки они как-то же проходят? Впрочем, я тут же вспомнил, что Ренская упоминала некоего старого товарища наместника, который сидит в княжеской канцелярии.

Дорога много времени не заняла, и уже минут через десять мы подъехали к особняку Ренской. Приём проходил в саду — немаленьком саду, как бы не с гектар размером, — а встречала гостей сама Анна Ренская.

— Господин Кеннер, госпожа Лена, рада приветствовать вас в моём скромном доме, — улыбнулась нам она. — Позвольте мне познакомить вас с гостями.

— Только если это вас не затруднит, — галантно отозвался я.

— Не затруднит, остальных гостей встретит мой сын, — она показала на подростка, который скромно держался позади неё. — Ратмир Ренский.

— Одарённый? — вопросительно поднял бровь я. — Или пока рано судить?

— Немного рано, но мы уже прошли тесты, — с затаённой гордостью отозвалась она. — Одарённый с неплохой основой. Через год ему в старшую школу, так что следующим летом мы с ним переезжаем в Новгород.