Чтение онлайн

– Он попросил, – нашлась я. Частично, это правда.

– Ой, а ты можешь и для меня тогда кое-кого нарисовать?

– Могу… – неуверенно проговорила я. На самом деле, я не очень люблю рисовать кому-то. Я рисую для души, просто для себя. Много раз рисовала Дарину, потому что ей безумно нравится, как я рисую. Она сама так говорит. И мои портреты у неё действительно висят в рамочках. Мне очень приятно, что мои работы ценят. Поэтому Дарину я всегда рисую с душой. К тому же она очень красивая. Перед её красотой можно преклонить колено.

– Тогда я на неделе тебе принесу фотку, хорошо? – обрадовалась Влада.

– Хорошо, – с досадой кивнула я.

Пятая ночь подходила к концу, и портрет был готов. И хотя я была выжата как лимон, моему счастью не было предела. Мне казалось, что лучше я ещё никогда в своей жизни не рисовала. Это лучшая работа среди всех. Более качественная, прорисованная. И хотя мне пришлось не спать толком, я была крайне довольна собой. И сомнений в том, что этот портрет может не понравиться его владельцу, совершенно не было.

На следующий день у меня было хорошее настроение, я была в предвкушении предстоящей встречи с жестоким тираном. Возможно, в этот день всё закончится, и я смогу вздохнуть спокойно. Хотя, если говорить откровенно, Марк ещё никак не успел мне насолить. Ни мне, ни моей подруге. Так что зря я так на него взъелась. Может, он не такой уж и плохой, ведь разрешил же он мне искупить свою вину портретом. Ведь если он такой богатый и поднимает семейный бизнес в три раза, значит, он может позволить о себе высокое мнение. Имеет право заставить всех относиться к нему с уважением и признательностью.

Сегодня на мне были гольфы в чёрно-красную полоску, тёмные шорты с подтяжками и алая футболка. А волосы перевязаны красной ленточкой. Подтяжки, ленточки и комбинезоны – это моё всё.

В институте, как обычно, мне пришлось выслушать парочку колкостей по поводу моего наряда от Алёны Серебряковой и её свиты. Но я, как всегда, пропустила эту информацию мимо ушей. Меня не волнует их мнение насчёт моего стиля в одежде. Мне он нравится, и это главное.

На занятие в бизнес школе я пришла на двадцать минут раньше, чтобы в этот раз точно не опоздать и не выслушивать обвинения на мой счёт. Но даже в это время собралась половина однокашников. Марк пришёл за пять минут до начала. Его взгляд лишь прошёлся по мне, и он направился к своему месту, на котором сидел и в прошлый раз.

Мы говорили на сегодняшнем занятии о старте бизнеса. Дэвид Фригман пригласил Азхара Джафарова, основателя и владельца группы компаний Repost. Мистер Джафаров предлагал нам воспользоваться опытом конкурентов, прежде чем запустить свой бизнес или направление на новом рынке. Узнать у конкурентов выигрышные стратегии и действовать, избегая ошибок, что в конечном итоге сэкономит кучу ресурсов.

Также он рассказал нам, как наладить поток клиентов. Для этого есть определённый рецепт. Первое, определяем самый ходовой товар в своём ассортименте. Второе, значительно снижаем цену на этот продукт, к примеру, продаём по себестоимости. И третье, оповещаем о новой цене максимальное количество людей в округе в виде раздачи листовок, флаеров и тому подобное. Что имеем в итоге? Я лично ничего не имею, а они поднимут выручку в своём магазине и привлекут поток новых клиентов.

После занятия я заметила, что Марк никуда не спешил и спокойно сидел на своём месте, ожидая моих действий. Я подождала, пока все выйдут и мы останемся вдвоём в аудитории, и подошла к нему.

– Здравствуй, – и с замедлением добавила, – те. Я, как и договаривались, подготовила портрет, – открыв тубус, я выудила из него рисунок, расправила и протянула владельцу. – Вот.

Марк всё это время с любопытством разглядывал мой наряд, вальяжно раскинувшись на сидении.

– Интересно, – произнёс он непонятно к чему и взял из моих рук портрет.

Несколько минут он рассматривал рисунок, а затем неожиданно для меня порвал его на две половины.

– И вы ещё смеете мне предлагать это? Убогая пародия на то, что вы называете «портретом», – он разорвал ещё на две части. – Если не умеете рисовать – не беритесь, – ещё на две части, – а если умеете, то хотя бы старайтесь, – ещё на две части. – Кому бы там ни нравились ваши рисунки, для меня вы – бездарность, – ещё и ещё рвал на кусочки.

Я тупо смотрела на клочки бумаги в его руке и никак не могла поверить, что это моя работа. На глаза наворачивались слёзы. Бессонные ночи, столько стараний…

– Ну, и хорошо, что ты разорвал его! – внезапно я вспылила. – Мне тоже не понравился он. Никогда в своей жизни я не рисовала лица уродливее этого. Столько мучений испытала я, пока рисовала тебя. Каждую минуту грозилась его порвать. Так что хорошо, что ты сам это сделал.

Перед моими глазами была пелена злости и обиды, поэтому уже было всё равно, что он подумает обо мне. К чему это приведёт. Такое стерпеть я не могу. И ещё я думала, что этот человек может быть хорошим? Ничего подобного. Правильно о нём говорил Саша. Ужасный и жестокий.

Марка, однако, мои слова разозлили не меньше, и он, резко поднявшись на месте, исказился в лице.

– Вам не кажется, что когда просят прощения, то извиняются немного не таким образом? Совсем страх потеряли?

Я хотела казаться сильной, невозмутимо смотреть ему в лицо, но глазам тяжело было сдерживать поступающие слёзы.

– Но ты первый меня обидел, – тихим дрожащим голосом произнесла я.

– Обидел? – с недоверием он посмотрел на меня.

– Да, потому что я творческая душа, – и полились стихи из неоткуда:

Меня легко обидеть и легко задеть,

Но я могу сдержаться.

Сойти вам может это с плеч,

Но в голове моей остаться.

Я так старалась вас рисовать, ночами не спала. Никогда я столько усилий не прикладывала в рисунок. Хотела, чтобы вам понравилось. А вы взяли и порвали его, – опустив взгляд, я начала горько плакать от обиды.

– Простите, – спустя минуту колебаний, провинившимся голосом произнёс Марк.

Я в удивлении от услышанного резко подняла голову с заплаканными глазами и переспросила:

– Что вы сказали?

Парень, поняв, что произнёс извинение в порыве эмоций, грубо бросил:

– Забудьте, – и быстрыми шагами удалился из аудитории.

Засыпая этой ночью, я думала о том, что всё вышло как-то неправильно, не так, как я рассчитывала. Мало того, что он не принял мои извинения, так ещё я ему нагрубила. Теперь у моей подруги точно будут неприятности. Но чтобы избежать их, мне придётся признаться Марку, что я не Дарина. Пусть он мне мстит, а не ей. Но тогда Дарине придётся ходить на эти занятия. Конечно, она не скажет мне за это «спасибо». Может, она даже перестанет со мной общаться. Но мне ничего не остаётся, лучше так, чем если Дарина лишится попечения своих родителей. Надо будет завтра с ней поговорить об этом. И будь, что будет…