Чтение онлайн

— Балда! — фыркнул я.

Девушки приблизились и протянули ношу мне.

— Ну вот, Семёныч, теперь тебе предстоит быть насильником. С честью неси это бремя. Не сдавайся ни в коем случае, и тогда тебя ждет успех и награда! Самая сладкая на этом свете! — торжественно объявила Ульяна.

— Носильщиком, ты хотела сказать, — поправил я её.

— Нет! И я не про арбуз говорила! — Ульяна показала язык и взбежала по ступеням. Её подруга покачала головой и зашла следом.

Щёлкнул замок.

«Видимо, Алиса решила, что я могу воспринять шутку Ульяны про подглядывание всерьёз», — подумал я.

— Ещё не всё потеряно, есть окно! — раздался голос из-за двери.

Ульяна не отклонялась от поставленной цели: оказывать всяческую помощь "этому непутёвому Семёну".

«И «привести его к успеху» — судя по всему», — отметил я про себя.

Зазвенели кольца по гардине, обозначая, что и этот вариант отсечён.

— Ну... так не интересно, — обиженно заключила Ульяна.

...

Моя возлюбленная появилась первой.

«Ого! Какие обтягивающие штанишки!» — подумал я, любуясь Мику.

— Ты в этой одежде кажешься ещё более изящной и воздушной, — смело поделился я своими впечатлениями.

— Спасибо! Приятно слышать! — Мику крутанулась на месте, демонстрируя воздушность и очаровательно улыбнулась.

— И ты красивый. Даже без всякой одежды! — сделала она ответный комплимент, но тут же замерла, осознав, что сказала что-то не то. Вспыхнув, она принялась пояснять: — То есть, я хотела сказать, что ты красив и так, без смены одежды, в одном и том же... в форме даже!

Из-за двери показалась голова Алисы:

— Семён без одежды? Опять?!

Убедившись, что нормы приличия соблюдены, переспросила:

— Ты уже видела его голым?! Это когда? Я чего-то не знаю?

Следом в проёме появилась и голова Ульяны, расширив щель:

— Где, где голый Семён? Я хочу это видеть!

— Товарищ Двачевская, успокойтесь. Поводов так возбуждаться нет. Особенно если учесть, что без одежды здесь только вы... насколько я могу видеть, — официальным тоном заявил я, став невольным наблюдателем внезапного явления рыжих.

Дверь захлопнулась.

— Молодец, Семёныч! Мозг! Какой коварный план придумал чтоб увидеть Алиску без одежды! Даже Мику заставил подыграть! — послышался голос Ульяны.

— Ну что вы такое говорите, никто меня ничего не заставлял, я сама... То есть, оно само... вообще, это просто недоразумение и недопонимание. Всё из-за того, что я сначала говорю, а потом думаю. Я виновата, а Семён не при чём! И вообще, он не такой, как вы о нём думаете. И говорите! — горячо защищала меня Мику.

— Он очень правильный, приличный, скромный и даже застенчивый молодой человек! А если с ним и происходит всякое разное, то это просто стечение обстоятельств, несчастный случай, можно сказать. Злой рок. Со мной такое же происходит постоянно. Всякие неприятности. И я ничего с этим поделать не могу, так же и Семён! — продолжала она.

— Да, да. Только в его случае это не неприятности, а наоборот — приятности. Абсолютно случайные. Верим, верим, — пробурчала Алиса из домика и затихла.

Я тяжело вздохнул.

«Эх, жизнь моя — жестянка!»

...

— А ты чего не переоделся? Договаривались же! — показавшись на крыльце, Алиса первым делом набросилась на меня с критикой.

— У меня нет другой одежды. Переодеться мне не во что. А чем тебе форма не угодила? — ответил я, вставая со ступенек и освобождая проход.

— Совсем тупой? Форма намокнет от купальника и по ней будет понятно, что мы купались. А поскольку на пляже нас никто не видел, значит что? — спросила она.

— Что? — недоумённо переспросил я.

— Значит, мы купались где-то в неположенном месте и без присмотра взрослых! Мог бы и сам догадаться, ты же у нас считаешься умным! — возмутилась Алиса.

— Это уже в прошлом. Умным я был до того, как вы заставили меня стать басистом, — я обезоруживающе улыбнулся. Ну и что, узнают, что купались не там, подумаешь, — пожал я плечами.

— Ты не только был умным, но ещё и невинным, как агнец, а потому не знаешь, что за подобные проступки предусмотрено наказание. Вот запрут тебя в домике, и как мы репетировать будем? — воскликнула Алиса.

— А, так ты не обо мне беспокоишься, а о выступлении, — догадался я.

— Вот ещё... о тебе беспокоиться. Очень надо, — фыркнула она.

— Ладно, чтоб не подводить коллектив, я сниму плавки перед тем как пойдём обратно. Будет не заметно. Не переживай, — предложил я.

— Гадость какая, — прокомментировала Двачевская и, сморщив носик, проследовала мимо.

Мы шли к "запретной зоне" и продолжали разговор:

— А вы не так, что ли, делать будете? Намокнет не форма, а эта одежда, какая разница? Всё равно определят, — спросил я, пытаясь понять логику их действий.

— А в этой нас никто и не увидит! Мы быстро проскользнём в домик на обратном пути. Тут идти-то! — уверенно ответила Ульяна.

— И к чему такие сложности? — продолжал допытываться я.

— Девушки существа очень стеснительные. Стремящиеся к чистоте — внутренней и внешней. Нельзя переодеваться просто так где ни попадя, а вдруг кто-то увидит! — пояснила она. — Тогда уже о какой чистоте и непорочности можно говорить? Вроде как испортили, получается, взглянув на то, что видеть никто не должен из мужчин. Кроме одного единственного. Соображаешь?

— Только любимый может видеть, а остальным нельзя! Так понятно? — упростила Ульяна, заметив следы напряжённой мыслительной деятельности на моём лице.

— Ааа, — глубокомысленно протянул я, подтверждая.

— Поэтому Алиска напропалую светит перед тобой и не стесняется, — неожиданно закончила она.

— Дура! — возмутилась Алиса, пытаясь отвесить подруге подзатыльник, но та этого ожидала и легко увернулась.

— На твоём месте я бы была осторожнее с такими шуточками. Ночевать-то всё равно вместе будем, там особо не побегаешь, — пригрозила она.