Футбольный Дозор
Шрифт:
Кругом бугристый бетон и ни малейших признаков штукатурки или напольного настила. Видимо, помещения забросили, так и не успев достроить. Кое-где высоко на стенах видны ключья и скобы, к которым когда-то крепились кабели и трубы. Некоторые скобы, безжалостно выдранные из стен, валяются на полу. Пол влажный, и на нем видны извилистые следы протекавшего когда-то ручейка.
Антон старается ступать тихо, но каменная крошка скрипит под ногами, шаги гулким эхом скачут, многократно отражаясь от стен. В целом мизансцена очень напоминает кадры из фильмов Тарковского.
Минут через тридцать Антон, наконец, определяется с топологией обследуемого пространства. Им изучена пятидесятиметровая решетка, образованная пересечением шести коридоров - трех продольных и трех поперечных. Прохода в другие подземные постройки, а тем более в подземелья, ведущие под Волгой в Жигулевские горы, не наблюдается.
– Здесь пусто и нет выхода!
– мысленно жалуется Антон.
– Ищи! Должен быть лифт!
– доносится слабый телепатический ответ Симеоныча.
И Антон продолжает поиски. Еще через полчаса бесплодных шатаний в кромешной темноте Антону приходит на ум светлая мысль: надо проследить, куда ведут следы ручейка. А они ведут к малозаметной нише в стене одного из коридоров. Антон заглядывает в нишу и видит все те же неровные бетонные стены. Но лучи света, брошенные верх и вниз, растворяются в темноте. Наверху делать нечего, там явно располагаются технические помещения лифтового хозяйства. Значит, путь ведет вниз.
Антон тяжело вздыхает и пытается припомнить заклинания левитации.
* * *
В офисе Ночного Дозора, в комнатушке за спиной дежурного столпились Базиль, Ким Ли, Ксюша и Таисия Николаевна, в забывчивости стиснувшая в потном кулачке измятый билет.
Они следят не только за скитаниями Антона, но и за другими сотрудниками. Приходит телесообщение от некрасивой угрюмой оперативницы о том, что закрытый решетками вход в недостроенный и заброшенный "бункер Берии", располагающийся на Хлебной площади, недавно кем-то вскрыт, но этот факт замаскирован с использованием магии.
Базиль кусает губы.
* * *
Исследовав еще два этажа, отличающихся от "минус первого" только тем, что на стенах сохранились кабели, а в комнатах - остатки деревянной опалубки, использовавшейся для бетонирования, Антон по пустому лифтовому стволу спускается на самый нижний ярус и, пройдя через квадратный тамбур, по щиколотку заполненный водой, с трудом сдвигает ржавую металлическую дверь и неожиданно оказывается в гулкой пустоте. И сверху, и снизу, и со всех сторон журчит и булькает невидимая вода. Слабый лучик шахтерского фонарика вязнет во тьме. Антон, расставив руки, словно слепец, делает шаг... другой... третий... и чуть не падает через поперечный рельс.
– Симеоныч, узкоколейка!
– мысленно делится он своим открытием. Но ответа нет, слишком глубоко Антон под землей, над ним - метров тридцать камня и глины. Да и телесигнал, вероятно, не проходит, и там, в Дозоре, уже потеряли картинку.
* * *
Да, наверху картинку давно потеряли. В динамиках шум, на центральном телеэкране броуновское движение черных и белых точек.. Но на других голубеет небо, белеют здания, мчатся машины, снуют туда-сюда люди.
Некоторые экраны настроены на прием телепрограмм. Новости. Зеленое поле, разноцветные фигурки бегающих футболистов, белое пятнышко мяча. За кадром кто-то монотонно читает текст. Дежурный делает звук погромче:
– ... Заявил на пресс-конференции, что в сложившейся ситуации он слагает с себя обязанности тренера футбольного клуба "Крылья Советов"...
В глазах Ксюши слезы. Базиль хватает мобильник и, слушая гудки, матерится сквозь зубы. Наконец Симеоныч отвечает. Базиль практически кричит в трубку:
– Слон! Радио слушал? Сейчас такой поток негатива пойдет, все подземелье затопит, десятерых Тугаринов накормит! Отзывай Городецкого!!!
