Чтение онлайн

– А мне-то как жаль, – хохотнула девушка.

– Но послушай, – Оливер вновь положил руку ей на плечо. – Ты здесь. И ты абсолютно здорова, насколько я могу судить. Возможно, ты не помнишь последние полтора года жизни, не потому что тебе стерли память, а потому что у тебя их и не было.

– Что, прости?

– В очень тяжелых случаях даже капсула может быть бессильна – вспомни настоящее тело Кристиана. На лечение некоторых травм даже с нашей медициной уходят года, так что…

– Ты хороший друг, Оливер Саммерс, – Николь усмехнулась и потянулась к своей лодыжке, той самой, которую когда-то чуть не оторвал Райли своей плетью: как девушка и думала, шрам исчез. – Жаль, не мой.

– Николь…

– Верни меня на Землю, – она прямо посмотрела на мужчину. Ее голос был спокоен, буря стихла. – Я знаю, ты можешь. Если не ради меня, то ради своего друга, потому что я убью его, Оливер. Я убью его при первой же возможности, я клянусь тебе. Надо будет, я подожду еще пару лет до очередного приступа и зарежу его, пока он будет спать. Черт, да я снова отключу эти долбанные экраны, если понадобится! Я не шучу.

– Ты не в себе, – Уолли поднялся на ноги и отошел в сторону.

– О, нет, я-то как раз очень даже в себе, – Николь тоже встала. – Скажу больше, даже он, – она указала на Малика, – и тот в себе, а вот ты – нет. Малик знает, чего ты от меня ждешь, Оливер: мы говорили об этом как-то за ужином, – Саммерс заинтригованно посмотрел на девушку. – И знаешь, что он мне сказал? Он сказал, что его не нужно спасать. Что его брат уже давно мертв и что все, что Малик делает сейчас, делает он сам. И знаешь, что: так оно и есть. Я провела с ним достаточно времени, чтобы заметить хоть какие-то признаки раздвоения личности. Так вот их нет, Оливер. Ты сам себя обманываешь, веря в то, что Кристиана Арчера можно вернуть, – Никки горько усмехнулась. – Вот он, твой друг, лежит перед тобой, такой, какой есть. И другим он уже не будет, как бы сильно ты этого ни хотел. Так что ты можешь либо смириться с этим, либо и дальше прятать голову в песок – мне плевать: просто дай мне уйти. Иначе кто-то из нас точно умрет. Я…

Мужчина рассмеялся. Николь, хлопая глазами, с молчаливым изумлением наблюдала, как он приблизился к ней, протянул руку к ее щеке и…поддел слезу. Осторожно, не давая ей скатиться и упасть на пол, он показал соленую каплю девушке со своей неизменной печальной улыбкой. Никки, которая даже не заметила, что плакала, резкими движениями стерла со своих щек мокрые дорожки.

– Кажется, не только я занимаюсь здесь самообманом, Николь Кларк, – мягко вымолвил он. – Я верю, что ты веришь в то, что сейчас сказала. Верю, что ты веришь в то, что ты хочешь смерти Криса. Но я ни за что не поверю, что твоя рука не дрогнет, уж прости. Ни за что, – он отошел в сторону, открывая ей путь к кровати с беззащитным мужчиной, лежавшим на ней. – Я также верю в то, что Крис верит в то, что его брат мертв; в то, что его разум свободен от вторжения извне. Но посмотри на него, Николь, – Оливер встал позади девушки, и положил руки ей на плечи. – Посмотри на него и скажи, что ты видишь?

Никки молчала. Ее трясло от ярости и от собственной слабости. Она ненавидела ту слабохарактерную кисейную барышню, долбанную Барби, которая все еще была жива где-то в закоулках ее разума. Она давала о себе знать в самые ответственные моменты, такие как этот, не давая ей, Николь нового поколения, делать свою работу.

– Не знаю, как ты, а я вижу ожоги, – продолжал Саммерс. – Жуткие, наверняка болезненные… Ты должна знать это, как никто другой, ведь совсем недавно похожие трофеи украшали и твою кожу, верно? Согласись, боль адская. Я сам как-то раз попал под такой лучик, и, скажу честно, повторять подобное мне очень не хочется.

– Чего ты добиваешься?! – прорычала Николь, чувствуя соленую влагу в уголках своих губ: слезы вновь текли по ее щекам.

– Он отправил тебя в капсулу, из которой ты выпорхнула, как бабочка из своего кокона: легкая и прекрасная…

– Чего ты хочешь?!!!

– Но сам он почему-то не торопится совершить трансформацию, – рассуждал вслух тот, игнорируя попытки Николь вырваться из его рук. Он продолжал держать ее за плечи, не давая отвернуться. – Интересно, почему?

