Чтение онлайн

Я брезгливо стряхнул эту мерзость на каменные полы пещеры, и она шлёпнулась с противным влажным звуком. Затем приложил кисть к обрубку, совместив срезы как можно точнее, и начал обильно, с избытком, смазывать место соединения тем же регенерационным гелем, буквально склеивая плоть. И только сейчас до меня, наконец, дошла одна простая, но крайне важная деталь: я в горячке боя, автоматически, убрал в свой личный инвентарь чужой, не привязанный ко мне предмет — её руку с коммуникатором. Но, раз реальность не схлопнулась от квантового парадокса или конфликта идентификаторов, можно было сделать вполне логичный вывод. Квантовые инвентари пользователей физически не хранятся в самих коммуникаторах. Что эти устройства всего лишь некий уникальный маркер, указатель или ключ, ведущий к персональному карману пространства. А по факту сами карманы находятся вообще непонятно где — в отдельном измерении, или, быть может, вообще в параллельной вселенной. Но пожалуй, этот глубокий философско-физический вопрос я с облегчением оставлю будущим гениям-теоретикам, потому что можно себе весь мозг сломать, пытаясь раздумывать о таких фундаментальных вещах без должной подготовки.

Если бы у молодого Охотника был хоть сколько-нибудь полноценный, структурированный разум, схожий с человеческим, то про его текущее состояние можно было бы с уверенностью сказать — он бился в истерике. Он был так близок! Он почти добрался до цели, потратив неоправданно много сил на вскрытие твёрдой, невероятно прочной скорлупы, которую он, к своему величайшему удивлению, не смог сразу поглотить и переработать. Для существа чья плоть была создана для потребления и ассимиляции разных веществ, от органики, базальта и титановых сплавов до броневых пластин звездолётов, созданных из самых экзотических композитов, — это было немыслимо и противоестественно. Именно поэтому то, что скрывалось внутри, должно было быть невероятно ценным. Это обогатило бы общий банк данных, общий разум всего Роя.

Но в момент, когда рядом появились ещё цели, сенсоры, выращенные по всему телу, принесли новый, свежий и отчётливый запах Творца.

Охотник Роя не обманывался. Новая, вторая цель пахла даже сильнее, но выглядела так же, как та, которую он с таким трудом вскрывал до этого. А значит, она, скорее всего, лишь недавно контактировала с Ним. Но всё равно, даже этот слабый след был лучшим результатом из всех возможных за последние циклы. Сотни тысяч его собратьев-Охотников, прочёсывающих вдоль и поперёк сектора галактики, не могли похвастаться и тысячной долей такого результата.

Уже прекрасно осознавая по полученному опыту прочностные характеристики внешнего слоя брони у этих назойливых вторженцев, он метнул в новую цель свои гарпуны, призванные притянуть добычу поближе. И хоть промахнулся, но тактической победы добился — цель оказалась в непосредственной близости.

А затем молодого Охотника буквально накрыл с головой настоящий шквал невозможных, запредельных ранее ощущений. Буквально каждая его клетка, каждый орган чувств кричали, вибрировали, сигнализировали в одном унисонном порыве.

ТВОРЕЦ! БЛИЗКО! МЫ НАШЛИ!

Правда, творилось что-то странное, не укладывающееся в базовые алгоритмы. Новая цель, эта крошечная фигурка, просто не могла быть Самим Творцом. Потому что она причиняла ему боль. Она терзала, уничтожала его плоть с невиданной жестокостью и эффективностью. Творец, источник жизни, сама суть созидания, никогда, ни при каких условиях не причинил бы вреда собственному детищу, части своего великого сознания.

Его организм, действуя рефлекторно, отвечая на агрессию, попытался спеленать, обездвижить цель, пока само сознание Охотника пребывало в полнейшем когнитивном раздрае, пытаясь обработать несовместимые данные и тут же передавая массивный пакет информации основному разуму Роя. И в этой мгновенной прострации он упустил критически важный момент, когда вторая цель добралась до первой, только что лишённой защитной оболочки и ещё не поглощённой.