* * *
А Антон продолжает двигаться по огромному полузатопленному тоннелю, по пояс в пахнущей железом и сероводорородом ледяной воде. Идти в темноте, нащупывая ногами рельсы, практически невозможно, поэтому Антон перемещается, частично погрузившись в Сумрак. Тьма рассеивается, сменившись зеленоватой мглой. Становятся различимы вогнутые кирпичные стены, сходящиеся на шестиметровой высоте полукруглым сводом. Под магическим взглядом кирпич выглядит так, словно сделан из зеленоватого бутылочного стекла, и сквозь него видны огромные бетонные ребра, прижавшиеся к неровно отесанному камню и кольцами охватывающие тоннель. Сверху повсюду свисает какая-то длинная омерзительного вида борода - не то оборванные кабели, не то водоросли, не то паутина, не то щупальца дохлых осьминогов. Крупных трещин в потолке и стенах не видно, но во многих местах по сырой кирпичной кладке сочится вода. Иногда на пути попадаются ржавые корыта брошенных вагонеток, и Антон обходит их, практически касаясь плечом стены.
Сто метров... двести... триста... полкилометра. Может быть, тоннель ведет под Волгу? Антон пытается припомнить карту Самары, которую ему показывал Симеоныч. Нет, куда бы тоннель не вел, но Антон пока еще под городскими кварталами.
Антон вздрагивает от мимолетного скользкого прикосновения к бедру. Но нет, это не Великий Полоз, это всего лишь длинная, как ремешок от часов, пиявка. Вкус резины, которой обтянуто тело Антона, ее не прельщает, и она бесшумно исчезает.
Еще пара сотен метров. Звук текущей воды становится громче. В стенах видны широкие расселины, под ногами начинают попадаться отдельно лежащие кирпичи. А еще через несколько десятков шагов Антон видит перед собой беспорядочную груду кирпича и камня, перегородившую дорогу. Эта куча длинным языком вытянулась вдоль тоннеля, но далее она расширяется, поднимается выше, заполняет собой все пространство, и, посветив в этом направлении, Антон видит, что тоннель окончился, потому что впереди - завал. Рельсы уходят куда-то под камень. Антон пытается сквозь Сумрак прощупать длину завала... тщетно. Видимо, своды обрушены на протяжении многих десятков метров.
Пробормотав короткое ругательство, Антон поворачивает обратно.
* * *
Базиль, стоя посреди своего кабинета, консультируется по телефону с Симеонычем:
– Может, срочно вызвать Арутюняна из Сызрани?
– Ну, не на электричке же ему ехать. А портал ни я, ни ты прокладывать не умеем.
– Что же делать? Что же делать?
– Надеюсь, что ничего. Городецкий опытный оперативник, и не в таких передрягах бывал. Базиль, умоляю тебя, не вздумай опять, как девяносто лет назад... Надо просто ждать.
– Да жду я... жду...
Базиль аккуратно кладет трубку плоского телефона "Панасоник". Потом лицо его искажается, он хватает офисный стул и с бешеной силой шарашит им по столу. Грохот, треск и звон. Бумаги, щепки и металлические трубки летят в разные стороны.
Слышны торопливые шаги, дверь приоткрывается. В вертикальную щель боязливо заглядывают три удивленные физиономии, сверху вниз: Таисия Николавна, Ксюша и Ким Ли. Но вся офисная мебель уже на своих местах - мгновенно восстановлены Базилевой магией. Базиль снова спокоен и флегматичен, словно дохлый лев, и отвечает им не менее удивленным взглядом.
* * *
Антон проходит мимо двери, через которую проник в тоннель и двигается далее вдоль затопленных рельсов. Дорога под небольшим уклоном введет вверх, уровень воды все время снижается. Вскоре тоннель, плавно изогнувшись, приводит Антона в пустой, замкнутый со всех сторон зал. Рельсы упираются в тупик, образованный из крест-накрест поставленных шпал. Антон обходит зал по периметру, светя фонариком. Под ногами в воде кое-где попадаются ржавые и гнилые остатки носилок, ведер, совковых лопат и ящиков. Наконец, прямо напротив тупика на кирпичной стене световой кружок выхватывает надпись, выполненную при помощи баллончика с краской явно всего несколько лет назад: "Лариса, я тебя люблю! Кот".
Дальше пути нет.
* * *
В кабинете Ночного Дозора Базиль стоит, задумчиво глядя внутрь небольшого вмурованного в стену сейфа. В сейфе всего два предмета: что-то вроде носового платка, изготовленного из темной, овечьей шерсти, крохотный колпачок из того ж материала, и короткий кинжал со слегка изогнутым лезвием. А еще какое-то фото. Базиль долго смотрит на него остановившимся взглядом, словно куда-то вдаль, потом вздыхает и прикрывает дверцу сейфа, не запирая ее.
* * *