– Потому что он долбанный мазохист, ясно? – Николь ненавидела Саммерса за его спокойствие, рассудительный тон. Как он мог быть таким…светлым? Добрым? Как он мог по-прежнему верить в людей – в Малика, в нее – когда они сами в себя не верили?! Она смотрела на себя и видела только черноту; смотрела на Малика – и видела еще большую тьму, поглощавшую ее собственную. Они были так похожи, и Николь ненавидела этого монстра за это! И Оливера она тоже начинала ненавидеть, но уже по противоположной причине: они с ним были абсолютно разными; рядом с ним она чувствовала себя еще хуже, чем обычно. На фоне его белизны, она казалась в сто крат черней, чем была на самом деле. – Потому что ему нравится боль во всех ее проявлениях! Он упивается ею как долбанный дементор*! И своей, и чужой, и…

– Он ненавидит огонь, – совсем тихо прошептал Оливер. – Еще бы ему его не ненавидеть: он уже два раза горел заживо…

– Отпусти меня!!

– ...но, тем не менее, он предпочел носить эти следы, вместо того, чтобы избавиться от них. От боли. Адской боли, Николь, не мне тебе рассказывать…

– ХВАТИТ!

– Так почему бы просто не воспользоваться медицинской капсулой? – внезапно Оливер резко развернул девушку к себе лицом и хорошенько встряхнул. – Почему просто не лечь и не дать своему телу восстановиться? Ведь капсуле это под силу! Эти ожоги серьезные, но все же не такие безнадежные, как предыдущие! Так почему, Николь, он все еще этого не сделал?!

– ОТКУДА, БЛ*ТЬ, Я ЗНАЮ?! – Николь со всей силы рванулась из рук хранителя, но тот был непреступен, как скала: да, Оливер Саммерс умел быть несгибаемым, когда оно было нужно.

– Думай, Николь!

– Отвали от меня, Саммерс!

– Что делает капсула?

– Лечит, – пропыхтела девушка, не оставляя попыток вывернуться из его рук.

– Что лечит? – настаивал тот.

– Черт, да ВСЕ!! Все, она лечит В-С-Ё! Все, что повреждено, она будет восстанав…, – Николь замолчала, когда до нее начало доходить то, что вот уже десять минут пытался сказать ей Саммерс. – Капсула восстанавливает все поврежденные ткани, – медленно повторила она, перестав вырываться. – Те, что еще можно спасти. Поврежденные, но не погибшие…

Оливер удовлетворенно кивнул и разжал руки.

– Итак, Николь, – менторским тоном начал он. – Почему Крис не пользуется медицинской капсулой?

– Потому что… потому что он не знает, кто из нее выйдет, – еле слышно прошептала девушка, поднимая на собеседника потерянный взгляд. Неужели это правда? Неужели вера Саммерса была не такой уж и слепой, как Николь думала? Мозг Дэвида Малика был поврежден, и именно это и позволило Арчеру обрести контроль над его телом. Однако мозг Малика все еще функционировал; он был поврежден, но не уничтожен – следовательно, его можно было восстановить. Вот только, что будет с «квартирантом», если это произойдет? А с владельцем «квартиры»? У Николь не было ответа. У Оливера не было ответа. И у Малика тоже. Или все-таки у Арчера? Черт, голова шла кругом! – Если бы Крис был уверен, в том, что Дэвид действительно мертв, он бы мог спокойно пользоваться капсулой, не опасаясь возвращения «плохого» брата.

– Но он не пользуется, – поддакнул икс.

– Значит, несмотря на всю свою браваду…, – Николь потерла переносицу. – Это…блин, это имеет смысл.

– Чертовски верно, – усмехнулся Уолли. – Но Крис никогда в этом не признается. Так что в нашем клубе самообманщиков гораздо больше резидентов, чем могло показаться не первый взгляд, не так ли?

– Черт, ты хочешь сказать, что за все это время он ни разу не пользовался медицинской капсулой?? Ни разу? Он что, мать его, бессмертный?!

– Раньше она ему была не нужна, – хмыкнул мужчина. – Ты вносишь разнообразие в его жизнь, согласись.

– Да ладно! Не говори, что до этого никто не пытался его свергнуть или убить!

– Не раз, – кивнул Оливер. – Но ты достигла больших успехов, чем все предыдущие мятежники, вместе взятые.

– Я вовсе не хотела его…, – девушка заткнулась, поняв, что только что чуть не сказала. Она не хотела его убивать?! Здрасьте, приехали! А для чего еще она здесь? Она здесь для того, чтобы: а – найти и уничтожить смертоносный для землян вирус; б – убить Малика; в – выдать координаты базы Стужеву и вызвать подмогу. И точка. А все эти сопли, слезы и прочее пусть разгребает кто-нибудь другой.