Чтение онлайн

Разумеется, тут же прогремело уставное «Глория аэтерна!» Дэвиан кивнул Намиру Кардифу, тот тихо сказал что-то другим офицерам, выстроившимся в шеренгу перед нижними чинами. Прозвучала команда:

— Вольно! Разойтись!

Церемония действительно была недолгой, ее еще предстояло повторить на «Императрице Ариане», а затем на авианосцах но сначала Дэвиан решил уделить несколько минут знакомству с офицерами «Азалин». Высокий сорокалетний мужчина в мундире капитана, разумеется, оказался командиром корабля, его звали Эверет Трайон. Худощавый Мариус Арсен был старшим помощником, коренастый, с короткой бородкой Джерон Алани — вторым помощником. Артиллерийский офицер, лейтенант Галанн, оказался щеголеватого вида молодым человеком, а низкорослый усатый толстяк по имени Тарвус Комрен был старшим инженером. Эти пятеро были старшими офицерами корабля. Намир Кардиф исполнял обязанности начальника штаба особого подразделения; впрочем, оно, несмотря на громкое название, было невелико и включало в себя «Азалин» и «Ариану», а также пару быстроходных легких крейсеров со скорострельной артиллерией и мощным торпедным вооружением. При необходимости ему придавалась группа эсминцев.

— Все необходимые бумаги подготовлены, — сообщил Кардиф, когда Дэвиан отпустил офицеров, кроме капитана Трайона, — Я вручу их вам в конференц-зале.

— Это подождет, сначала покончим с церемонией, — ответил Дэвиан, — Сейчас я хочу знать, в первую очередь, как вы оцениваете состояние эскадры, господа. Мне нужно откровенное мнение.

— Как достойное, — тут же ответил капитан Эверет Трайон, и Кардиф согласно кивнул.

— Префект Тариос не был… активным командиром, но, к счастью, Магистр Верро не любит, когда корабли простаивают в порту без дела. Уровень подготовки команд высок, моральный дух также на должном уровне. Мы готовы отправиться в бой хоть немедленно. Вы сами сможете убедиться в этом, префект.

— Однако, — неохотно заметил Трайон, — нашу эскадру Магистр Верро не относит к числу важнейших подразделений Великого Северного Флота. Он смотрит на «Азалин» и «Ариану» скептически, и, к сожалению, не без причин. Вы знаете, что они собой представляют?

Дэвиан кивнул. Про «Азалин» и «Ариану», последние линейные крейсеры, спущенные на воду, он был наслышан, и большинство отзывов, звучало, как и выразился капитан Трайон, скептически. Это были корабли новейшей постройки — они вступили в состав Северного Флота всего два года назад. Главной причиной их появления стал неприятно поразивший имперское командование факт, что ксаль-риумские тяжелые крейсеры по всем основным параметрам — скорости, бронированию, вооружению — безнадежно проигрывают великолепным кораблям этого класса, построенным агинаррийцами. Их действия во время нескольких конфликтов на севере, включая агрессию против Тэй Анга, произвели на ксаль-риумцев впечатление. Стремясь компенсировать превосходство главного потенциального противника в крейсерских силах, Штаб выдал кораблестроителям задание в сжатые сроки разработать и вопротить в металле «корабли-убийцы», которые могли бы охотиться за крейсерами северян и уничтожать их. Так и были созданы две последние «Императрицы».

Результат усилий имперских конструкторов и кораблестроителей оказался, мягко говоря, неоднозначным. При водоизмещении около тридцати шести тысяч тонн, «Азалин» и ее «сестра» разгонялись до тридцати четырех узлов, имели солидный запас хода, были весьма маневренны для своих габаритов и могли действовать при неблагоприятных погодных условиях. Все их жизненно важные части прикрывала броня, эффективно противостоящая так любимым агинаррийцами 200-миллиметровым орудиям, состоящим на вооружении их тяжелых крейсеров. В свою очередь, «Императриц» в качестве главного калибра имели восемь 300-миллиметровых пушек с большой дальностью стрельбы, прекрасной скорострельностью и внушительным боезапасом, способных засыпать вражеский крейсер градом снарядов, от которых его броня защитить не могла.

