Чтение онлайн

– В смысле? – не поняла я. Вроде как я и так принадлежу к той категории, которая обслуживает.

– Хотите ли вы остаться на своём уровне и двигаться вперёд, или же опуститься вниз, Дарина Филатова, – и снова Марк сделал акцент на имени.

Вот чёрт! Он же не обо мне сейчас говорит, он намекает на то, что хочет обанкротить мою подругу. Меня-то на самом деле вполне устраивал его этот «низ», но он точно не устроил бы Дарину. Как только вспомню, что она говорила по поводу работы, что не создана для неё…

– А… вообще-то я не очень хотела бы что-то менять в своей жизни. Лучше пусть всё остаётся, как есть.

– Хотите и дальше жить за счёт своих родителей? – он просверливал меня своим взглядом.

– Её… меня это совсем не смущает, – невинным взглядом посмотрела на него.

– Тогда стоит что-то изменить в своей жизни. Быть может, это станет для вас уроком. Потому что вы никогда не заслужите моего прощения, – вынес он приговор.

В моей голове пронеслась картина, где Дарина в дырявой одежде стоит на улице и просит милостыню.

– Умоляю, простите меня, господин Марк, – я упала на колени, полностью повторяя слова и жесты той официантки, из-за которой, собственно, и началась вся эта история. – Прошу, не банкротьте её… мою семью. Пожалуйста, умоляю.

– Какая же вы жалкая, – оглядел он меня с презрением и отошёл на два шага, как будто я прокажённая. – Вы мне омерзительны. Готовы ради денег про гордость свою забыть? Так сложно самой заработать?

– Сложно, – признала я, особенно если говорить о тех деньгах, которые зарабатывали родители Дарины. – Но я буду стараться, обещаю. Только простите меня на этот раз, прошу вас, я сделаю, что угодно, всё, что прикажете, – кажется, моя гордость действительно вышла погулять, а может, она сегодня вообще ко мне не заглядывала.

– Всё, что угодно? – заинтересовался он. – А что вы можете мне предложить? Деньги, заметьте, предлагать бессмысленно, а только они имеют значение в этом мире.

Вряд ли у меня вообще когда-нибудь бы зародилась такая мысль, как предлагать кому-то деньги. У меня самой их нет.

– Портрет! – внезапная догадка посетила мою голову.

– Что? – не понял Марк.

– Я могу нарисовать ваш портрет, – объяснила я.

Парень уставился на меня явно озадаченный.

– Я, конечно, не профессионал, но у меня очень неплохо получается. Во всяком случае, мне так говорят, – похвалила я себя.

– Зачем же мне портрет от посредственного художника? Не думаете ли вы, что лучше заказать свой портрет у профессионала, если он будет мне нужен?

– Да, но… так вы потратите деньги, а я нарисую вас абсолютно бесплатно, – на секунду у меня возникло ощущение, что я занимаюсь саморекламой.

– Это должно меня впечатлить?

– Безусловно! Вы только что сами говорили, что лишь деньги имеют значение. И вот – я сохраняю ваши деньги, – моя улыбка лучилась бескрайним счастьем.

– В том случае только, если портрет мне был бы нужен.

– Никогда не знаете, как неожиданно он может понадобиться, – я всеми силами пыталась уговорить его принять от меня этот портрет в знак примирения. Потому что я не знала, что ещё могла ему предложить. Рисовать – это всё, что я могу.

Марк долгое время смотрел на меня, как бы раздумывая, давать мне шанс или нет.

– Хорошо, – наконец согласился он. – Будем считать этот портрет вашей платой за причинённый мне моральный ущерб. Но только в том случае, если он мне понравится.

– В этом можете не сомневаться, – пыталась я его заверить, но голос предательски дрогнул. Никогда не знаешь, что нужно, чтобы угодить этим богачам. Но ничего, я выложусь по полной. Всю душу вылью в этот портрет, чтобы у него не осталось никаких сомнений по поводу моего прощения.

– Жду к следующему занятию, – заключил Марк Строганский и быстрыми шагами пересёк расстояние от меня до выходной двери. – И кстати, это задатки настоящего бизнесмена – умение продать человеку то, что ему не нужно, под предлогом, что это может когда-нибудь понадобиться, – похвалил он перед выходом, а затем в одну секунду скрылся за дверью.

Я же встала с колен и последовала его примеру. Портрет придётся начать сегодня, потому что следующее занятие всего через пять дней. А я так быстро портреты ещё никогда не рисовала.

Фотографию этого нарцисса я нашла в интернете. Ни в каких соцсетях я не смогла его найти. Но в глобальном поисковике есть парочка его фото: с конференций, приёмов и в жёлтой прессе. Именно обложку с его фотографией из какого-то не известного мне журнала я и распечатала, так как это единственное чёткое фото с его лицом. Кстати, на обложке было написано: «Сын Альберта Строганского увеличил прибыль семейного бизнеса в три раза!» И этой обложке два месяца. Кажется, я многого не знаю об этом Марке. Оказывается, он не бездельник, вон, бизнес увеличивает семейный. Но если он так хорошо разбирается в бизнесе, зачем тогда ему эти курсы? Чтобы ещё умнее стать? Заполнить пробелы в знаниях? Почему у меня нет такого стремления к учёбе?

Расположившись за мольбертом в рисовальном классе и повесив фотографию на верхний уголок доски, я начала рисовать контуры на листе А3.

Прорисовывая контуры его лица, я заметила, что черты у него изящные и выразительные, в меру строгие и довольно властные. И они завораживающие. Особенно его небесные глаза. И острые скулы, о которые можно порезаться. И… губы… У него идеальное лицо для портретистов, потому что оно – эталон. Поэтому мне безумно нравилось его рисовать. Кажется, мне никогда ещё не доставляло столько удовольствия рисование чьего-либо портрета. За исключением Саши Золотова, конечно.

Я провела всё воскресенье и остальные ночи в рисовальном классе, договорившись с охранником корпуса, чтобы он мне разрешил закончить домашние задания, так как в общежитии невозможно рисовать. Но не из-за обстановки, там удобные большие столы под каждой кроватью (они выглядят как двухъярусные кровати, но на первом ярусе вместо кровати рабочий стол), а потому, что моё вдохновение прогоняют мои соседки. А здесь так уютно и спокойно, никто не приводит своих вечно надоедающих мне гостей, парней и других персон. Здесь я и задание по проектированию сделала. Здесь я провожу, можно сказать, большую часть своего свободного времени. И только один минус: не было холодильника с едой. Но зато был чайник.

Глаза закрывались сами собой, но, вооружившись банкой кофе, я постоянно заваривала ароматный напиток. И сон снимало как рукой, но, к сожалению, ненадолго.

– Ого, такой красавчик, – как-то вечером в понедельник подошла ко мне моя одногруппница – Влада Муравьева, которая тоже занималась здесь проектированием. Она единственная в группе, с кем я более-менее общаюсь. – А это кто, твой парень?

Я немного опешила:

– Нет, конечно, это так, знакомый.

– А почему тогда его портрет рисуешь? – с подозрением взглянула на меня.