Чтение онлайн

— Вот мы, например, с Алисой, вместо того чтобы судить да рядить, пошли и спросили всё у Анны. Она оказалась хорошей девушкой и рассказала всю правду. Даже Алиса ей поверила. И все вопросы к тебе отпали. Мы смогли больше времени посвятить репетиции, — продолжила Мику.

— Поэтому на будущее давай договоримся, что будем откровенны друг с другом и будем обо всём сразу рассказывать и ничего не скрывать. Всегда же можно поговорить и всё решить, правильно? — спросила она.

Я кивнул.

— Хотя мой папа говорит, что настоящие мужчины почти не разговаривают, поэтому, чтобы разговориться, мужчины и пьют алкоголь. В состоянии изменённого сознания только и могут болтать, то есть. Но, может быть, у тебя получится говорить и не пить, всё же алкоголь — это сильный наркотик! Я даже не знаю тогда, что лучше — не пить и молчать или общаться со мной и пить, — задумчиво добавила она.

— Я постараюсь. Сейчас же мне удаётся как-то изъясняться! — вставил я и сделал лицо менее серьёзным.

— Точно! Точно! Я так рада, что ты хотя бы немножко стал более разговорчив, чем раньше! — воскликнула Мику.

— С кем поведёшься... — я махнул рукой.

— Вот, с этим тогда разобрались. И второе, я про чувства хотела рассказать, только не перебивай. Я и сама собьюсь, о таком всё-таки сложно говорить, — попросила она, грустнея.

— Я как-то представила, а что бы я чувствовала, если бы ты любил Алису, ой... то есть я подумала, что бы я чувствовала, если бы ты любил другую девушку и она любила тебя, а у меня тоже были бы чувства к тебе, но о них никто не знал. Или знал, но ты бы их отверг, например. Неразделённые чувства, получается. Я начала представлять, как бы я себя ощущала и что делала. И мне стало так грустно, даже плакать захотелось. Правда говорят, что время лечит и всё проходит, но зачем ждать и лечить, если есть выход гораздо проще? Эта ситуация легко разрешится и все будут чувствовать себя прекрасно, если бы ты мог любить нас обеих. Ну или не любить, а просто принять, — объяснила она.

— Вообще же очень редко такое случается, что один человек любит другого и это взаимно. Гораздо чаще бывает так, что один любит, а другой только соглашается быть рядом, по тем или иным причинам. Нам, наверное, повезло, что у нас так удачно сложилось, но надо же думать и о других... В смысле, я хотела сказать, что если кто-то ещё признается тебе в чувствах и эти чувства будут сильны и идти от самого сердца, то, пожалуйста, не отталкивай... как минимум, хорошенько подумай... и прислушайся к своим ощущениям, что говорит сердце или душа. Ладно? — попросила Мику.

— Хорошо, — согласился я, хотя смысл всей этой длинной тирады ещё не до конца сложился в голове.

— Я рада... И ещё, я вот смотрю на тебя... а ты такой хороший... то есть с обожанием... и думаю, что непременно кто-то ещё будет смотреть на тебя так же и думать, как я. И если ты вызываешь во мне такие чувства... я так счастлива с тобой рядом... то если кто-то будет столь же счастлив — это же чудесно, правда? — Мику заглянула мне в глаза.

— И тогда получается, мы можем быть все счастливы или принести слёзы, разочарование и печаль тому другому, оттолкнув его. И на одной чаше весов это, а на другой просто принять чувства человека. Ты примешь, и я, и все будут счастливы. Вот я как подумала. Надеюсь, я смогла объяснить понятно свои мысли, — заключила Мику.

Она совсем разволновалась, и конец этой великолепной речи получился несколько скомканным.

— Да, я понял тебя... наверное, — я почесал нос.

«Как минимум, в этом есть какой-то смысл и рациональное зерно, надо подумать на досуге, переварить так сказать...»

— Это всё, что я хотела сказать, спасибо, что выслушал. Ну, пойдём тогда? Девочки нас уже заждались, поди, — предложила Мику.

— Да, пойдём, — легко согласился я, радуясь возможности закончить эту сложную и деликатную тему.

Всё время, пока мы шли от домика Мику по направлению к музклубу, моя спутница сосредоточенно молчала. Я тоже пребывал в раздумьях.

— Ещё кое-что забыла сказать. Важная деталь! — Мику нахмурилась.

— Да? — удивился я.

— Это всё не относится к моей сестре! Никогда-никогда не сближайся с ней, если не хочешь сделать плохо себе и мне! Обещаешь?

— Обещаю, — серьёзно ответил я, поняв по выражению её лица, что с этим шутить не стоит.

— Я упоминала, что любовь должна быть искренней и сердечной, надеюсь, ты обратил на это внимание и запомнил! Не всегда и не у всех она такая! Это может быть что угодно похожее! Или совсем не похожее, а вообще притворство, например, — продолжила она. — Надо быть очень внимательным и верно отличать одно от другого! Иначе можно всё-всё испортить и разрушить, и сделать очень больно. Вот. Необходимое и тоже важное дополнение!

— Теперь точно всё! — Мику кивнула и облегчённо выдохнула, словно после хорошо и качественно сделанной работы.

— Да... уж... — поражённо просипел я.

Мы увлеченно репетировали в музыкальном клубе.

Казалось, былые ссоры и разногласия забылись, и мы представляли собой вновь компанию самых близких друзей, объединённых общей целью — хорошо выступить на концерте, порадовав окружающих и самих себя отличным исполнением выбранных песен.

«И повеселиться. Само собой. Как в процессе подготовки, так и непосредственно на мероприятии», — подумал я.

«Должно быть, это оставит после себя незабываемые впечатления. Если оно закончится успехом, конечно. Даже уже как-то нервничать начинаю. Что, если я, несмотря на свои внезапно прорезавшиеся музыкальные таланты, налажаю и пущу труды всего коллектива насмарку?»

«Вот уж тогда точно впечатления на всю жизнь обеспечены. Буду чувствовать себя последним неудачником до конца своих дней. Нет, Мику, наверное, будет любить меня и тогда, но это не очень-то поможет мне чувствовать себя полноценным».

Я представил, как Алиса и Ульяна будут сочувственно смотреть на нашу ущербную пару и думать про себя: «Бедняжка Мику, всё ещё с этим убожеством, надо ж быть такой преданной, другая на её месте давно бы нашла себе кого получше».

Я сбился с ритма, и мгновенно стройная мелодия распалась на звучание отдельных инструментов.

Девушки прекратили играть и скрестили на мне негодующие взгляды.

— Знаю, знаю. Простите, я задумался и отвлёкся. Обещаю лучше соответствовать отведённой мне роли басиста в дальнейшем и избавиться от этой пагубной привычки — думать, — попытался оправдаться я.