Чтение онлайн

– С какой стати Вы взяли, что я — террорист?!- совершенно искренне возмутился я.- У вас что, есть доказательства, что я кого-то убил или что-то взорвал? Нет у вас тут никаких доказательств — есть только Ваши личные фантазии.

Хлоп!- мне прилетела ещё одна оплеуха, с другой стороны.

– Прекратите рукоприкладство!- возмутился я.- Мало того, что Вы сорвали сверхсекретную государственную миссию, так Вы ещё избиваете её КЛЮЧЕВОГО участника! Не усугубляйте своё положение!

– Прекратите делать из меня идиота!- повысил голос недополковник.- Мы уже допрашивали других пленных — никакой государственной миссии у вас нет! Вы — обычные бандиты и убийцы!

– Ага, «обычные бандиты»! Из которых все говорят только на языке Родины, и никто ни полслова не понимает на языке врага! И одетые в форму штурмовой пехоты родной страны...

Это был мой заход ва-банк. Быть может, я вообще остался последним из живых. Возможно, кого-то из наших и вправду успели допросить. Из допрошенных кто-то молчал, кто-то что-то пытался говорить, но, конечно, только на языке тех, кто взял нас в плен.

– Мы послали запрос по радио: нам официально ответили, что никаких наших частей на Бурой гряде нет. Если про вас армия ничего не знает, то кто вы вообще такие?

– Про нас никто ничего и не доложен был знать!- ответил я как можно более свирепо и раздосадованно, тем более, что сие желание совпадало с моим внутренним убеждением.- Мы должны были скрытно выдвинуться к линии фронта. Про нашу миссию знали только вон там!

И я закатил глаза под самый потолок и даже выше.

– А нас расстреляли свои же! Раздели догола и избивают! Да Вы хоть знаете, КАКОЕ у меня звание?!!

Похоже, с этим лопухом никто раньше не разговаривал так, как я, и подобную ахинею на уши ему не развешивал. Недополковник слегка задумался типа «конечно, так быть не может, но кто ж его знает, что вообще может быть?»

– И какое же у Вас звание?- спросил хозяин кабинета почти вежливо.

– Генерал от инфантерии, начальник службы безопасности при Академии наук,- оттарабанил я примерно то звание и должность, в каковых сам обретался на своей родной планете. Ну, в звании я себе, конечно, чуток прибавил, но, если по справедливости, то самое то: с моей-то былой должностью!- Отделение назвать не могу: я и так сказал больше, чем имел право! Надеюсь, Вы не сомневаетесь в моём дворянском звании?

Я сказал именно «в дворянском звании», а не в «происхождении»: моё дворянство — жалованное, а не родовое. Тем не менее, раз я настоящий дворянин, то имею право назвать себя дворянином где угодно, на любой планете.

Полковник-минор слегка изменился в лице. Возможно, дворян он ненавидел, а, возможно, сам был дворянином до мозга костей — почему-то мне не удалось до конца прочесть, что за тип оказался на моём пути. Просто серый полкан, затраханный службой и войной, не имевший врождённой высокородной осанки — да кто ж его разберёт, что он за граф такой? Но, похоже, сам-то он поверил, что я и правда дворянин, а, услышав озвученное мною воинское звание, невольно одёрнул мундир. Подручный лейтенант и вовсе выкатил глаза, побелев, как мел,- разве что во фрунт не вытянулся, услышав сочетание «генерал» и «безопасность».

Недополковник встал из-за стола, как будто бы желая просто размять кости, но по его физиономии я видел, что мне удалось-таки крепко его обескуражить. Он сделал несколько шагов туда-сюда, потом скомандовал лейтенанту:

– Ступайте в радиоузел и передайте сообщение: задержан генерал от инфантерии, начальник службы безопасности при Академии наук, просим подтвердить личность. Распорядитесь насчёт еды для гостя. На сегодня — всё!

Полуобморочный мальчишка пулей выскочил за дверь выполнять указания.

– Фрихт, развяжите гостю руки. Но!- только руки! Извините, господин генерал, но, пока Ваша личность не подтверждена, я не могу рисковать. Фрихт, верните гостю его рубаху, штаны и сапоги.

Хм, а броник, значит, зажал. Но и на рубахе спасибо: она достаточно тёплая, а я продрог, как цуцик.

Чтобы мне напялить мои штаны, Фрихту пришлось-таки освободить мне ноги. В это время «полкан» стоял, подняв ствол заряженного пистолета вверх, не отрывая от меня пристального взгляда, а Фрихт откровенно, безо всяких философий, навёл на меня автомат. После того, как я оказался в штанах и сапогах, молчаливый конвоир, усадив меня на стул, вновь принялся прикручивать мои ноги к ножкам стула.

Я подчинялся совершенно спокойно и расслабленно, абсолютно уверенный в том, что, когда придёт подходящий момент, я сам это пойму. Фрихт склонился к моей правой ноге, и я увидел, что у него на поясе слева болтается штык-нож. Меня мгновенно одолела прямо-таки детская радость, и внутренний голос восторженно взвыл, что сейчас оно — самое то! Ну, спорить с самим собою — дело глупое, и я, счастливо улыбаясь, вроде бы дружески прикоснулся к конвоиру, как будто бы желая обратить его внимание на что-то. На самом деле моё «касание» заблокировало работу его тела, он едва мог дышать и только беспомощно пучил глаза в пол. Я слегка склонился к парализованному конвоиру, плавно вытянул замеченный мною штык из ножен и, вскочив на ноги, одновременно послал полученный подарок в полёт.

Недополковник успел понять, что что-то пошло не так: ствол его пистолета начал быстро опускаться на меня. Но нажать на курок он не успел: лезвие брошенного ножа почти по рукоять вошло ему в горло. Я не стал дожидаться, пока окажусь на линии огня, и отскочил в сторону: чёрт его знает,- может, убитый не стреляет только потому, что ещё не прицелился? Мой собеседник начал заваливаться на пол — я, обогнув стол, успел подхватить его тело, сразу вырвав его пистолет от греха подальше, пока он не бабахнул.

Потом я вернулся назад и добил стоящего на карачках Фрихта рукоятью отобранного пистолета по затылку,- быстро и бесшумно.

Начала осторожно приоткрываться дверь — я метнулся встречать гостя. Это оказался давешний лейтенант-минор, осторожно несший перед собой поднос с моей едой. Я упер ему в лоб ствол «полканского» пистолета:

– Вот только пикни… моргни, если понял.

Он опять побледнел и очумело закивал. Мда, слабоватые у них тут кадры…

– Поставь поднос на стол, только осторожно,- скомандовал я и ногой прикрыл входную дверь.- Сколько людей в здании?

– Ну… не знаю… сейчас же ужин… все в столовой!

– Сколько тут комнат?

– За этой стеной есть комната с печкой, а напротив её — ещё одна, большая,- для полицаев,- и лейтенантик показал пальцами расположение всех комнат.

Я ещё раз использовал пистолет не по назначению — на этот раз врезал мальчишке рукояткой по темечку. Жив будет. Возможно, что-то и позабудет. Оно и к лучшему…

Быстро осмотрел помещение. Хм, в тумбочке нашлись блюдечко с грязными кусочками сахара, полбуханки серого хлеба и невскрытая банка солдатской тушёнки,- я невольно зауважал покойного, не хлебавшего в этой глуши изысканных разносолов. Из комнаты я выходил, опоясанный солдатским ремнём Фрихта, заткнув за него штык-нож и пистолет и забросив за спину автомат. В руке держал банку тушёнки, обмотанную офицерским шарфом полковника-минора.