Чтение онлайн

Лёгкий сквозняк сообщил, что в палатку кто-то вошёл. Вариантов, кто это может быть, всего один, и я осталась лежать, отвернувшись к стенке.

– Вы ужинать пойдёте?
– от порога спросил де Граф.

– Не хочу, - ответила, не меняя позы.
– Нет аппетита.

На лоб легла прохладная рука, проверяя, нет ли температуры.

– Вы в порядке?

– В полном. Извините.

– За что вы всё время извиняетесь?
– койка напротив тихо скрипнула, принимая вес мужчины. Не захотел на стул садиться.

– Веду себя, как последний дегенерат, - я тоже села, сгорбившись, опустив руки между ног и уставившись в пол.
– От меня у вас одни неприятности.

– Вы о дуэли?

– И это тоже, - я грустно кивнула.

– Я рад, что вы его не убили.

– Я тоже, - я снова вздохнула и сцепила руки.
– Меня ведь не учили сдерживать удар. Ни Криса, ни Эрика мне никогда не пробить, поэтому вот... Как замахнусь, так перед глазами те маор встают.

– Эх, ребёнок..., - тихо, еле слышно пробормотал де Граф.
– Эрик же говорил..., - добавил он и, решительно хлопнув ладонями по коленям, продолжил уже нормальным голосом.
– Вставайте, и идём ужинать. Не хватало ещё вас голодом заморить!

Я послушно встала и подошла к умывальнику. Всё-таки плакала, надо привести в себя в порядок. Полюбовалась отражением в маленьком зеркале. Из него смотрел встрёпанный мальчишка с ещё не сошедшим фингалом и свежей ссадиной на скуле. Зеркало ещё не отражало сбитые костяшки и плотно забинтованные рёбра. Впрочем, этого под курткой и рубахой заметно не было.

– Знаете, а вы, кажется, были правы, предложив дождаться прибытия кареты, - я повернулась к ожидающему де Графу.
– В таком виде девушке нельзя появляться в приличном обществе.

Сон никак не шёл. Это и радовало, и огорчало одновременно. Со дня прибытия в лагерь нормально выспаться не получалось. Всю прошлую ночь, стоило только заснуть, будили неприятные сны. Спасибо Эрику, что тогда, после битвы, напоил и подробности плохо отложились в памяти. Иначе сны могли стать полноценными кошмарами. Всё-таки убивать, пусть для самозащиты, тяжело и страшно даже впоследствии.

– Кен де Граф, - тихо позвала я, не надеясь на ответ. Но мужчина почти сразу отозвался слегка сонным голосом.

– Вы что-то хотели?

Совесть слегка уколола сознание. Лорд-защитник сильно устал на этой войне, а тут ещё и за мной следить надо. Но, раз разбудила, незачем идти на попятный.

– Я всё думаю о том парне, де Старли. Что ему всё-таки от меня было нужно?

Скрипнула кровать, когда мужчина перевернулся на спину.

– Вы здесь абсолютно ни причём, - уже вполне бодрым голосом заговорил де Граф.
– Помните, мы с вами говорили про денщиков? Оказывается, это он им всё устраивал. Я ему как-то отказал в месте, и он решил, что кроме него никого не допустит. Вспыльчивый, эгоистичный и избалованный мальчишка!

– Странно. Столько человек пострадало, а его не заподозрили, и никто на него не указал, - произнесла я через минуту или две тишины, обдумывая услышанное.

– Что, простите?
– де Граф успел задремать.

– Странно всё это, - повторила я, повернувшись к невидимому в темноте ночи собеседнику.
– При таком отце он должен уметь хоть немного за словами следить. А тут, будто и не думал совсем. И глаза какие-то бешеные были.

Де Граф ничего не ответил. Ну да, нашла с кем поболтать и поделиться переживаниями. Свет неожиданно зажжённой лампы резанул по глазам, заставив зажмуриться. По звукам поняла, что де Граф вскочил и спешно одевается.

– Что-то случилось?

– Надеюсь, что нет, и я ошибаюсь, - ответил он уже у выхода.
– Никуда не уходите!

Вернулся он часа через два. Я отвернулась к стене, позволяя ему раздеться не смущая. Ширмой, почему-то, никто из нас так и не воспользовался.

– Всё в порядке?

– Да, едва успел. Парень оказался скрытым менталистом и, хоть и не знал об этом, активно интуитивно пользовался. Дежурные его шатра уже почти поддалась его влиянию, с утра могли бы быть серьёзные неприятности с ними. Вам повезло, что у вас иммунитет к ментальной магии. Кстати, это его и выдало.

– Как так?

– Когда менталисты не могут на кого-то воздействовать, они получают своеобразный возвратный удар по психике. И, чем сильнее воздействие, тем сильнее удар. Де Старли пытался на вас повлиять, но в результате только сильнее терял над собой контроль. Последствия вы сами видели. А остальные не помнили о встрече с парнем или не понимали, что на них влияли.

– Что с ним теперь будет?

– Ничего плохого. Завтра же отошлём в столицу, там его обучат пользоваться даром и возьмут на службу. Правда, о военной карьере ему придётся забыть. Менталисты весьма редки и ценны. А теперь спать!

Утром по дороге на завтрак несколько волновалась, не зная, как остальные отреагировали на прошедшую вчера дуэль. Но встречные только смотрели с оценивающим любопытством, надолго не задерживая взгляд. К всеобщему вниманию я уже привыкла за время скитаний с Крисом, так что это никак не задевало.

Де Граф, несмотря на то, что уладил проблему моей легализации и избавил от возможных нападений со стороны де Старли, всё равно не рискнул отпускать от себя. В уже знакомой командирской палатке ничего не изменилось. Карты точно также лежали на столе, кажется, их и не трогали. Я взяла верхнюю. Точно, та самая, что и вчера привлекла внимание отсутствием хоть какого-то здравого смысла у составителя. С уверенностью можно сказать только то, что он освоил художественное написание текста нечитаемым шрифтом.

– Вообще-то, это секретные карты, - произнёс мужчина, что пришёл раньше нас. Он вчера спрашивал про поводок с ошейником, и после дуэли интересовался, зачем играть с противником.

– Настолько секретные, что уже который день лежат нетронутые?
– я едва подавила сарказм. Всё же сейчас я играю роль далеко не Императора.

– И всё же. Вдруг, попадут в руки хайняньского шпиона?
– только едва слышная усмешка не дала обидеться на намёк, что я могу быть связана с враждебным государством.

– Эти, - я выделила слово и показала тот лист, что держала в руках, - карты стоит этим шпионам выдавать. Лучшей диверсии и не придумать.

– Может, это потому, что ты держишь её вверх ногами?
– теперь мужчина откровенно посмеивался.

– Да какая разница?
– проворчала я, но карту перевернула. Вычурные надписи стали более-менее понятными, но сильно информативней изображение от этого не стало.
– Книги иллюстрировать этого художника посадить, а не карты составлять...

– И что не устраивает в этой карте?
– к нам подошёл де Граф, заинтересовавшись разговором.