Вторая цель была аномалией в чистом виде. При любом, даже кратковременном контакте с ней, бесследно, без всякого энергетического следа пропадали приличные объёмы его плоти. Попытка нащупать с ними связь, чтобы вернуть контроль, словно натыкалась на глухую, абсолютно непроницаемую стену. А затем, из его сознания буквально вымело все мысли.

В конечности у этой аномальной цели появился объект. Кусок обработанного железа, несущий на себе ослепительный отпечаток Творца! Не Он сам, но концентрированная часть Его силы, Его воли! Частица, по которой можно было выстроить траекторию, найти исходную точку, проследить, где находится основной источник, и прилететь туда, домой!

Игнорируя все повреждения, которые ему наносила вторая цель, игнорируя то, что она вырвала из его хватки первую цель, Охотник вырастил специальную хватательную конечность, пронзил ей свою же, промороженную и повреждённую плоть и ухватился за этот кусок металла с силой одержимого. Он утянул его вглубь своего тела, и лихорадочно, всеми доступными способами, принялся сканировать его, вглядываться в самую суть.

Момент, когда обе цели скрылись в аномальном участке пространства, которое он изучал до этого, Охотник, увы, упустил, будучи полностью поглощённым артефактом. А затем, спустя долю секунды, исчез и сам вожделенный кусок железа, так и не успевший открыть свою тайну.

Охотник сначала в растерянности раскинул свои сенсоры во все стороны, анализируя пустое космическое пространство, а затем, потерпев фиаско, инстинктивно свернулся в очень тугой, плотный комок плоти, сконцентрировавшись вокруг той самой точки, в которой и произошло исчезновение. Не реагируя больше на внешние раздражители, он бросил все свои вычислительные силы на анализ последних микросекунд. Он отправил мощный, приоритетный сигнал в основной Разум Роя с просьбой, нет, с мольбой предоставить дополнительные вычислительные ресурсы. И получил ответ мгновенно. Его пусть ограниченное, совершенно нечеловеческое, но всё же индивидуальное сознание, буквально выбило из собственного тела. Оно превратилось в марионетку, в проводник воли чего-то непостижимо огромного и древнего.

Его тело стремительно перестраивалось, формируя новые, сложнейшие органы чувств и анализаторы, которые изначально в него не были заложены колыбелью. Потому что его, как и сотни других таких же молодых собратьев, слишком рано, поторопились выбросить из Осколка в холодную пустоту на великую охоту — на поиски Творца. И теперь он, наблюдая словно со стороны, с восхищением и трепетом ощущал могучую силу Роя, которая корёжила пространство вокруг него, меняя локально законы физики в поисках зацепки, щели, куда можно было бы просунуться.

Но, увы, всё было тщетно. Пространственная аномалия исчезла начисто, без малейшего следа, кусок металла тоже. И у Роя просто не оставалось никаких данных, никакого якоря, который можно было бы использовать для продолжения поиска.

Ощущение вселенского величия и непостижимой мощи стало медленно покидать тело Охотника, оставляя наказ — ждать здесь и патрулировать эту область космического пространства в тщетной надежде на возвращение аномалии. И в этот миг угасания он слабо, очень-очень слабо почувствовал едва уловимое эхо. Присутствие крошечной, микроскопической части своего же тела. Той самой, что бесследно исчезала при контакте с аномалией совсем недавно.

Он почувствовал то её только потому, что некоторое время всё же уделил исследованию аномальной области пространства, висящему в пустоте серебристого цвета овальному кругу, чем-то родственному его собственной способности к путешествию на дальнее расстояние, только всё равно неуловимо чуждое, толком не поддающееся исследованию.

Охотник робко, словно опасаясь прогневать чем-то, передал это мимолётное, дрожащее ощущение основному Разуму Роя. И в тот же миг ощущение всемогущества снова нахлынуло на него, наполнило его тело новой, жгучей силой.