Чтение онлайн

Вернуться к тексту

5 Там же, т. 4, с. 438. – Публий. Правильна ссылка на с. 421, а не на с. 438. – Ред.

Вернуться к тексту

6 Для того чтобы показать, что в конституции предусмотрено право, которое может затронуть свободу печати, обратились к праву устанавливать налоги. Указывают, что публикации могут обложить такой высокой пошлиной, которая будет означать их запрещение. Не знаю, на основе какой логики можно утверждать. что декларации в конституциях штатов в пользу свободы печати будут конституционными препятствиями для введения пошлин на публикации законодательными собраниями штатов. Разумеется, никак нельзя утверждать, что любые пошлины, как бы они ни были малы, не будут ограничением свободы печати. Нам известно, что газеты в Великобритании обложены налогами, однако все знают, что нигде печать не пользуется большей свободой, чем в этой стране. Если любые налоги могут быть введены без нарушения этой свободы, тогда очевидно – их размеры зависят от усмотрения законодателей, контролируемых общественным мнением. Отсюда следует: общие декларации о свободе печати не дадут ей большей безопасности, чем она имеет без них. Одни и те же притеснения печати могут происходить путем введения налогов как при наличии в штатах конституций с этими декларациями, так и при предложенной конституции, их не имеющей. Утверждение, что печать не должна стесняться, равносильно заявлениям – правительство должно быть свободным, налоги не должны быть чрезмерными. – Публий.

Вернуться к тексту

7 Самый западный и большой округ штата Нью-Йорк в 1788 г. – Ред.

Вернуться к тексту

8 См. статью 43. – Ред.

Вернуться к тексту

9 См.: Основы права Рутерфорда, т. 2, кн. II, глава X, разделы XIV и XV. См. также: Гроций, кн. II, глава 9, разделы VIII и IX. – Публий.

Вернуться к тексту

КОММЕНТАРИИ

Самое значительное из оставшихся возражений – план конвента не предусматривает билля о правах... скажу: билли о правах в требуемом смысле и размахе не только не нужны в предложенной конституции, но даже опасны. – На этом стоял Публий, в первую очередь Гамильтон. Однако жизнь опрокинула его представление [c.587] о том, что билль о правах излишен для конституции США, уже в то время, когда он писал эти строки. Почему и как? Удовлетворительный ответ дан в книге профессора Дж. Миллера “Эра федералистов” (р. 21–25), вышедшей в США в 1960 г.:

“Одним из самых веских возражений против конституции было то, что в ней не предусматривался билль о правах. Создатели конституции сделали это умышленно – поскольку общее правительство располагало только перечисленными полномочиями, они не видели необходимости предоставлять гарантии гражданских свобод, что по конституции было вне ее юрисдикции. И еще важнее: они опасались, что билль о правах окажется острием клина поправок к конституций, который разрушит федеральное правительство.

210 поправок, выдвинутые на конвентах штатов по ратификации конституции, после устранения повторений были сведены к 80, имевшим в виду серьезные изменения. Не все эти поправки были творчеством свободолюбивых американцев. Боязнь сильного правительства и соответственная приверженность делу обеспечения местных прав иногда маскировали фанатизм и другие виды антилиберализма... Хотя Мэдисон и считал, что исключение билля о правах из конституции на самом деле несущественно, но склонялся предоставить преимущества сомнения тем, кто выступал за него. Билль о правах, заметил он, “не окажет дурной услуги... при условии, что будет так сформулирован, что не предусмотрит полномочий, которые не намеревались включать в перечень”, и, что еще важнее, процесс внесения поправок не привел бы к подрыву авторитета федерального правительства. Внесение поправок в конституцию, признал Мэдисон, тонкая операция, требующая великого мастерства и глубокого знания анатомии. Он был преисполнен решимости не допустить, чтобы скальпель затронул какую-нибудь жизненно важную часть федерального правительства; “страсть к внесению поправок”, говорил он, должна сосредоточиться на относительно безвредных делах обеспечения гражданских свобод... В конгрессе Мэдисон добился, чтобы составление билля о правах было признано первостепенным делом... Задача Мэдисона в сущности сводилась к тому, чтобы разрешить вековечную проблему примирения свободы и власти. В этом предприятии он взял за руководство поправки, рекомендованные конвентом по ратификации штата Виргиния... билль о правах в целом походил на положения конституции этого штата, принятой в 1776 г. …Предложенными изменениями Мэдисон имел в виду гарантировать “неотчуждаемые” права человека и в то же время не нанести вреда правам, которые необходимы федеральному правительству...

