Чтение онлайн

– Он уже не главный и никогда им больше не станет. Я имею в виду… насчет этих ваших опытов, – Натаныч пошевелил пальцами возле носа профессора.

– Я заведую лабораторией, если Вы об этом…, – отозвался Курочкин.

– Вот, молодец, – вожак осклабился, показав большие желтые зубы, и положил могучую руку на плечо доктора, – ты мне всё покажешь и расскажешь. От тебя и твоей честности будет во многом зависеть судьба вашего дружного коллектива.

– Мы… мы с коллегой, если Вы не против? – промямлил Роберт Харисович и покосился на Хаимовича.

Андрей сглотнул слюну, незаметно переводя взгляд с одного противника на другого: «Боишься с этим громилой один оставаться или что-то задумал? Так-то их мало: три мужика да девка. Колхозники какие-то, судя по рожам. Вот бы нам всем разом на них навалиться».

Но мечты Кузнецова прервал хриплый скрипучий бас Натаныча:

– Мамашу с дочкой в общую камеру, космонавта и этих хмырей по отдельным закрыть, – Харитон ткнул пальцем в грудь Андрею, смерил взглядом Корнилова и повернулся к нему спиной. Натаныч не узнал президента, тот выглядел сейчас настолько жалким, что больше походил на бездомного.

Собрание закончилось. Пух с Диманом нацелили оружие на мужиков и повели их по коридору. Дина подошла к пленницам:

– Не бойтесь, пойдемте.

Воробьева посмотрела на незнакомку с удивлением, как будто только что её заметила. Лицо Дины показалось ей добрым и немного напуганным, как будто она случайно тут оказалась, а не вторглась вместе с бандитами.

– Девочка сильно болела. Пневмония. Можно я возьму лекарство?

– Только не делай глупости, пожалуйста, – шепотом, почти ласково предостерегла Дина.

Вскоре Машу и Таню заперли в камере. Здесь стояли две кровати, но малышка ни на шаг не хотела отходить от своей «няни». Пленницы сели в обнимку, накрылись теплым одеялом, но дрожь не унималась. Страх перед неизвестностью ледяными пальцами сжимал их сердечки.

Тем временем Харитон с любопытством осматривал лабораторию. Несмотря на внешнее спокойствие и браваду, главарь тоже нервничал. Дело прошло на удивление гладко и быстро, но мандраж продолжался. Пока Курочкин рассказывал историю бункера и его предназначение, Альберт Борисович угрюмо молчал. Он был тут таким же чужаком, как и захватчики.

Чем больше Натаныч получал информации, тем сильнее убеждался, что этот кусок ему не по зубам. Слишком тут всё было научно и сложно. Но одно Харитон понял сразу – этих «ботаников» необходимо беречь.

– Значит, у вас здесь припасено дряни, чтобы заразить полстраны?

Доктор, переминаясь с ноги на ногу, пожал плечами:

– Не совсем так, но какой-нибудь крупный город вполне. Впрочем, сохранность вирусов полностью продумана, даже если на бункер упадет бомба. Вирусы глубоко под землей в специальном хранилище, при самом худшем сценарии произойдет полная консервация.

– Но если надо, ты сможешь их оттуда достать?

– Да, у меня есть доступ.

Натаныч мысленно поблагодарил Ивана, его предостережения оказались не пустым звуком. При желании из бункера действительно могли выпустить заразу.

– А что насчет зомби-вируса?

Роберт Харисович посмотрел на Хаимовича. Профессор отрешенно пялился на стенку, словно его тут не было.

– Правду, только правду, – в очередной раз напомнил захватчик.

– Мой коллега лучше просветит вас в этом вопросе.

Альберт Борисович откашлялся, как перед докладом на конференции. Возможно, это самая важная речь в его жизни. Ответ должен был убедить Харитона сохранить им жизнь при любом раскладе. Хаимович потер одну ладонь об другую:

– У нас есть тестовая вакцина, она помогает на короткий промежуток времени. И сегодня мы планировали провести испытания нового препарата. По нашим расчетам, с его помощью иммунитет человека сможет полностью блокировать «Новую звезду».

– Чего? Какую звезду?

– Так мы называем возбудителя этого заболевания.

– Короче, у вас есть лекарство от зомби-вируса, правильно?

Курочкин нервно почесал шею, он как раз первым планировал ввести себе вакцину:

– Оно не испытано и, с вашего позволения, мы можем заняться этим прямо сейчас. Для этого всё готово.

– Ну… давай…, – разрешил Харитон, прикидывая нет ли тут подвоха.

Альберт Борисович помог доктору вколоть препарат. Курочкин взволнованно дышал, чувствуя, как приближается очередной приступ чесотки, но через мгновение зуд прекратился и ученый выдохнул с облегчением.

– И всё? Теперь ты зомбаком не станешь?

Профессор поправил треснутые очки и сделал задумчивую физиономию:

– Всё не так просто. Понадобятся еще месяцы наблюдения, анализы, возможно, повторная вакцинация.

– А почему я без всяких ваших лекарств тогда людей не жру?

– Ваш иммунитет блокирует патоген. Мы изучаем этот вопрос. Очевидно, что ключевой фактор здесь Рабиес вирус.

Натанычу не нравился этот занудный очкарик. Главарь понизил и без того чугунный голос:

– По-русски говори.

– Это бешенство, – вмешался в разговор Курочкин, – те, у кого была прививка от бешенства, не так восприимчивы к зомби-вирусу.

Харитон задумался. В глубинах памяти всплыл давно забытый эпизод. Ночь, глухая подворотня, внезапное рычание и боль в лодыжке. Он забил ту шавку до смерти, но в больницу пошел только когда совсем стало худо. Врачам едва удалось его спасти. Бешенство, вот оно что.

– Ладно, к этому позже вернемся. Теперь рассказывайте, чем ваш командир тут занимался.

Вопрос поставил доктора в тупик. Власов обычно с утра до ночи курил в своем кабинете, время от времени вызывал к себе его или Сироткина, придумывал для бойцов занятия, руководил одним словом.

– Ну… он тут организовывал, контролировал, дисциплину поддерживал, – размыто пояснил Роберт Харисович.

– Есть у него доступ к секретной информации? Может, его отпечатком пальца или сетчаткой глаза какие-то двери особенные открываются, как в кино?

– Доступ у нас по магнитным ключам…, а насчет секретной информации… так она вся тут секретная была.