Фэнкуан: циклон смерти
Шрифт:
— Суки! Сволооочиии! — Алина поняла, что её положение совсем плохо. Можно было подняться на этаж выше и попробовать постучать к другим соседям, но её с мамашей и Сфином весь дом не долюбливал. Надеяться на людскую сердобольность не приходилось. А ещё там неизвестный “шаркунец” бродит, этот план отметается.
— Слышь, овца! Я тебе щас зубатку выбью! Праздник людям портишь, проститутка!
— Тихо, тихо! Коль, я ментам звоню!
Алина метнулась к окну, дёрнула защёлку и распахнула его. Ледяной воздух безжалостно ударил ей в лицо. Она оглянулась и увидела, как с верхнего лестничного марша вышел тот самый "шаркунчик", мужик, живший этажом ниже её квартиры. Он стоял, весь в крови с ног до головы, и смотрел на неё тем же пустым, страшным взглядом, что и Сфин. В это время снизу доносилась возня. Двое с первого этажа лезли вверх, мешая друг другу, цепляясь за перила и стены, застревая на повороте лестницы, но всё равно уже почти добрались до неё.
Выбора у девушки не было. Она забралась на подоконник, скинула вторую тапку и выглянула вниз. Козырёк подъезда был близко, фиг тут разобьёшься. Надо прыгать. Алина вылезла наружу, ухватившись за холодную раму. Её босая нога тут же ощутила леденящий холод металлического отлива, и она чуть не поехала вниз, но успела ухватиться за пластиковую створку. Твари были уже на площадке.
Толик случайно ударился плечом в ту самую дверь, в которую она стучала пару секунд назад. Из-за двери снова донеслись маты, и видимо, Коля, не глядя в глазок, с криком «Да сколько можно, тварь!» распахнул дверь. Нос к носу он столкнулся со вторым каннибалом. Алина не видела, как Коля уже боролся за жизнь, сдерживая двоих. Но слышала как истерично верещит Катерина. Она оттолкнулась и прыгнула на козырёк. Приземление было жёстким и болезненным. Колени и босые ступни пронзила холодная боль. Она оглянулась наверх: из окна за ней никто не лез. Судя по истошным крикам твари окончательно переключились на грубых соседей. Алина осмотрела двор. Дело было не просто плохо, дело было хуже некуда. Она заметила двоих шатающихся неадекватов вдалеке, между её двором и соседним. Значит, по улицам бродит много таких. Таких же, как Сфин. Таких же, как Толик...
И что же ей делать? Сидеть и замерзать на тесном козырьке? Можно попробовать добежать до участкового. У него как раз отделение на первом этаже жилого дома... в семи дворах отсюда. Всего в семи дворах. И как преодолеть эти семь дворов босиком, в домашней одежде, с мокрыми волосами, зимой?
Тут её привлёк новый шум. Она повернула голову влево и увидела, как на застеклённом балконе второго этажа первого подъезда мечется большая пушистая собака, смутно похожая на хаски. А, точно, это ж та самая лайка, что утром сорвалась с поводка и убежала от хозяйки. Собака билась о стёкла, царапала когтями старые деревянные рамы и выла как неимоверно напуганный зверёныш. В какой-то момент одно из окон, видимо плохо запертое, с треском распахнулось. Лайка тут же сунула морду в проём и начала подпрыгивать на задних лапах, не теряя ни секунды. Алине не было видно, что происходит по ту сторону подоконника, но по рваным движениям она поняла: собака отчаянно пытается зацепиться задними лапами, вскарабкаться, вылезти наружу. Ещё одно дёрганое движение, и тело перевалилось через край. На мгновение лайка зависла животом на подоконнике, задние лапы судорожно скребли пустоту, а потом сорвались. Внизу глухо шлёпнуло о снег, хрустнул тонкий наст. Собака заскулила, кое-как поднялась и, припадая на переднюю лапу, потащилась вглубь двора, оставляя за собой неровный след.
Авторская сноска.Последний эпизод вдохновлён реальными событиями. Года три назад, зимой мы подобрали невероятно очаровательную и удивительно добрую лайку. Спустя месяц жизни с ней, проблем с психикой у неё мы не обнаружили, нам в этом смысле очень повезло. Но вот однажды... нам нужно было съездить в торговый центр. Мы оставили её дома вместе с котом и корги, уехали примерно на пять часов. Тогда мы жили в хрущёвке у Лосиного Острова, а автобусная остановка находилась прямо под нашими окнами. И когда мы вышли из автобуса, то увидели, как наша красотка наполовину вылезла с балкона и истошно выла. Балкон был на пятом этаже, не на втором, как в книге. Люди внизу останавливались, смотрели на неё с ужасом, кто-то даже снимал на телефон. Мы рванули домой. В квартире нас ждал разгром: входная дверь была практически разобрана, выгрызена и разворошена изнутри, но металл не дал Булке выбраться в подъезд; побитая посуда, порванные шторы, телевизор каким-то чудом уцелел. Корги сидел ошарашенный, но как выяснилось, он помогал ей разбирать дверь и наводить деструктив в хате) кот прятался под кроватью. До сих пор остаётся загадкой, как она умудрилась открыть закрытый балкон. Никто из животинок не пострадал, все отделались испугом. В последствии, Булка научилась оставаться дома с пушистыми корешами, без присутствия родителей.
Глава 12: За закрытыми дверями кипят мозги. 25 декабря 2025, 03:03 утра.
