Чтение онлайн

– Несколько месяцев назад. Может весной, а может зимой. Еще снег был.

– Больше вы их не видели?

Женщина покачала головой. Виктор оттянул ремешок часов.

– Вы с ними не общались?

– Нет.

– Может слышали что-то?

– Не слышала, но видела, как тот высокий после выселения говорил на стоянке с нашим электриком Венцеславом. Этот Венцеслав сдает свой старый дом вахтовикам.

– Спасибо! – ему захотелось схватить уборщицу за плечи. – Может вы подскажете, где найти этого… Венцеслава?

Женщина пожала плечами.

– На стоянке утром я видела его машину, значит он здесь. Обычно он у себя в подвале сидит, если работы нет.

– Вы сказали, он электрик, а тот старик…

Уборщица махнула рукой.

– Старик здесь не работает! – резко ответила она. – Он приходит иногда на подработку.

Виктор еще раз поблагодарил ее и не теряя времени отправился искать Венцеслава, но женщина остановила его.

– Эта ведь ваша дочь? – спросила она. – Вы ее ищете?

Летягин замер – он не помнил, чтобы говорил ей об этом.

– Откуда вы знаете?

– Она похожа на вас. – Все также бесцеремонно разглядывая его сказала уборщица.

Удивительный день! Его дочь была копией матери, а от него унаследовала только умение решать задачки по физике и математике и вот на тебе.

– Спасибо!

Вестибюль внизу на этот раз пустовал. Виктор попытался найти вход в цокольный этаж, зная что согласно требованиям пожарной безопасности он должен быть отдельным, но на первом этаже ничего не нашел. Он остановился у пустой стойки, за которой увидел коридор – в конце его за распахнутой дверью раздавались голоса.

Летягин обогнул стойку, прошел по коридору и заглянул в помещение. Там за столом в маленькой подсобке сидели высокая начальница и «папильонша».

Обе пришли в негодование увидев его. Виктор выдал наспех придуманную легенду, что ищет электрика, чтобы тот починил в его номере свет, но женщины завелись не на шутку, ничего и слышать не хотели и Летягин, махнув рукой спешно ретировался. На выходе из коридора он едва не столкнулся с крупным субъектом в спортивном костюме.

– Вы электрик? – спросил у него Виктор.

Мужик не останавливаясь мотнул головой. Летягин вышел на улицу, намереваясь найти вход в цокольный этаж снаружи. У главного входа перед автостоянкой дворник-таджик мел асфальт.

– Знаешь Венцеслава? – спросил у него Виктор.

Тот перехватил метлу и показал на автостоянку в дальнем углу которой двое мужчин садились в вишневую «Дэу Нексиа».

– Это он?

Таджик плюнул насваем в траву и кивнул.

– Рыжий.

Мужик с рыжими волосами садился на пассажирское сиденье. Виктор бежал к ним и кричал, но северный ветер заглушал его крики. Машина резво сдала назад и развернувшись помчала к выезду. Летягин махал машине, но бестолку – набирая ход, она поехала по дороге. Виктор заметил, что выездная дорога опоясывает перелесок, который он принял за парк, и с узкой стороны на углу располагался светофор. Сам же перелесок был небольшой – шириной всего метров двадцать. Виктор бросился через него наперерез к дороге. Ему казалось, что кто-то зовет его и где-то неподалеку шелестят кусты. Летягина все это не интересовало, он следил только с «Дэу Нексиа», которая сейчас остановилась на светофоре.

Виктор выбежал из перелеска в тот момент когда загорелся зеленый. «Дэу» ехала первой – набирая ход, она двигалась прямо на Виктора, который вышел на дорогу.

– Венцеслав! – кричал он, махая руками. – Стой!

Машина загудела и не сбавляя хода, обогнула его по встречке. Рыжий на пассажирском сиденье бросил на Виктора испуганный взгляд. Следующие машины тоже гудели, объезжая его и Летягин отступил к лесу.

