Чтение онлайн

– Ты правильно идешь, – ощерился один из парней, демонстрируя отсутствие пары передних зубов, – за поворотом увидишь железку, чеши вдоль нее и выйдешь на станцию.

– Только откинулась чтоль? – поинтересовался второй.

­– Ага.

– Ну и как?

– Уле-е-ет! – засмеялась Ольга.

Будто заряжаясь от ее радости, парни тоже засмеялись.

– Ну удачи.

– Спасибо!

До вокзала она добралась уже промокшей до нитки. Впрочем, вода в любом виде ее никогда не пугала. Спустя пятнадцать минут она сидела закинув ногу на ногу в зале ожидания провинциального вокзала, с аппетитом поедая разогретый в микроволновке чебурек и поглядывая в треснутый экран смартфона, который только-только показал первое деление зарядки от вокзальной розетки. На соседнем сиденье примостился стаканчик с дешевым кофе из автомата.

Круживший неподалеку мент возник в поле зрения.

– Справка имеется? – спросил он.

– А то. – Ответила Ольга, откусывая сложенный пополам чебурек.

Мент улыбнулся, кивнул и отчалил.

До отправления электрички оставалось больше трех часов, и Ольга решила не тратить времени понапрасну. Пароль от смартфона, слава богу, остался прежним, сим-карту, правда, давно заблокировали. Зато все контакты сохранились в телефоне. Заглянув в галерею, она увидела улыбающиеся лица, непроизвольно вздохнула, но взяла себя в руки – еще будет время предаться приятным воспоминаниям.

Покинув здание вокзала, Ольга обогнула гигантскую лужу и на другой стороне пустынной разбитой площади нашла салон связи, примостившийся с торца обшарпанной трехэтажки, между алкомаркетом и парикмахерской. Купив самую дешевую сим-карту с запасом интернета в пятнадцать гигабайт, она вернулась на станцию, снова воткнула зарядку в розетку и для начала позвонила Фомичевой – по вотсапу для экономии средств. Никто не ответил. С Занудой – та же история. Их обоих правда давно не было в сети, но вот Толик, например, был пять минут назад. Она позвонила ему. И тот не ответил. Видать боится – номер-то, незнакомый. Ольга написала ему в чат: Толик, это я! Не узнал? И смайлик – хохот до слез, за ним еще один – конская голова, намек на их общую шутку про говорящую лошадь. Толик прочитал сообщение и тут же вышел из сети. Это Ольга, дописала она. Толик прочитал, и снова не ответил. Ольга хмыкнула.

Дианки и ее парня в вотсапе она вообще не нашла. Позвонила старой подруге напрямую и услышала: «Абонент в сети не зарегистрирован, перезвоните позже».

Следующие полчаса Ольга перебирала контакты и звонила всем, кого можно было считать если не друзьями, то хотя бы хорошими приятелями. Почти никто не отвечал, а те, кто отвечали, не узнавали ее или же узнавали, но как будто с трудом и говорили односложно и холодно – так что Ольге ничего не оставалось, как с чувством стыда за свое чересчур эмоциональное приветствие завершать разговор под надуманными предлогами.

В конце концов ей стало это надоедать, она ощущала себя как измочаленный специалист по холодным продажам.

Надежда мелькнула, когда удалось дозвониться до младшей двоюродной сестры Дианки, которая когда-то помогала им с жильем в Казани, куда они заехали в ходе одного из своих самых затяжных и веселых трипов. У девушки была красивая фотка на аве – стройная загорелая фигура, белый песок и надпись в статусе: «Твое солнце».

– Какая Ольга? – холодно переспросила девушка, когда Ольга набросилась на нее с приветствиями.

– Подруга Дианки, разве не помнишь? Казань. Семь лет назад.

– А-а, ну да. – Произнесла девушка как будто разочарованно.

– Слушай, она похоже номер сменила, может скинешь мне ее новый?

– Э-э, я не знаю.

– Не знаешь?

– Да мы с ней уже лет пять не общаемся.

Далекий голос на том конце сквозь смех позвал девушку.

– Ладно, мне пора. ­– Сказала она и отключилась.

Ольга опустила руку с телефоном.

Как будто времена изменились, подумала она, а может теперь так принято или все дело в ее новом прошлом?

Тем не менее время шло и Ольге пора было определяться, что делать дальше. Не на вокзале же ей ночевать. Раньше она как-то об этом не задумывалась – планировала погостить у подруг, сначала у одной, потом у другой, взять денег в долг – учитывая сколько сама она одалживала и сколько дорогих подарков дарила, спуская на них все призовые, это не казалось какой-то проблемой. Потом вернется на старую работу, судимость она всерьез не воспринимала, Руслан всегда к ней хорошо относился, да и понятно всем, что она никакая не преступница, а просто стала жертвой дурацких обстоятельств.

Она позвонила Руслану. Нет ответа. Написала ему в вотсап. Он прочитал и тотчас заблокировал ее. Ольга нахмурилась. Тревога росла, пока список тех, кому она могла позвонить, таял на глазах. Ей не отвечали, «не узнавали», разговаривали холодно или «через губу». Ольга, от природы не умевшая сердиться, только удивлялась.

Наконец, остался последний контакт – Масленкин Юрий Петрович. Она вспомнила пожилого суховатого невысокого начальника спортшколы в Раменском, который боготворил ее и звал работать к себе тренером. Что поделаешь, для начала сойдет. Он и денег может дать и с жильем помочь, а она отработает. Бассейн, в конце концов, у них есть, а это самое главное.

Однако, представив, что и этот вариант отпадет, ей вдруг стало страшно.

К ее радости, Масленкин ответил сразу. И узнал – не стал носа воротить.

– Ольга, послушай меня, – заговорил он, каким-то непривычно старчески-скрипучим голосом, с трудом останавливая ее многословное приветствие, переходящее в просьбу, – во-первых, я там уже давно не работаю, я на пенсии, во-вторых, какая работа, Ольга, с судимостью с детьми нельзя работать, ты с какой планеты?

Вредный какой-то он стал, подумала Ольга, возраст что ли?

– Оля, тебе надо скорее выбираться.

– Спасибо за совет.

Все что он предложил ей – перевести пятьсот рублей на телефон, потому что карты у Ольги не было, но она отказалась. Она отключила зарядившийся наконец смартфон от розетки и вышла на улицу. Дождь уже закончился, она прошла по разбитому асфальту к покосившейся ржавой ограде, за которой поднимался пар над дорожками в стихийно заросшем сквере.

Неужели остается только… Нет. Ольга обеими руками подняла смартфон к лицу, открыла контакты, нажала букву «В», подумала немного и кликнула по имени Влад. С замиранием сердца приложила смартфон к уху, ожидая услышать того, по чьей вине угодила в колонию и про кого четыре с половиной года пыталась забыть.

– Номер не обслуживается, – прозвучало в ухе.

Ольга обернулась, хмуро посмотрела на серое здание вокзала – даже под облупившейся штукатуркой и ржавыми подтеками помпезные формы советской архитектуры умудрялись довлеть над окружающей разрухой. Словно вечное прошлое поднималось из могилы одной силой своего величия и перемалывало все, что считало оно своим.

До нее дошло только теперь: прежняя жизнь ушла и больше не вернется. И следом как неизбежное продолжение этой мысли возникал вопрос: что же теперь делать? Подкрадывающийся ответ заставил ее ужаснуться.