Чтение онлайн

– Господин Орас, есть ли какая-нибудь надежда? – удрученно спросил Ионафан, провожая доктора до мраморной лестницы, покрытой ковром.

– Трудно сказать, – мрачно сказал Орас, – он может протянуть еще долго, а может умереть сегодня вечером. Его губит какая-то неизвестная мне болезнь. Хорошо бы его как-нибудь развлечь, развеселить, уж очень он подавлен, мрачен.

– Ах, сударь, это нелегко, – вздохнул верный слуга.

– Вели никого не принимать, – сказал Рафаэль Ионафану, – даже мою жену, маркизу де Валантен.

Несколько дней он пил лекарство, приготовленное доктором Орасом, и целый день лежал, погруженный в искусственный сон. Он вставал только для того, чтобы утолить голод. Однажды он проснулся несколько позже обыкновенного, но обед был еще не подан.

– Я голоден, негодяй, – сердито набросился он на Ионафана. – Я выгоню тебя! Где мой обед?

Ионафан, незаметно улыбаясь, повел его по темным покоям и вдруг распахнул высокую дверь. В глаза Рафаэля ударил ослепительный свет. Это был его парадный зал, озаренный бесчисленными свечами. Стол сверкал золотом и хрусталем, редчайшие цветы источали тонкие ароматы. Лакеи подавали драгоценные блюда с изысканной едой.

За столом сидели его друзья: Эмиль и Длинный Жак, окруженные обворожительными женщинами с обнаженными плечами. Восторженный крик встретил Рафаэля. Несчастный остановился в дверях, больше похожий на мертвеца, поднявшегося из могилы.

За столом воцарилось смятенное молчание.

Рафаэль дико вскрикнул, захлопнул дверь и ударил старого слугу по лицу:

– Негодяй! Ты решил убить меня?

Он с трудом дошел до спальни, принял двойную дозу снотворного и лег. Его разбудил чей-то нежный серебристый голосок. При свете лампы он увидел Полину. Она склонилась над ним, покрывая поцелуями его лицо.

– Мой ангел, любимый, наконец-то я нашла тебя. Я не знала, что ты вернулся. Мы больше не расстанемся, – шептала она, прижимаясь к нему.

– Оставь меня, уйди, – глухо проговорил Рафаэль, – если ты останешься, я умру.

– Умрешь? – вскрикнула она. – Но я умру тоже. Я не смогу жить без тебя. Но зачем нам умирать? Мы будем жить, мы будем счастливы.

Рафаэль раскрыл сжатую руку и показал ей жалкий лоскуток шагреневой кожи, маленький, как лист брусники.

– Смотри! Это талисман. Он исполняет все мои желания и сокращает мою жизнь, – в отчаянии воскликнул он.

Рафаэль смотрел на Полину, внезапно его охватили воспоминания о ее ласках. Он сжал ее в объятиях, порвал ее платье, покрыл жаркими поцелуями ее плечи и грудь.

Полина отняла у него шагреневую кожу. С ужасом она смотрела, как талисман, щекоча ей руку, сжимается с каждым мгновением.

– Ты ему неподвластна, сокровище мое, – простонал он, выхватывая у нее талисман, – ты меня полюбила до того, как я взял эту проклятую шагрень. А я…

Полина вырвалась из его рук, бросилась в соседнюю комнату и заперла за собой дверь.

– Если я умру, – воскликнула она, – мой любимый будет жив!

Она накинула себе на шею длинный скользкий шарф и постаралась задушить себя, затянув петлю.

– Полина! – закричал Рафаэль. Из последних сил он выломал дверь и увидел, что его любимая лежит на подушках. Страсть охватила его. Как хищная птица он бросился к ней, прижал к себе. Он хотел что-то сказать ей, но только сдавленный хрип вырвался у него из груди. Его дыхание замирало, но холодеющие руки еще судорожно сжимали ее. – Полина… – умирая, прошептал он.

Услыхав шум падения, звон разбившейся лампы, Ионафан и слуги вбежали в комнату. Они разжали его объятия и освободили Полину.

– Зачем? – прошептала она. – Мы с ним неразлучны. Я могу жить только для того, чтобы помнить о нем…

Когда верный Ионафан раскрыл его конвульсивно сжатые пальцы, рука Рафаэля была пуста. Талисман исчез. Лишь голая белая ладонь, с которой стерлись даже линии судьбы.

СОКРОВИЩА ГОСПОДИНА АРНЕ

По повести С. Лагерлёф

На ледяной дороге

риближался февраль. Широкий пролив возле Сульберги был все еще покрыт крепким и прочным льдом. Вдалеке можно было разглядеть крепко схваченные объятиями льда большие корабли и лодки. Они не могли выйти в открытое море.

По блестящей от снега дороге в наступающих сумерках ехал бедный торговец сухой и замороженной рыбой – старый Торарин. На возу с рыбой пристроился его верный друг, маленькая черная собачка по кличке Грим. Она обычно тихо лежала, положив голову на лапы, и, моргая глазами, слушала все, что ей говорил хозяин.

– Мы с тобой сильно озябли и проголодались, – похлопывая от холода руками, проговорил Торарин. – Так вот, скоро мы будем проезжать мимо усадьбы пастора в Сульберге, господина Арне. Завернем туда, и уж наверняка он нас накормит хорошим ужином.

Услыхав эти слова, собака внезапно вскочила и начала отчаянно выть. Лошадь шарахнулась в сторону. Торарин стал успокаивать собаку.

– Дорогой мой друг, – сказал он, – сколько раз мы заезжали к господину Арне, и ты всегда был доволен, всегда уходил от него сытый.

Однако ничто не могло успокоить собаку. Она, задрав морду к небу, не переставая, выла.

– Дорогой мой друг, что ты имеешь против господина Арне? Он самый богатый человек в округе. И всегда помогает тем, кто в беде и нуждается.

Но собака соскочила с саней и осталась на дороге.

Торарин проехал через темные ворота во двор пастора, удивленный, что собака не побежала вслед за ним.

В Сульберге

У пастора был большой дом. И когда Торарин вошел в дверь, за ужином сидел сам пастор, господин Арне, окруженный всеми домочадцами. Пастор был старый, седой, но еще сильный и статный человек. Рядом с ним сидела его жена. Она была похожа на королеву. Седые волосы красиво обрамляли ее гордое лицо. Но Торарин увидел, что руки и голова у нее дрожат и она очень бледна. Рядом с господином Арне сидел его помощник Олав. А дальше – слуги и служанки, тоже старые, сутулые, молчаливые, с моргающими и слезящимися глазами.