Чтение онлайн

На смену очарованию античности пришли трудные времена становления национальных государств в Европе, новых форм разделения труда, новых социальных отношений. Это был шаг вперед, а впереди было то, что мы называем Средневековьем (примерно 400–1400 гг. н. э.), когда наиболее примечательным в социальном смысле было абсолютное господство Церкви. А философия, как мы уже говорили, является рефлексией реальности, поэтому в этот период она стала рефлексией теологически обусловленной реальности, и, следовательно, господствовала теологическая философия. При этом, с одной стороны, сохранялись основные идеи античной философии, в основном интерпретация аристотелиансих идей, а с другой – теолог (в ее понимании как учение о Боге и его отношении с миром и человеком) стала.

Характерные особенности средневекового мышления – ретроспективность и традиционализм, т. е. обращенность в прошлое, критерием подлинности и истинности источников считалась их древность. Отсюда и предмет философского исследования, прежде всего текст, и уже через него – взгляд на мир и человека. Способом доказательства становится цитата, принадлежащая авторитету, а способом философского размышления – экзегетика (истолкование текста). В отличие от античной философии, стиль мышления Средних веков теоцентричен, т. е. в основе мироздания – Бог. Философия Средних веков базировалась на двух основных идеях: 1) откровения, и 2) творения всего (креационизм). Библия считалась главным источником знаний и вдохновения. Следствием этого было то, что дидактизм, назидательность, учительство являлись важнейшими чертами философии Средневековья. Не удивительно, что эту философию отличала схоластичность мышления.

Главный вопрос, который рассматривался в схоластике, был о соотношении знания и веры. Первым отделил знание, философию от веры, от религии Тертуллиан. Исходя из того, что религия основана не на разуме, а божественные истины противоречат человеческим, Тертуллиан утверждал: верую, ибо нелепо. У Тертуллиана разум связан с природой и человеком. Вера же выходит за эти пределы, поэтому он осуждал философское знание, ведь оно подтачивает веру, несет сомнение, ослабляет могущество церкви.

Пожалуй, наиболее запоминающимся в философии Средневековья является анализ идеи Бога в соотношении с человеком, а человека – в отношении к Богу (Блаженный Августин). В этом контексте было сформулировано учение о душе, которая суть бессмертная нематериальная субстанция, отличная от тела, а не просто часть тела. При этом велика роль разума, он есть взор души, которым она сама собой, без посредства тела, созерцает истинное бытие.

Из этого логично вытекал постулат о существовании «истин разума» и «истин откровения», который был предложен Фомой Аквинским и позволил ему четко разграничить области философии и теологии. Правда, разграничение было сделано не в пользу философии она признавалась как находящаяся в услужении у богословия и настолько же ниже его, насколько разум человеческий, ограниченный, ниже божественной мудрости. В то же время в споре об универсалиях, т. е. о природе общих понятий, Аквинат был сторонником реализма, согласно которому универсалии существуют трояким образом: «до вещей» в божественном разуме, «в самих вещах» как их сущность, или форма, и «после вещей», т. е. в человеческом разуме (как результат обобщения, абстрагирования). Так появился номинализм, согласно которому универсалии существуют лишь в человеческом разуме, в мышлении.

Несколько отличалось от европейского развитие философии в арабском мире, который на рубеже X–XI вв. переживал расцвет своей культуры. Арабские мыслители тоже находились под влиянием Аристотеля (душа как духовная форма тела бессмертна) и отчасти европейской схоластики, занимая позицию реализма в споре об универсалиях (Ибн-Сина, известный как Авиценна). Но в этой философии Богу, который отнюдь не предшествует материи, а сосуществует с ней, приписывалась функция превращения потенциальных форм материи в действительные (Ибн-Рушд, более известный как Аверроэс). Кстати, Ибн-Рушд отрицал идею бессмертия индивидуальной души.

При всей схоластичности средневековой философии она ценна тем, что в рассмотрении человека признала личностное начало в нем, значимость человеческого Я, уникальность его души. Эти идеи повлияли впоследствии и на персоналистов, и на русских философов, нашли свое продолжение в философии персонализма и в русской религиозной философии.

