Чтение онлайн

Различались язычники по титулу, второму имени или городу, из которого приехали. Но всё равно неразбериха имелась страшная.

У коренных жителей Империи дело обстояло проще - имена времён дореволюционной России и обычные фамилии, только с добавкой: "из рода". Я, например, была Маргаритой из рода Иренских. Эту фамилию мне дали чисто номинально - недалеко от Шах-Ашен сгорело имение дворян Иренских, аккурат в тот момент, когда я появилась в Империи. Все, проживающие в имении, погибли, а меня посчитали чудом выжившей дочерью господ. Спорить я не стала - уж лучше иметь какие-то корни, чем ничего.

Хотя Вельмир всё равно мне не верил.

Ещё у язычников была особая татуировка-вязь на запястье, по которой, собственно, их отличали. Ну и учитывая славянское многобожие, каждый маг с рождения "приписывался" одному из богов. Я навскидку могла назвать самых известных, вроде Сварога, Велеса, Мары, Стрибога, Живы... и Перуна. Именно Перуну были посвящены язычники, жившие в Шах-Ашен триста лет назад.

Говорят, сейчас магией молний уже никто не владел, разве что отголосками былой силы.

Я всё хотела почитать про язычников, но времени не хватало. На церковную иерархию и вовсе махнула рукой. Видимо, мысль о книгах хорошенько забилась в мою голову, иначе как объяснить, что в полночь, после посиделок с девочками, я уверенно направилась в библиотеку.

Направилась-то уверенно, а вот дойти оказалось архисложной задачей. После пары бокалов местного пойла ноги заплетались. Кажется, бутылку Инес притащила из запасов её любимого деда. По вкусу - вино вином, а на деле... Что-то дед перегнал.

Ой, стеночка!

Голова оставалась ясной, но идти было тяжело. Я с трудом преодолела лестницу и повернула в коридор, к фамильной галерее императорской семьи. Прямо за галереей был вход в библиотеку. Только вот беда - это сколько меж портретов идти надо!..

Освещение в галерее было естественным, сквозь стеклянную крышу. Ночью здесь никто не гулял, но несколько подсвечников всё же горели. Правда, зажгли их не слуги.

Подчиняясь внезапному порыву, я спряталась за вазу в углу. Свечи располагались в самом центре галереи, поэтому тьма была мне на руку. Опустившись на колени, я прислушалась. Говорили двое, и не то, чтобы очень таились. Эх, если мне попались шпионы, то чересчур уж безалаберные.

Впрочем, через пару секунд я узнала обоих.

– Ну как, готов в смотринам?
– с иронией спросил механический голос. Несмотря на единую форму тайной стражи, я была готова поклясться, что это Вельмир.

– Ты именно о смотринах или о другом?
– от хрипловатого голоса предательски ёкнуло сердце. Император.

Раздался холодный смех.

– Дан, если ты не справишься с толпой барышень, то какой к навьей матери из тебя император?..

– Хреновый. Я не отрицаю, - устало вздохнул Данимир. Вау, какой у нас самокритичный монарх.
– Нет. Не готов. Я не знаю, что будет дальше... но не попробовать тоже не могу.

Я с интересом развесила уши. О чём они?..

– Это правильно, - хмыкнул Вельмир, - нужно рисковать. Иногда можно получить даже больше, чем ожидалось.

– Я заметил, - ядовито откликнулся император, - особенно по Коссе.

– Извини.

В галерее повисла тишина. Странный у них диалог. Косса? Смутно знакомое имя. Это не та ли Ольховская-Венская, которая продинамила Дана?

– Я просто завидую, Вель, - его величество с хрустом потянулся всем телом, - не обращай внимания. Меня заебало это языческое наследство. На всю Империю четыре подходящие девушки: две из них уже заняты, а две - несовершеннолетние. Хоть волком вой.

– Мы ищем, Дан. К тому же, ты можешь присмотреться к Мари.

Даже из своего угла я видела, как подобрался Данимир.

– Чтобы меня сожрала Александра?

Вельмир обошёл его величество и медленно приблизился к огромному портрету в центре галереи.

– Она уступит, если Мари будет согласна. А насколько я знаю, она не против заменить Коссу. По крайне мере, относится к этому спокойно. Яромир с отцом с детства вдалбливали ей про долг и тому прочее. Полагаю, она уже смирилась, но... не раньше, чем через год, Дан. Мари физически не готова. И потом, тебе нужно время, чтобы подготовить свою возможную жену к этой новости.

– ... И я не имею ни малейшего понятия, как это сделать, - закончил Дан, тоже разглядывая портрет: - Отец слишком рано умер.

– Ему оставался год или два. Он бы не протянул долго.

Даже с учётом механического голоса это прозвучало очень холодно. Дан усмехнулся.

– Ты до сих пор злишься на него? Забудь, Вель, он верил, что так лучше.

– Я не злюсь. Кстати, забыл сказать - у меня есть кое-какие подозрения насчёт Маргариты...

Услышав своё имя, я неудачно подалась вперёд. Неудачно - это навалившись на вазу, отчего та зашаталась. В тишине галереи её скрип был подобно взрыву бомбы.

Ой-ё!

Пока они не опомнились, я кошкой прыгнула за дверь. Выдохнула, оглянулась и пулей ринулась на лестницу. Несколько секунд форы у меня было. Хотя какая фора! Слаженный топот за спиной известил, что мужчины долго не думали. Я на ходу скинула туфли и юркнула в ближайший коридор. Так, первая дверь, вторая, третья... Надеюсь, Инес ещё не ушла спать! Я забарабанила что есть силы, тяжело дыша. Надо было бегать по утрам, а не в кровати валяться!

К счастью, Инес открыла почти сразу. Даже раньше, чем в коридоре кто-то показался. Я без слов толкнула подругу в комнату и аккуратно прикрыла дверь, стараясь ненароком не хлопнуть. Повернула ключ в замке и медленно так сползла на пол.

Пронесло?

– Ритка, к тебе белочка пришла?
– ехидно осведомилась Инес. Я только махнула рукой.

– Ага, сразу две белочки.

Фрейлина восхищённо цокнула языком:

– О-о-о, целых две! Умеешь же ты развлекаться, подруга. И что, белочки оказались слишком горячими?

– Очень!
– заверила её: - А если они поймут, что я подслушивала - моей пятой точке будет совсем жарко!

– Поняла, не дура, - мгновенно собралась Инес, - мы резались в карты и весь вечер пили самогон?..

– Инес!

– Прости, прости, дорогая, мы вкушали вино и обсуждали рукоделие, - исправилась подруга. Я поглядела на неё с немым уважением. Может ведь, когда постарается!

Но вопреки ожиданиям, нас никто не побеспокоил. Ни через десять минут, ни через час. В конце концов, я плюнула и отправилась спать в свои покои. Раздевалась уже полусне, даже про ночнушку не вспомнила - так и упала на кровать в одном белье.

Тем более, что сны были подходящими.

Пёрышко. Пушистое.