Чтение онлайн

Могила Фулька III Нерра. Гравюра

Генрих Анжуйский Плантагенет

Младший сын Вильгельма Завоевателя Генрих I правил Англией с 1100 г. Его единственный наследник погиб. Наиболее вероятным претендентом на престол считался племянник короля, самый красивый мужчина в Европе – Стефан. Но сам Генрих рассчитывал на то, что его дочь Матильда, вдова императора Священной Римской империи, родит наследника. Матильда, правда, замуж не стремилась, поскольку испытывала сильные чувства к рыцарю Стефану. Тем временем король подыскал для нее четырнадцатилетнего жениха – Готфрида V Красивого графа Анжуйского. Немного посопротивлявшись воле отца, Матильда отправилась на континент и вышла замуж. Готфрид был красивым юношей и внимательно следил за своей внешностью. В графстве росло много дрока – кустарника, зеленые побеги которого весной покрываются ярко-желтыми цветами. Молодой герцог любил украшать свой шлем этими цветами. Анжуйцы называли дрок «планта гениста» (лат. planta genista), и графа прозвали Плантагенетом.

Генрих Анжуйский Плантагенет в детстве

Граф и графиня прожили вместе 5 лет, а детей все не было. Матильде исполнилось 30, и она поехала в Лондон проведать отца. Сначала Матильда не спешила домой, большую часть времени проводя в обществе Стефана, но вдруг неожиданно стала скучать по мужу и стремительно отбыла в Анже. Через несколько месяцев родился мальчик, которого в честь деда назвали Генрихом. Спустя 2 года старый король умер, но власть Генриху-младшему не досталась. Трон захватил Стефан. Королем он оказался бездарным и за 18 лет сумел восстановить против себя и знать, и народ.

Когда Генриху исполнилось 20, он решил высадиться на остров и вернуть трон силой. Англичане встретили молодого короля с радостью, но Стефану удалось подготовить Лондон к обороне. В январе войска заняли берега Темзы. Сила бьша на стороне Генриха. Но вдруг непримиримые враги заключили соглашение, по которому Генрих возвратился во Францию и дал Стефану спокойно умереть, а тот завещал престол не своему сыну, а Генриху. Так миром завершился конфликт, длившийся почти 20 лет.

Стефан прожил еще год, а Генрих в ожидании английского трона женился на самой богатой невесте Европы Альеноре Аквитанской.

Конец Генриха Плантагенета

Последние годы царствования английского короля Генриха II Плантагенета бьши для него сплошным рядом неприятностей. Молодой интриган на французском престоле, король Филипп Август, смог найти слабое место в семье Плантагенетов и умело его растравлял. Сын короля Генриха Ричард, которого затем назовут Ричардом Львиное Сердце, торопился прибрать к рукам отцовское наследство во Франции, и Филипп Август взялся ему в этом помочь. Июнь и июль 1189 г. молодые государи гонялись за старым по городам и замкам долины Луары. Судьбе было угодно, чтобы король Генрих провел последние недели своей жизни в домене своего отца Жоффруа Плантагенета. Вопреки советам друзей укрыться в Нормандии, Генрих II оставался в городе Ле-Мане, где он родился и где бьша могила Жоффруа. 12 июня Филипп Август и Ричард появились у стен города. Генрих попытался отбросить врага. Его люди подожгли пригород, но пламя перекинулось за городскую стену, и королю Генриху пришлось бежать из Ле-Мана. По словам хрониста, Филипп и Ричард, войдя в город, «съели обед старого короля» и преследовали его дальше. В стычке за городом под Ричардом был убит конь, что задержало преследователей и позволило Генриху оторваться от погони. Почти без отдыха, уже полубольной, он доскакал до Френе, откуда двинулся на Анжер и Шинон. Вскоре, однако, значительная часть городов и замков долины Луары оказалась в руках его мятежного сына. Когда враги осаждали Тур, король Генрих был в Сомюре почти без защиты и без сил к дальнейшему сопротивлению. Он попытался вступить в переговоры, суля уступки, но разгоряченные юноши Филипп и Ричард требовали от измученного и больного старика сдаться на милость победителей. После того, как Тур был взят приступом, Генрих II согласился на предложенное ему свидание у Азе. Однако в назначенное время он почувствовал себя так плохо, что не смог прибыть к месту встречи. «Ричард, – пишет хронист, – не жалел его и не верил в то, что отцовская болезнь – не притворство». Когда свидание, наконец, состоялось, полуживой Генрих принял продиктованные ему условия мира. После этого его перевезли в Шинон, где 6 июля 1189 г. Генрих Плантагенет скончался, покинутый всеми, кроме двух-трех друзей. Они не смогли оградить его комнату от разграбления, так что труп короля остался почти голым – в одних штанах и рубашке. Верный слуга накрыл его своим плащом. Короля перенесли для погребения в монастырь Фонтевро. Тысячи нищих толпились вокруг, ожидая щедрой милостыни, но ушли с пустыми руками, потому что денег на это не было.

