Чтение онлайн

— Не стоит на меня нападать, дитя, — чересчур спокойно попросил он. — Если бы я желал тебе зла, разве стал бы упускать такой шанс? Когда ты спала, то была совсем беззащитна. Я не могу убить ту, что спасла нас.

— Спасла? — переспрашивая, нахмурилась я. — Тот малец тоже говорил о помощи и о каком-то спасении.

Призадумалась.

— Кто бы мог подумать, что мы, дриады, найдем спасение в руках потомка богини Лайши!

— Ее потомок? Да о чем ты, черт возьми, говоришь?!

— Эта пещера стояла долгие тысячелетия, а мы — народ дриад, живущий в ней, повелевали природой в здешних землях. Просторы наших земель расстилались на несколько сотен миль вокруг, а мой народ черпал силы из недр земли. Однажды к нам забрел раненный путник, — вождь нахмурился, а его жестикулирующие руки опустились. — Моя дочь Листин не смогла пройти мимо. Она привела его в нашу пещеру и уговорила меня помочь ему, но смерть его была близка и помочь ему могло лишь чудо. Этим чудом стало дерево Слез.

— Дерево Слез?

— Оно растет в пещере испокон веков, а мы являемся его вечными защитниками. Со смертью одного из нас под густой кроной вырастает новый плод. Мы верим, что так происходит потому что душа ушедшего вселяется в дерево, отдавая ему последнюю частичку себя, свой последний вдох.

Вождь замолчал, в какой-то миг уйдя в свои мысли, поэтому я подтолкнула его.

— А что было потом?

— Потом… единственное, что могло помочь ему — это плод дерева. Листин знала наши законы: как бы сильно чужак не понравился ей, она была обязана отпустить его и выйти замуж за того, кого выберу я. Чужеземец не подходил на роль ее мужа! — руки его вновь напряглись и сжались в кулаки, отчего вены под кожей надулись. — Но этот прохвост обманул ее: обложил сладостными речами, наобещал горы золотые и уловками заставил дать ему еще один плод. Он пообещал ей вернуться, но вернулся с целой толпой. Их глаза сверкали диким беском, а губы исказил жадный оскал. Мы были сильнее них, но они не гнушались брать в заложники наших жен и детей. Прямо у нас на глазах насиловали наших женщин, грабили наши лачуги и обрывали дерево Слез вместе с большими ветвями.

— Какой кошмар. Возможно, они рассчитывали что ветви дадут корни и приживутся в их краях.

— Не знаю на что они там рассчитывали. Но после их ухода мы остались разбиты.

— Не понимаю. Разве вы не можете повелевать природой? Почему тогда вас оказалось так легко застать в расплох?

— Эта пещера, — взглядом он обвел все вокруг. — Наша сила и слабость, каменная крепость, сквозь которую не везде может пробиться хотя бы травинка. Разве ты этого не знаешь, фея?

— Ну да… Значит и вам тоже сделать это сложно.

— Не тогда, когда древо пало, а с ним пал и наш дух. Древо погибло. Те ветви, что остались, опустились к земле, а кора его почернела. На поврежденной кроне за сотню лет так и не выросло ни единого плода, а мы сами начали менять форму, становясь все меньше похожими на людей. Прошло время, и не только наш облик, но и разум потерял человечность. Лишь единицы из нас не потеряли рассудок, а некоторые напротив, пожирали друг друга.

— Ужасно…

— Верно, это было страшное время…

— Значит ли это, что вы были одним из тех, кто сохранил разум?

Мужчина покачал головой.

— Не на долго. После того, как моя дочь обратилась в неразумное существо, я перестал бороться. А сдавшись, очень быстро поддался проклятию.

— Значит те гигантские монстры, оплетающие все паутиной и убивающие приходящих людей, это…

— Ты все верно поняла. Но чары сняты, потому что на древе Слез наконец-то появился плод.

— Но как такое возможно?! Почему?

— Думаю, что все это время мы ошибались, и сила не в смерти, а в жизни. Мы не съедали путников, я смутно помню, все было как в тумане, но мы точно не поглощали их силу, а направляли по паутине к дереву. И каждый раз, когда к нам кто-то забредал, направляли его жизненную энергию к дереву. Но ты сама направила ее. Ирвин, — в комнату неуверенно зашел тот мальчик. — был спасен тобой, получив силу исцеляющего источника напрямую. На такое способен лишь потомок Лайши, нашей богини. Или я ошибаюсь, и ты потомок другого божества, охраняющего источник?

— Не думаю, что я ее потомок… — замялась я. — Мои родители из народа фей. При рождении я была мертва, и меня оживили с помощью источника. Но вместо простого исцеления я впитала его силу.

— У богов нет прямых потомков, они не имеют телесной оболочки в этом мире, поэтому время от времени они наделяют силой того, кого сочтут достойным. Уверен, что ты то самое редкое исключение! — в его глазах блеснуло восхищение, и с этими словами он склонил передо мной голову. — Быть может таким образом она даровала этому миру шанс?

— Шанс на что? — не поняла я.

— Кто знает, — хитро улыбнулся он и обратился к мальчику. — За свою храбрость ты будешь хорошо награжден. Молодец!

Смотря на него, я вспомнила.

— Погодите-ка, а что случилось бы, если бы нас поглотили, а я не оказалась бы этим самым "потомком"?

Мужчина посмотрел на меня с неловкостью, и грустно улыбнулся.

— Может не будем об этом? Знаю лишь, что будь ты обычным человеком — Ирвин бы не принял свой истинный облик и не смог бы привести тебя к нам. Хоть прошло и более пяти дней, и мы еще не совсем восстановились, я бы хотел отплатить тебе. Чего бы ты хотела: золото, драгоценные металлы, редкие свитки с тайными заклинаниями или столь же редкие травы?

— Ради чего-то подобного я бы не пошла в такое опасное место, вы ведь понимаете… — говорить мне это тяжело, ведь если от дерева и правда зависит их облик, а плод вырос всего один, то они снова могут начать обращаться.

— Понимаю… — задумчиво произнес он, и со всей серьезностью посмотрел на меня. В его глазах читалась решимость. — Понимаю, что это не правильно, но могу я попросить тебя еще об одной услуге?

Долго не думая, я согласилась. Бросила мимолетный взгляд на лежащего без сознания Артиана и последовала за вождем.

— А что случилось с вашей дочерью? — спросила я, чтобы как-то скоротать наш путь.

— После произошедшего она была полностью разбита. Я успел спрятать ее, но под действием проклятья она все равно присоединилась к нам.

— Вы простили ее?

Мужчина глубоко вдохнул.

— Куда ж я денусь, ведь я все-таки ее отец. Хотя правду было принять нелегко. Она нарушила закон, но сейчас об этом вряд ли кто-то вспомнит. Большинство после пробуждения даже имени своего не помнят, чего уж тут о прошлом говорить? — он остановился напротив широкого прохода, из которого лился яркий свет.