Фома Аквинский

Средневековье заканчивается тогда, когда авторитет церкви начинает ставиться под сомнение. А сомнение это было вызвано развитием науки, на которую с надеждой обратила свой взгляд философия. В период примерно с 1660 по 1750 г. в Европе происходит промышленная революция. Новорожденные наука и техника были еще неразделимы как сиамские близнецы, изобретение первых машин тому подтверждение. Но рождающаяся промышленность нуждалась в научных разработках и прогнозах – отдельно, и в их техническом воплощении – отдельно. А философия? Она, естественно, стала интересоваться наукой. Западную философию XVII–XVIII вв. не случайно принято называть философией Нового времени. В этот период меняется сознание людей и мировоззрение в целом. Регулятивную функцию для нового времени начинает выполнять научное знание. Как следствие этого возникает стремление все выводить из разума и все строить в соответствии с доводами разума.

Не удивительно, что именно в это время была принципиально осмыслена важность опыта, значимость и необходимость наблюдений и экспериментов для обнаружения истины. Так, Френсис Бэкон высшей целью науки полагал господство человека над природой, а «господствовать над природой можно, только подчиняясь ее законам». Бэкон провозгласил ставший знаменитым девиз: «Знание – сила». Но это уже означало, что и философия должна носить практический характер. Она должна помочь в преодолении трудностей на пути познания, которые Бэкон образно назвал «призраками» и даже дал их типологию: 1) «призраки рода» (ошибки, вытекавшие из того, что человек судит о природе по аналогии с жизнью людей); 2) «призраки пещеры» (ошибки индивидуального характера, зависящие от воспитания, вкусов, привычек отдельных людей); 3) «призраки рынка» (привычки пользоваться в суждении о мире ходячими представлениями и мнениями без критического к ним отношения); 4) «призраки театра» (слепая вера в авторитеты). Прошло столько веков, а эти призраки так и живут среди нас!

Идеи Бэкона привели философов Томаса Гоббса и Джона Локка к созданию критического эмпиризма. Гоббс полагал, что все понятия порождены не в человеческом уме первоначально, а в органах ощущения. Но схема восприятия мира недостаточна для научного знания, если исходить только из знания фактов. Гоббс принимает за основу теоретического знания математику, истины которой он связывает с языком, словами-знаками, участвующими в обмене мыслями по поводу непосредственного чувственного опыта. Он прибегает анализу, чтобы выявить в эмпирическом опыте общее.

А вот Джон Локк полагал, что все наши знания мы черпаем из опыта, ощущений. Он стал родоначальником сенсуализма – воззрения, выводящего все содержание знаний из деятельности органов чувств и сводящего его к сумме элементов чувственного. Нет ничего в уме, чего раньше не было в ощущении, – основной тезис Локка.

Но наука – это не только и не столько опыт. Это живая работа разума в первую очередь. Ведь в данных опыта, получаемых нами при помощи несовершенных органов чувств, могут быть (и часто бывают) ошибки. И если рассуждать логически, то сомнению можно подвергнуть любые (все!) данные органов чувств. Сомнений не может быть только в одном, в том, что мы думаем об этом, что мы вообще мыслим, ведь само сомнение – о, Cogito ergo sum).

Такой вывод сделал Рене Декарт – изящный талантливый француз, блестящий математик, разработавший метод дедукции и подаривший идею психо которую потом разрабатывали многие филосо идеального. Учение Декарта – это дуализм, который далеко не всем нравился. Но оно ценно еще и тем, что вызвало критику, оформившуюся в новые прогрессивные концепции. Так, не был согласен с Декартом голландец Спиноза и предложил принцип монизма (все многообразие мира объясняется с помощью единой субстанции). Интересно, что монизм Спинозы имеет пантеистический характер: Бог отождествляется с природой, а материя вообще вся способна мыслить. А человек способен видеть за индивидуальностью вещей универсальный элемент, идти от модуса к субстанции. Это делает его свободным, потому что «свобода есть осознанная необходимость», как писал Спиноза.

Рене Декарт

Были у Декарта и другие критики. Так, немецкий философ Готфрид Вильгельм Лейбниц считал, что мир состоит из мельчайших элементов – монад, духовных атомов бытия, обладающих активностью и самостоятельностью, находящихся в непрерывном изменении и способных к страданию, восприятию и сознанию. Мир монад строго иерархичен. Они располагаются от низших к высшим и венчающей их все – Богу. Применительно к проблеме отношения души и тела монадология Лейбница оказывается способом сохранить независимость души и тела и в то же время объяснить несомненный факт их согласованности.