Генрих Анжуйский Плантагенет

Архитектура

Само понятие замка изначально включало в себя идею средневековой крепости. Первый период массового строительства французских замков приходится на период около 1000 г. – время резкого ослабления государственной власти и наступающего феодализма. Если современное государство берет на себя заботу о безопасности граждан и присваивает себе монопольное право использовать силу, в средневековой Франции человеку зачастую приходилось защищать себя самостоятельно и самому мстить за свои обиды. То, что могущественный человек в средние века делает из своего жилища настоящую крепость, было не модным поветрием, а требованием жизни и времени.

Если не брать в расчет немногочисленные княжеские крепости, типичным замком средних веков первоначально служило деревоземляное укрепление. Вокруг пространства будущего строительства выкапывали широкий и глубокий ров, а из вынутой земли насыпали искусственный холм, который укрепляли частоколом. Над ним возвышалась большая башня – донжон. Донжон служил жилищем сеньора и был самьм сильным и последним пунктом обороны. В таком укреплении можно было отбиться от небольшого отряда. Каменное строительство начиналось с донжона. Постепенно замки превращались в более сложные фортификационные сооружения. Ров заполнялся водой, через который перебрасывался подъемный мост. В XIII в. были изобретены вынесенные за ров предмостные укрепления – барбаканы. Тогда же распространяются выдающиеся вперед каменные амбразуры – машикули (до того идущие по верху стены галереи делали деревянными). Все эти фортификационные новинки требовали огромных средств, которых многим сеньорам катастрофически недоставало. Современные исследователи крепостной архитектуры средневековой Франции нередко приходят к удивительному открытию. По выражению одного историка, большая часть замков служит «театрализации пейзажа» и «скорее иллюстрирует замковое пространство, нежели действительно защищает его». Их грозный вид бывает обманчив. Многие внушительные средневековые замки толщиной стен напоминают величественные декорации, а расположение бойниц таково, что они лишены сколько-нибудь продуманной и эффективной зоны обстрела, словно их никто всерьез не собирался оборонять. В случае нашествия вражеской армии хозяева замков предпочитали укрыться за надежными стенами ближайшего города. Настоящего военного значения подавляющая часть средневековых замков явно не имело. Скорее это были жилища, стилизованные под крепости.

