Чтение онлайн

– Даша, мне нужно с тобой поговорить, – чуть ли не через весь зал позвала меня Дарина, когда я уже отнесла заказы своему столику и стояла у бара в ожидании следующих распоряжений.

– Привет, – поздоровалась я, садясь рядом с ней за администраторский стол. – Что-то случилось?

– Да, мы поменяли банк, – сказала она это как что-то очевидное.

– Кто это – мы? – только и смогла я на это сказать.

– Наш ресторан, – объяснила подруга, – теперь мы будем сотрудничать с другим банком, и наши сотрудники будут получать зарплату на карты этого банка.

– Здорово, – подытожила я, – а зачем?

– Слышала про AurumБанк? – и увидев, как я отрицательно помотала головой, она продолжила. – Сейчас этот банк имеет огромную популярность и набирает высокие обороты. У него и процент по кредитам ниже, что как раз-таки устраивает моих пэрэнтс. И вообще там очень много крутых поощрительных бонусов. Короче, – надоело ей объяснять, – тебе всё расскажут в самом банке, когда ты пойдёшь получать свою карту.

– А когда она будет готова?

– На этой неделе. Чем раньше заберёшь, тем быстрее получишь зарплату за сентябрь.

– Эта информация очень мотивирует, – улыбнулась я.

– Ещё бы, – согласилась она, – я бы тоже так радовалась, если бы работала. Тьфу-тьфу-тьфу, не дай Бог.

Мы вместе с ней посмеялись над этим. А потом Дарина, поужинав и написав мне координаты банка для получения карты, отправилась по своим делам, а я закончила смену, и затем нас водитель развёз по домам.

На следующий день после того, как отмучилась на учёбе, я отправилась на очередное занятие по бизнесу. Как же надоел мне этот бизнес. Но ничего, уже конец сентября, месяц пройден, осталось ещё два. Я смогу.

Сегодня мы изучали, как сделать подчинённого своим партнёром. И в этом нам помогала Ольга Завьялова, основатель и генеральный директор компании «Obviously». Она наставляла, что каждый сотрудник в компании должен знать ответ на один простой вопрос: «Как именно я продаю тот продукт, который продаёт компания?» Ольга рекомендовала, чтобы каждый сотрудник и прежде всего руководители были в тонусе и понимали, что промедление невозможно, ибо есть вероятность, что их обгонят конкуренты, есть угрозы со всех сторон. Как будто мы все находимся на войне. Бизнес – это война. И каждый сотрудник должен относиться к своей работе, полностью ей отдаваясь. И только в таком случае, если вся компания будет работать как единое целое, продукт, который она производит, обретёт успех.

Под конец занятия к нам обратился мистер Фригман с замечательной новостью:

– В конце октября будете сдавать свои проекты, посмотрим, как вы усвоили теорию на практике.

Так и знала, что одними посиделками на лекциях это не закончится. Как чувствовала, что потребуют от меня показать свои знания на практике. Только не это. У меня ничего не получится. А без сдачи проекта мне не зачтут прохождение курсов. Точнее не мне, а Дарине. Но какая от этого разница? Беда не приходит одна. Ну почему в последнее время на меня сваливается гора дерьма? И, кажется, ей конца края не видно.

Не торопясь, я вышла из аудитории и направилась к лифту. Думала при этом только об одном: скорее бы всё это закончилось. В кабине лифта я оказалась не одна, там уже находился Строганский и всем своим видом меня игнорировал. Может, это и к лучшему. Не стану здороваться, чтобы не привлекать внимания, а то мало ли, ещё одну беду навлеку на себя. А у меня их и так куча-туча.

Лифт тронулся, опустился вниз, но перед первым этажом резко вздрогнул и затих. До меня дошло не сразу, что лифт сломался.

– О, нет, – только и смогла вымолвить я.

– Не волнуйтесь, сейчас нас выпустят, – невозмутимо проговорил Марк, от чего я даже позавидовала его самообладанию.

– Почему вы так в этом уверены? – засомневалась я.

– Потому что через час у меня важная конференция с представителями компании «Grander Enterprises». Я не могу на неё опоздать.

На секунду мне даже стало забавно от той мысли, что Марк всерьёз считает себя таким важным и что весь мир вертится вокруг него. Но с другой стороны, я с досадой понимала, что, скорее всего, это действительно так. Ибо люди всегда вертятся вокруг богатства и власти.

Прошли чуть больше двадцати минут, а так ничего и не поменялось. Только в микрофон объявили, что в скором времени нас выпустят. Но когда наступит это «скорое время», нам не сказали.

От того, что я устала сегодня за весь день, мне было сложно стоять, поэтому я достала из рюкзака оранжевый полиэтиленовый пакет, развернула его, расправила на полу и спокойно села. Марк же продолжал невозмутимо стоять, абсолютно ровно, ни на сантиметр не согнувшись. И как ему это удаётся? А может, он просто стесняется показаться слабым?

– У меня ещё есть один пакетик, – как бы между прочим сказала я и помахала сложенным вчетверо синим пакетом.

– Благодарю за такое столь щедрое предложение, но я вынужден отказаться, – свысока посмотрел он на меня.

Я медленно убрала этот пакет обратно в сумку. Может, ему и правда удобнее стоять, кто знает. А может…

– А может вам просто не нравится синий? – снова обратилась я к Марку. – У меня ещё есть и жёлтый, и зелёный, и голубой… – стала перечислять я, выуживая по очереди эти пакеты из своего рюкзака.

– У вас там все цвета радуги, что ли? – скептически спросил он.

Я достала ещё один пакет – фиолетовый, поглядела на другие пакеты и произнесла с серьёзным выражением на лице:

– Нет. Красного нет.

– Очень жаль, – с поддельным сочувствием он произнёс.

– Так вам красный нравится? – догадалась я.

– Мне нравится, когда не лезут с лишними вопросами, – и он обратил на меня убийственный взгляд. – Поэтому избавьте меня от них, пожалуйста – добавил он, после чего я сразу заткнулась и убрала все пакеты обратно в сумку.

Так мы посидели (то есть я посидела, а он постоял) ещё минут десять в полном молчании.

– И всё-таки, меня интересует вопрос: мой портрет действительно вы сами нарисовали? – неожиданно спросил Марк.

– А… – с искренним непониманием воззрилась я на него, – конечно.

То есть он думал, что его могла нарисовать не я?

– Интересно, – подытожил он. – И как же вы могли так научиться рисовать, если постоянно пропускаете учёбу в своём институте?

– Пропускаю? Я? – крайне изумилась его замечанию.