В просторном зале закрытого совещания одного из кремлёвских корпусов, куда не допускались не только представители прессы, но и любые электронные устройства, собралось около полусотни ключевых фигур государства. Зал, отделанный тёмным деревом и томным бордовым бархатом, освещался мягким светом массивных хрустальных люстр, отбрасывающих блики на полированную поверхность длинного стола.
Многих подняли с постелей посреди ночи. Все понимали: если дело не терпит до утра, значит, на горизонте нечто опасное. После получаса томительного ожидания, когда кофе в фарфоровых чашках уже остыл, тяжёлая дверь в торце зала открылась. В помещение вошёл, слегка сутулясь, председатель Совета Безопасности он же президент Российской Федерации Владислав Владиславович Юдин. Лицо его, обычно выражающее уверенность и бодрость, сейчас выглядело усталым и слегка озадаченным. Весь зал поднялся. Юдин коротким, небрежным кивком разрешил сесть и сразу направился к центральному месту за столом, к трибуне не пошёл. Он предпочёл говорить, опираясь на спинку своего кресла, глядя на собравшихся из-под очков для чтения.
— Приветствую, коллеги. Буду предельно краток, — его голос, низкий и немного хриплый от недосыпа, заполнил зал, заглушив последние шёпоты. — Мы собрали здесь лучшие оперативные и аналитические умы страны потому, что… — он сделал паузу, и его взгляд на мгновение остановился на суровом лице главы силового блока и разведки Степашко, сидевшего по правую руку, — потому что мы получили тревожные и пока что не поддающиеся однозначной оценке разведданные из Китая, Северной и Южной Кореи. Ситуация стремительно выходит за рамки стандартных климатических или гуманитарных угроз. Для детального брифинга о повестке передаю слово секретарю Совета Безопасности. Негромко отодвинув кресло, Юдин занял своё место во главе стола, сложив руки перед собой.
К трибуне, установленной чуть в стороне от стола, подошёл секретарь Совбеза, невысокий, подвижный мужчина лет пятидесяти с аккуратной плешью, в безупречно сидящем сером костюме. Его глаза за толстыми линзами очков казались увеличенными и немного смешными из-за этого. Он поправил микрофон, положил перед собой папку с грифом «Совершенно секретно. Особой важности.» и начал говорить по протоколу, отчеканивая каждое слово:
— Уважаемый Владислав Владиславович! Уважаемые коллеги! Повестка сегодняшнего экстренного заседания Совета безопасности Российской Федерации - «Об оценке угроз, связанных с быстрым продвижением к государственной границе мощного атмосферного циклона «Фэнкуан» и анализом сопутствующих аномальных событий на сопредельных территориях».
Молодой, но уже добившейся феноменальных успехов в карьере вирусолог, Ева Максакова, с трудом сдержала гримасу. Она сидела, стиснув челюсть, и мысленно переводила сложный, сухой, казённый язык секретаря на свой понятный. «Анализ сопутствующих аномальных событий на сопредельных территориях», — эхом звучало в её голове. Боже, да почему нельзя просто сказать: «Ребята, нам всем жопа! Нас такой шляпой с Китая накроет, вы даже не представляете!». Но нет. Мозги, и без того варящиеся в сонной каше, должны были ещё продираться сквозь эти словесные дебри. Она незаметно потеребила переносицу, чувствуя, как нарастает головная боль.
— Передаю слово главе силового блока Сергею Юрьевичу Степашко, — он уступил место за трибуной и жестом указал на пульт управления презентацией. Огромный мужчина, также лет пятидесяти, с квадратной, выбритой наголо головой и тяжеловесной фигурой, медленно поднялся. Его тёмный китель с рядами планок был безупречно отглажен даже в этот поздний час. Он на секунду растерянно поводил взглядом, отыскивая пульт на трибуне, нашёл его, кивнул себе и выдал басом, раскатившимся по залу:
— Здравия желаю, товарищ президент! Уважаемые коллеги!
Степашко щёлкнул пультом в руке. На огромном экране позади него возникла синоптическая карта с устрашающе чёткой, плотной спиралью, стремительно смещавшейся от побережья Китая в сторону российского Дальнего Востока. Чуть ниже, двумя отдельными пятнами, расходились спиральки поменьше: одна заходила на Южную Корею, вторая - на Северную.
— Циклон «Фэнкуан», получивший имя по установленной номенклатуре Всемирной метеорологической организации, сформировался в акватории Жёлтого моря 48 часов назад. Циклоны «Фэнкуан 2» и «Фэнкуан 3» образовались 22 часа назад в том же районе. Их особенность заключается в нехарактерной для данного сезона стремительной интенсификации и стабильности траектории. — Он, запинаясь, читал текст из файла. Это давалось ему нелегко: слишком много незнакомых и сложно произносимых слов. — По прогнозам Гидрометцентра, в течение следующих 24-36 часов циклон достигнет южных районов Приморского края и принесёт с собой катастрофические осадки в виде снега, ураганный ветер и резкое аномальное падение температуры.
Степашко сделал паузу, перелистнул страницу. В зале стояла абсолютная тишина.
— Однако, — продолжил он, и его голос стал ещё более сухим, — метеорологическая составляющая является лишь фоном. Первичные данные от наших источников в провинциях Хэйлунцзян и Цзилинь, а также информация, перехваченная из открытых, но быстро заблокированных китайских сетей, указывают на следующее. С момента выхода циклона на сушу и его продвижения вглубь Китая зафиксированы массовые случаи неадекватного и крайне агрессивного поведения среди гражданского населения на охваченных им территориях.