Амбуаз

В особенности это стало очевидно после изобретения и усовершенствования артиллерии, сметавшей старинные замки, точно карточные домики. К тому же итальянские войны в конце XV в. отрыли глаза многим французским сеньорам на итальянский комфорт и гуманистическую культуру. Возвращаясь домой, они приходили в ужас от печального вида своих дедовских замков. Пробивая окна, французские сеньоры пускали свет в мрачные залы. Башни и рвы заменялись террасами и садами. Комнаты наполнились вывезенными из Италии произведениями искусства, а французские дамы, забросив молитвенники, усаживались читать Вергилия и Платона. Если в средние века социальный статус символически обозначали для окружающих мрачные башни и хмурые арбалетчики, то в эпоху Ренессанса роль таких же символов стали играть дорогостоящий комфорт и жизнерадостность, понимание искусства и утонченное гуманистическое образование. Слава замков Луары восходит к этому времени и к этому жизненному настроению. Но другой ее причиной стало двухвековое пребывание в долине Луары французских королей, их родственников, их возлюбленных. Столетняя война и военные успехи противника в один прекрасный день 29 мая 1417 г. заставили французского дофина, ставшего затем королем Карлом VII, укрыться за стенами Буржа. Впоследствии его преемники охотно строили на берегах Луары свои резиденции и подолгу жили в них. И только в XVII и XVIII вв. французские короли стали отдавать решительное предпочтение своим дворцам в окрестностях Парижа. Тогда восходит звезда Фонтенбло, а затем Версаля. Замки Луары в основном остаются памятником блестящей культуры французского Возрождения и двух наполненных запоминающимися событиями веков истории Франции между Столетней войной и окончанием кровавых Религиозных войн.

Вилландри

Шамбор

Вина Луары

Долина Луары – третий по значению винодельческий район Франции. Здешние виноградники со времен Средневековья специализируются на так называемых «летних винах» – белых и розовых, очень легких, фруктовых, полусухих, игристых. Они пьются молодыми и доступны по цене, отчего приобрели репутацию «женских» вин.

Основная часть винного производства сосредоточена в четырех областях: в Центре долины Луары, в Турени, в окрестностях Анжу и Сомюра, в окрестностях Нанта.

Центр

Местные хозяйства, преимущественно семейные, ежегодно производят около 100 тыс. гектолитров белых и 20 тыс. гектолитров красных и розовых вин. Проселочные дороги в Сансере вьются между виноградниками и взбираются на невысокие холмы, пролегая по самым разным типам почв, которые определяют неповторимость здешних вин. Многообразие вин, которое производится здесь из винограда сорта «Совиньон», поразительно: на известковых почвах виноградники дают изысканные, изящные вина с ароматом черной смородины, благодаря «белым землям» получаются вина с запахом нарцисса, у продукции кремнистых почв и буроземов с примесью глины преобладают оттенки акации и дрока. Свежее, насыщенное фруктовыми ароматами белое вино «Сансер» – одно из лучших во Франции. Но настоящая гордость центральной части долины Луары – это белое «Пуйи-Фюмэ». Его также делают из винограда сорта «Совиньон», растущего на сланцевых почвах. Благодаря этой особенности присущий «Совиньону» аромат приобретают особую тонкость.

Вина Луары

Турень

В наименованиях вин Турени часто сочетаются названия этой исторической провинции и феодальных замков, которые возвышаются по берегам реки. По легенде, Святой Мартин, проповедовавший в Галлии, часто бывал у монахов-виноделов из аббатства Мармутье, основанного им в 372 г. Однажды его осел принялся объедать лозы. Когда пришло время сбора урожая, оказалось, что виноград на объеденных лозах лучше, чем там, где побеги остались нетронутыми. Так монахи Мармутье открыли преимущества подрезки винограда, которая с тех пор стала применяться повсеместно.

Вина Луары

Вина Луары

Почва в винодельческих районах Турени – белый песчаник. В бывших каменоломнях, откуда раньше извлекали камень для строительства замков, плотин и насыпей, теперь разместились винные подвалы. Постоянная температура в некоторых из них – 11 °C, что способствует выдержке вина.

В Турени производятся белые вина из сорта «Шенен блан». Это сухие, полусухие, бархатистые или игристые вина. Сорт «Каберне Фран» придает красным винам ароматы фиалки и малины. Эти вина достигают высшего качества при выдержке 3–5 лет. Здесь же производятся сухие и изящные «Розе де Луар» и «Креман де ля Луар» очень высокого качества.