Чтение онлайн

— Дай я пожму твою руку, братан!

Я протянул руку, и Антонина крепко ухватилась за неё и даже несколько раз энергично потрясла – видимо, так пытаясь выразить всю глубину своей признательности.

— Да ничего особенного, — отмахнулся я. — Рад, что смог помочь!

— Ты не просто помог! Ты меня, можно сказать, спас! Творческий кризис как рукой сняло! Теперь у меня в голове столько мыслей, столько идей! Я уже прямо вижу некоторые сцены, как будто они происходят наяву. И все герои – мы с ними уже самые близкие люди! Каждого знаю, как родного. Уверена, теперь я напишу потрясающий роман, эпическую историю! Круче, чем у Толкиена!

— Тут всё просто, — ответил я. — Просто есть разные типы писателей. Есть те, кто придумывают безумную идею "а что, если", и эта захватывающая идея ведёт их через всю книгу. Есть писатели, которые, как я, могут выдать миллион интересных идей и даже как-то связать их. А есть писатели, которые умеют именно хорошо писать текст. Они банальный поход в магазин так опишут, что не оторвёшься, пока не дочитаешь до конца.

Я улыбнулся:

— Так что хорошо, когда книгу пишут несколько человек. Мне будет интересно почитать, что у тебя получится.

— Да! Да! Обязательно прочитаешь! Знаешь, я даже хочу включить тебя в соавторы! Будет твоя фамилия на обложке! На первом месте причём! Сначала твоя фамилия, а уже потом – моя! — торжественно заявила Антонина.

— Так и быть. Я – Краснов. Хотя нет! Давай не так! Пусть лучше будет творческий псевдоним: Дмитрий Арканов! — выразительно продекламировал я. — Звучит?

— Ещё как! Решено! Будешь Аркановым! О! У меня и фамилия похожая! Будет здорово смотреться рядом! — Антонина удовлетворённо и мечтательно прикрыла глаза, уже, должно быть, представляя себе яркую суперобложку и наши имена рядом.

Внезапно её фигуру окутало сияние, яркое, золотисто-жёлтое. Очертания её тела начали размываться, словно она таяла в этом обволакивающем свете. А потом её тело, будто распадаясь на отдельные тонкие лучи, стало медленно подниматься вверх, совершенно беспрепятственно проходя сквозь потолок. Это происходило не одновременно: одни столбики золотистого света поднимались быстрее, другие – медленнее, но постепенно все они исчезли.

Я, открыв рот от изумления, наблюдал за этим невероятным зрелищем, не в силах вымолвить ни слова. Сердце колотилось где-то в горле.

«Кажется, что-то подобное я видел в кино. Когда неупокоенный дух обретает то, чего был лишён при жизни. Если сбывается его самое заветное желание, которое и не позволяло ему окончательно покинуть мир живых, он уходит с похожими спецэффектами. Неужели это произошло и с Антониной?»

«Она, получается, была духом? Привидением? Но мы же обменялись рукопожатием – я всё прекрасно чувствовал. Может, она и не совсем обычная девчонка, но и привидением точно не была!»

Я выскочил из домика и, запрокинув голову, попытался найти в небе эти лучи света, но на меня с безоблачной синевы лишь привычно светило ослепительное солнце.

— Вот те на... — пробормотал я, совершенно сбитый с толку, и медленно вернулся в домик.

Добравшись до своей кровати, я вдруг остановился как вкопанный, поражённый внезапной догадкой: а что, если это было не "вознесение", а телепортация? Может, Антонина сейчас сидит у себя в домике и хихикает, представляя, какое ошеломляющее впечатление произвёл на меня её необычный "уход"?

Я пулей вылетел обратно в жаркий полдень и, быстро добравшись до домика Антонины, забарабанил в дверь.

— Войдите! — раздался девичий голос.

«Ага, значит, моя догадка верна!»

Я рванул дверь на себя и заскочил внутрь, но вместо Антонины увидел её тихую соседку.

«Хм, вот как...» — я на мгновение растерялся.

— Слушай, а ты не видела Антонину? — всё же решил спросить я.

«Они же сюда прибыли вместе. Может, эта девушка тоже какое-то волшебное существо, и она мне расскажет, что я сейчас видел».

— Антонину? — девушка непонимающе посмотрела на меня.

— Ну да, соседку твою!

— Какая соседка? Я тут одна живу! — она чуть нахмурилась, словно пытаясь понять, шучу я или говорю серьёзно.

Теперь уже я с изумлением уставился на собеседницу:

— Ну, погоди! Вы же приехали два дня назад вместе. Антонина и ты. Выселили меня из этого домика, потому что вас было двое. Иначе тебя поселили бы к вожатой, а я тут так бы и жил.

— Ты что-то путаешь! Я как приехала одна, так и живу тут одна. Никого тут больше не было и нет! Кто это вообще такая — Антонина?! Я никого с таким именем не знаю! – в её голосе звучало искреннее недоумение.

«Не, ну не похоже, что она мне врёт, глядя прямо в глаза».

«Может, это я сошёл с ума? И Антонина — плод моего больного воображения? Да нет же, повариха откручивала ей ухо, вожатая силой затаскивала в домик, а потом и вовсе обливала водой». Воспоминания были слишком яркими, чтобы быть выдумкой.

«Так, ну ладно, если я не сошёл с ума, то, может, эта бедняга не в себе и не может адекватно воспринять реальность?»

— Понятно... — пробормотал я и поспешил на улицу.

Вернувшись к себе в домик, я обнаружил там вожатую, лежащую на кровати. Она прикрыла глаза панамкой и на звук открывшейся двери никак не отреагировала.

— Ольга Дмитриевна! — позвал я.

Вожатая неторопливо приподняла панамку, не спеша, впрочем, откладывать её в сторону.

— Чего тебе? — вяло произнесла она. Вид её всё ещё вызывал сочувствие.

— Вы Антонину случайно не видели?

— Антонину? Это кто-то из другого отряда? Не слышала о такой. — С этими словами она снова водрузила панамку на глаза, явно не желая продолжать разговор.

— Почему из другого? Из нашего. Она и её соседка приехали ещё позже меня. Поэтому вы меня выселили из моего домика, и я переехал к вам.

— Семён, ну что за фантазии? И так голова раскалывается, ещё ты тут со своими выдумками, — уже громче отреагировала вожатая, в её голосе явно сквозило недовольство.

— Нет, ну скажите нормально — вы правда не помните Антонину?

Вожатая села на кровати:

— Семён, вот что ты до меня докопался? Может, и была Антонина, в прошлой смене или в позапрошлой. Может, она есть в другом отряде, я всех ребят не помню по именам, вас слишком много. Тебе надо — ты и ищи её. Дай полежать спокойно, в конце концов. У меня не так уж много времени для этого. А ты тут привязался, как назло.