В конце августа 1789 г. палата представителей одобрила рассылку семнадцати поправок по штатам. Они были также направлены на утверждение в сенат. Когда выяснилось, что сенат не во всем согласен с палатой представителей, состоялось согласительное совещание их комитетов. Доклад совещания был принят палатой представителей 24 сентября, а 25 сентября – сенатом. Последняя дата и отмечается как день принятия билля о правах. Штатам разослали 12 поправок, из них они приняли [c.588] только 10. Поправки вступили в силу в декабре 1789 г., когда Виргиния, одиннадцатый по счету штат (конституция требует согласия трех четвертых всех штатов), ратифицировала их...

Принятие билля о правах не гарантировало абсолютной неприкосновенности гражданских прав в Соединенных Штатах. Отныне в компетенцию судебной власти входило вмешательство в случае угрозы основным свободам... К счастью, в целом оправдалось предсказание Джеймса Мэдисона, высказанное в 1788 г.: “Политические истины, провозглашенные таким торжественным образом, постепенно превращаются в основные принципы свободного правительства, а по мере внедрения их в общественное мировоззрение они противодействуют взрывам местничества и страстей”. Билль о правах послужил тому, что в общественной психологии на первом месте закрепилось осознание ограниченности компетенции правительства США. Это и есть вернейшая гарантия против тоталитаризма”. [c.589]

К тексту

Федералист № 85*

Александр Гамильтон

Федералист: Политические эссе А. Гамильтона, Дж. Мэдисона и Дж. Джея. –

М.: Издательская группа “Прогресс” – “Литера”, 1994. – С. 561–567.

Комментарии (О. Л. Степанова): Там же. С. 589–591.

Мая 28, 1788 г.

Согласно формальному разделению сюжетов этих статей, объявленному в написанной мною первой из них, по-видимому, подлежат рассмотрению еще два: “аналогия предлагаемого правительства с конституцией вашего штата” и “дополнительная безопасность, которую обеспечит ее принятие республиканскому правлению, свободе и собственности”. Но эти вопросы уже полностью разобраны и исчерпаны в ходе нашей работы, и теперь с учетом масштаба проблемы и затраченного на нее времени остается лишь обобщить сказанное.

Замечательно, что сходство плана конвента с законом, по которому организовано правление в нашем штате, затрагивает как многочисленные предполагаемые недостатки, так и истинное совершенство первого. Среди предполагаемых недостатков: переизбрание президента, отсутствие совета, исключение формального билля о правах и положения относительно свободы печати. Эти и некоторые другие недостатки, отмеченные в ходе наших исследований, можно в равной степени [c.561] поставить в вину как существующей конституции штата Нью-Йорк, так и конституции, предложенной для Союза. Едва ли можно претендовать на последовательность, осыпая бранью последнюю за несовершенство, и не испытывать никаких затруднений, отыскивая извинения для первой. Больше того, вероятно, нет лучшего доказательства неискренности и притворства некоторых ревностных противников плана конвента, считающих себя горячими приверженцами правительства, при котором живут, чем ярость их нападок на те стороны плана, которые столь же слабы в нашей конституции, а возможно, и еще более уязвимы.

Дополнительная безопасность республиканского правления, свободы и собственности, связанная с принятием рассматриваемого плана, включает главным образом ограничения, которые сохранение Союза налагает на местные фракции и мятежи, на честолюбие влиятельных деятелей в отдельных штатах, могущих приобрести достаточные кредит и влияние от лидеров и фаворитов и превратиться в деспотов над народом; уменьшение возможностей для интриг иностранных держав, которым широко откроет дверь роспуск конфедерации; предотвращение возникновения значительных военных образований, которые не могут не возникнуть в разобщенной стране в результате войн между штатами; подчеркнутую гарантию республиканской формы правления каждому штату; полную и всеобщую ликвидацию дворянских титулов и предотвращение тех мер со стороны правительств штатов, которые подрывали основы собственности и кредита, возбуждали взаимное недоверие в сердцах всех классов граждан и вызвали почти всеобщее падение морали.