Тяжело дыша, он повернулся к гостинице и в этот момент перед ним возник высокий мужик в спортивном костюме, с которым он едва не столкнулся в коридоре за ресепшеном. Лицо у него было выбритое, волосы аккуратно зачесаны.

– Ты чего, не слышишь? – спросил мужик с улыбкой. – Я же тебе кричал.

– Что? – не понял Виктор.

Мужик посмотрел куда-то вправо. Летягин краем глаза уловил там движение, но понять ничего не успел – сокрушительный удар сбил его с ног.

***

Небо сжалось до размера тюремной камеры. Обуреваемая страхом, Ольга зашарила в изголовье, с ужасом наблюдая как пластмассовые буруны тают в клочьях кошмара. Когда свет настольной лампы залил комнату, она села в кровати, от холода обхватила себя руками, и стала клевать носом, но настырный телефонный звонок не позволил ей снова пропасть во сне. Так звонит тот, кто точно знает, что ты дома. Ольга подняла лицо, мутный взгляд встретился с собственным отражением пятнадцатилетней давности.

«Нет, только не сейчас» – Ольга решительно вскочила и, отвернув фотографию сестры к окну, протопала босиком в полутемную прихожую, схватила трубку.

– Оленька, я тебя не разбудила? – без приветствий влился в ухо голос Нины Васильевны.

– Нет, – соврала Ольга.

– Михалычу очень понравилось как ты работаешь.

– Супер.

– Но я, разумеется, не поэтому тебя беспокою. Знаю, тебе тяжело сейчас. Ты уж прости, дорогая, что я это не сразу поняла и мою назойливость неуместную тоже прости пожалуйста. Меня очень взволновала встреча с тобой. Я знала, конечно, что ты приедешь, но это все равно случилось так неожиданно... Воспоминания все эти мне это уже в тягость, понимаешь? Я почти всю ночь не спала и сегодня тоже как в коматозе целый день. Если я тебя как-то обидела ненароком, ты уже прости, Оленька. Я в последнее время сама не своя, да еще и забываю все.

– Да все в порядке, Нин Васильна. – Ольга водила пальцем по номерам телефонов, записанным на стене рукой матери: номер Аньки, который она когда-то и сама помнила наизусть и свой первый «Билайновский», давным-давно забытый и потерянный вместе с кнопочным «Сименсом».

– Я собственно звоню-то почему. Я ведь вспомнила, Оль. Я же видела его.

Ольга закусила губу и прекратив водить пальцем по стене, выпрямилась во весь свой немалый рост. Ее удивило, что она мгновенно поняла кого Нина Васильевна имеет в виду.

– Я сегодня весь день думала, – продолжала Нина Васильевна, – вспоминала и вдруг меня как будто током прошибло. У меня ведь раньше и в мыслях не было, что все одно с другим связано.

– О чем вы, Нина Васильевна?

– Я вспомнила тот день. Это была ранняя весна, апрель кажется, там за кухней в части садик был у нас крошечный. Вроде курилки. Я как сейчас помню – прихожу с овощного, а из-за дерева капитан высокий такой, крепкий и протягивает мне этот, ну… фотоаппарат-то который моментально...

– «Полароид»?

– Точно! Вот память, а? Он такой чуть лысоватый был, но приятный. Из топографов. Так-то у нас часть связи была, но туда топографы часто в командировку приезжали. Уж не знаю зачем, но они все крупные были и петлички у них такие черные, а на шевронах молоточки крест-накрест. Вежливые все и этот тоже: сфотографируйте, говорит, нас пожалуйста. А Танька на скамеечке сидит смеется. Я уж потом и спрашивала у нее и так и сяк, а она молчит как рыба, только улыбается. Я честно говоря, думала, что это просто, ну знаешь, много же там кто заходил к нам поболтать, да пообедать в офицерскую – и командировочные и наши балагуры, всех ведь не упомнишь. Я бы, честно говоря, и не вспомнила, если бы не твой вопрос.