Увы, этим достоинства новых линейных крейсеров исчерпывались. Главным их недостатком была излишняя специфичность. Для выполнения той задачи, ради которой их, собственно, и строили — уничтожения агинаррийских тяжелых крейсеров — они были приспособлены прекрасно, но для чего-то другого «Азалин» и «Ариана» определенно не были лучшим выбором. Для полноценного линейного боя они были слишком слабы и по калибру орудий, и по бронированию. Для рейдерства на вражеских трассах — слишком велики, дороги и потребляли чрезмерное количество топлива. Поэтому неудивительно, что Магистр Астиан Верро с самого начала протестовал против их строительства, и отнесся к этим двум кораблям, навязанным ему штабным начальством, весьма холодно. Их свели в пресловутый особый боевой отряд, и, как догадывался Дэвиан (хотя, само собой, вслух его новые подчиненные никогда этого не признают) в данном случае, определение «особый» означало, что никто в Северном Флоте не представляет, что же с ним теперь делать.

Приемлемую задачу для него нашли только теперь, когда в Империи решили создать экспериментальную авианосную флотилию по образцу агинаррийских ударных соединений. Магистр Астиан Верро, командующий Северным Флотом, и Магистр Себастьен Арин, под командованием которого был базирующийся на Хатьере Второй дивизион, не желали ослаблять свои главные силы. Поэтому в качестве сил сопровождения авианосцев выделили «особый отряд» линейных крейсеров. Дэвиан выбрал «Императрицу Азалин» в качестве флагмана, поскольку та изначально строилась для этой роли и имела более мощное радиооборудование.

«Азалин» и ее «сестра-близнец» «Императрица Ариана» стояли почти борт к борту, пришвартованные к бетонным сваям, торчащим из воды. На некотором удалении выстроились двумя шеренгами остальные большие корабли Второго дивизиона — шесть линкоров. Но внимание Дэвиана привлекли авианосцы, которые ему предстояло принять под свое командование. Верро и Арин не возражали против этого: как и большинство офицеров старой закалки, прошедшие Северную Войну, они видели в авианосцах лишь вспомогательное средство морской войны, и когда Штаб решил немного поэкспериментировать, отнеслись к этому равнодушно.

«Красотка Тар» уже покинула Кадар, но до прибытия к Хатьере ей оставалось еще несколько дней пути. «Императрица Теофарис» внешне была схожа с «Тамарией», что неудивительно, поскольку обе были перестроены из устаревших линейных крейсеров одного типа, но «Теофарис» была на шесть лет старше. Это сказалось: «Теофарис» сохранила более толстую броню и имела сильное артиллерийское вооружение из восьми 240-миллиметровых пушек: четыре в двух носовых башнях, ниже взлетной палубы, и четыре в кормовых казематах. За это пришлось заплатить на два узла меньшей, в сравнении с «Тамарией», скоростью и ослаблением авиации: если «Красотка» вмещала шестьдесят восемь самолетов, то «Теофарис» — всего полсотни. Не самый удачный корабль; если бы это зависело от Дэвиана, он загнал бы «Теофарис» в док для серьезной модернизации. Следовало избавиться от совершенно бесполезных для авианосца больших пушек, зато, насколько возможно, увеличить вместимость ангаров. К сожалению, сейчас такой возможности просто не было.

«Леди Велиона» была значительно меньше «Тамарии» или «Теофарис», развивала скорость до двадцати восьми узлов и несла тридцать самолетов, словом, была неплохим легким авианосцем наподобие агинаррийского «Риоко». Да и в целом, соединение, отданное под командование Дэвиану, напоминало агинаррийское «Риокай» — пара тяжелых авианосцев и один легкий. Дэвиан хотел видеть в этом добрый знак: группа «Риокай» считалась самой грозной и боеспособной в Объединенном Флоте. Но агинаррийское соединение действует уже несколько лет и имеет огромный опыт, тогда как ксаль-риумцы впервые хотя бы задумались о возможности применения авианесущих кораблей в составе отдельного боевого отряда.

Дэвиан повернулся к своим новым подчиненным и сказал:

— Как только покончим с церемониями, я жду вас в конференц-зале, господа. Вас и командиров всех кораблей отряда. Нам предстоит многое наверстать, а времени, боюсь, может быть в обрез.

— Но я не могу это сделать! — сказал Девелан. — Поймите, такое просто невозможно!

Спиро Арген оторвался от созерцания волн, лижущих наклонные бетонные плиты набережной, и посмотрел на секретаря. Тот вздрогнула, но повторил:

— Прайм-канселиор не позволяет мне присутствовать на тайных встречах. Мне известно, что он ведет переговоры с Тэраути, но о сути их я знаю только в самых общих чертах. Прайм-канселиор пытается заключить сделку с агинаррийцами — вот все, что я знаю.

— Этого мало, если вы хотите, чтобы наше сотрудничество продолжалось, — заметил Арген.

— Но я не могу сделать больше. Повторяю вам: Орас Тэмплен встречается с послом Тэраути только за закрытыми дверями. Он не доверяет никому, даже мне.