Чтение онлайн

— Согласна.

Потом прибежала Маша, и дедушка попросил ее подарить ему на память маленький локон с ее головы. Девочка удивилась, но не противилась, и я аккуратно состригла их маникюрными ножницами. Завернула в листок, вырванный из блокнота, уложила во внутренний кармашек сумочки. Потом простилась с Кропоткиным, предоставив ему возможность отдыхать дальше с внучкой. Кто знает, когда у них это получится снова? Я, конечно, догадывалась, что швейцарские эксперты ничего не найдут, что бы указывало на авиатехника. Но кто знает? Вдруг Бельскому доложат что-то иное? В конце концов, у него есть собственная служба безопасности, она ведь тоже свой хлеб не даром ест.

Когда я отошла довольно далеко, обернулась. Кропоткин всё так же сидел на лежаке, и его сгорбленная фигура производила очень грустное впечатление человека очень одинокого и несчастного. Его одиночество было вовсе не в отсутствии близких. У него есть Маша, любимая внучка. Но он уже потерял большую часть своей семьи, а теперь нависла прямая угроза лишиться последнего. А там и свободы, если его преступление выберется наружу.

Я решила, что не стану никому рассказывать о его признании. Да, Кропоткин погубил четырех человек. Но кто я такая, чтобы осуждать его? Если он окажется за решеткой, Машу ожидает горькая судьба круглой сироты. Потому мне надо поскорее в Москву. Теперь задача отыскать Бельского и взять у него образец генетического материала. Проблема в том, что Артём Валентинович по-прежнему на нелегальном положении и тщательно ото всех скрывается.

На ловца и зверь бежит — поговорка эта сработала стопроцентно, едва я включила телефон, уже находясь в аэропорту «Внуково». Поступило сообщение, что некий абонент пытался мне дозвониться. За этим сразу пришло сообщение: «Перезвони. Б.» Я. уже садясь в такси, это и сделала.

— Привет, — сказала, постаравшись сделать это непринуждённо.

— Здравствуй, жена моя, мать моих детей, — насмешливо прозвучало в ответ.

— В каком смысле? — я напряглась немного.

— Это из «Бриллиантовой руки», неужели не смотрела? — удивился миллиардер.

— Ах, ты о фильме… Да, видела. Давно. Но как ты, конечно, цитировать не могу. Видимо, от безделья страдаете, господин богач? — стала ёрничать, это лучший способ не выдать душевного волнения.

— В некотором смысле, — ответил Бельский. — Ну что, дражайшая супруга, можешь меня поздравить: с утра сегодняшнего дня я вновь на легальном положении. Звоню тебе, кстати, из собственного офиса, куда прибыл и вступил в управление своей финансовой империей.

— Сколько пафоса! — усмехнулась я. — Самому-то не противно от его количества?

— Нисколько! Я очень доволен тем, как всё закончилось. Мой двойник под собственными именем и фамилией продолжает лечение в Швейцарии, ну а я теперь могу, как и раньше, заниматься любимым делом.

— Что ж, поздравляю, — сказала я.

— Нам бы увидеться по этому поводу, — сказал Бельский.

— Хорошо, где и когда?

— Приезжай прямо ко мне, сейчас. Я приготовил для тебя приятный сюрприз, — ответил миллиардер.

— Хорошо, уже еду, — ответила я и подумала: «У меня для тебя тоже сюрприз есть. Только не думаю, что приятный. Но пока ничего об этом не скажу, иначе знаем мы вас, миллиардеров, предпримите контрмеры, и весь мой план коту под хвост». Я нисколько не тешила себя надеждой, что, узнав о существовании дочери, Бельский от неё сразу постарается отделаться. Откажется признавать, наймет, кроме Зильбельборда, ещё целое адвокатское бюро, а уж тамошние спецы за его деньги придумают какую-нибудь подлость, чтобы оставить всё, как есть. То есть нет у господина Бельского детей и не было. Мне же очень хотелось убрать несправедливость.

«Вот зачем мне впрягаться было в это всё? — думала я, проезжая по бесконечным московским улицам и проспектам. — Ну, жил бы Кропоткин с внучкой, мне-то что? Так ведь нет, раскопала на свою голову, а теперь ещё и помогаю им. Но я не могу иначе. Я такой человек. Мне чужие беды всегда были… не чужими».

У нас ведь страна победившего равнодушия. Если упадет человек на улице, никто к нему не подойдет поинтересоваться, что случилось. Все заняты только зарабатыванием денег, и большинство винить в этом нельзя — они на грани выживания. Когда же ты только и делаешь, что тянешь лямку, словно бурлак на Волге, тебя волнуют лишь самые близкие, а остальные… ну простите, сами как-нибудь. Я вот не такая. Потому и хочу помочь Фомичу и Маше.

Бельский приветствовал меня, выйдя из-за своего новомодного стола. Подошел, взял мою ладонь, поцеловал. «Расшаркался», — так это раньше называли. Даже букет цветов подарил — двадцать пять алых роз. «Можно подумать, сам в магазин бегал», — насмешливо подумала я. Мой мнение об этом человеке после того, как я узнала о Маше, сильно изменилось. Но приходилось скрывать свои эмоции. Ведь мне нужен был генетический материал, а как его добыть? Попросить у Бельского остричь себе немного волос? Сразу догадается, зачем это.

Миллиардер пригласил меня в комнату отдыха, дверь в которую находилась позади его кресла. Мы зашли, и я обнаружила довольно просторное помещение, где можно было пребывать постоянно. Там оказались гостиная, санузел, кухня и даже спальня. Всё компактное, рассчитанное на одного человека.

— Так вот где всё это время скрывался господин Бельский, — сказала я, осматриваясь.

— Не то чтобы скрывался, — ответил он. — Скорее, отдыхал. Смотрел старые советские комедии, читал финансовые новости. В общем, расслаблялся. И да, в полном одиночестве, чтобы ты не подумала, будто я сюда водил любовниц или, того хуже, проституток. Нет-нет, ничего подобного!

— Да мне, в общем, всё равно, водил или нет, — пожала я плечами. — Мы ведь, насколько я помню брачный контракт, не настоящие муж и жена, а фиктивные.

— Да, верно! Забыл, представляешь? Совсем из головы вылетело! Отчитываюсь тут перед тобой! Ха-ха-ха! — рассмеялся Бельский.

— Так зачем ты меня позвал? — спросила я.

— Вот зачем, — миллиардер взял со стола небольшую лакированную шкатулку из черного дерева. — Это тебе. Открой.

Я взяла вещицу, подняла крышку. Внутри на алом бархате обнаружилась банковская карта — Visa Platinum. На ней были выбиты мои имя и фамилия — Svetlana Mezherickaya. Сердечко моё ёнкнуло от одной мысли.

— Это… — карточка дрожала у меня в руках. — То самое?

— Да, — с улыбкой ответил Бельский. — Это те самые 10 миллионов евро, которые я тебе обещал перед поездкой. Как видишь, обещание своё сдержал.

— Спасибо, — растерянно сказала я. Самой хотелось прыгать и орать от счастья, но следовало вести себя прилично и сдерживаться.

— «Спасибо»? — иронично спросил Бельский. — И это всё?

— Прыгать тебе на шею, целоваться не стану, — предупредила я.

— Ну вот! — всплеснул миллиардер руками. — А я-то надеялся! Я-то рассчитывал!