Чтение онлайн

— Допрашивать бесполезно, — сказал доктор. — Видимо, заколдовали в плену. А, может, и раньше был шпионом.

Агния хмыкнула, свесилась с седла и сдернула с купеческого пояса ножны с кинжалом тьмы.

— Ты уколол Огонька шипом боль-травы, а потом напал в лесу? И в Подгорию попал из-за меня?

— Догадлива, ведьма. Но глупа.

— Так вешаем или как? — деловито осведомился кузнец, нетерпеливо переминаясь.

— Погоди, — она прислушалась и обнажила меч. В следующий миг захрустели ветки и на поляну, уже не таясь, выскочила толпа разъяренных живогрызов вместе с Кривым, голова которого была перемотана тряпками, а единственный глаз по-бычьи налился кровью.

Шайка тут же швырнула метательные ножи и дубинки, а с короткими копьями наперевес устремились в атаку.

Девушка успела перевеситься на противоположный нападающим лошадиный бок, поэтому ничего из летящего ее не задело. Но конь рухнул замертво, чуть не придавив ее. Она пружинисто вскочила и, держа меч и кинжал, шагнула навстречу врагам. Те приостановились, но, подгоняемые воплями предводителя, замахнулись копьями, которые скоро остались без наконечников — волшебная сталь секла их, как былинки. Сабля «циклопа» тоже переломилась, он отпрянул, но наткнулся на Буяна, взвыл и пополнил кучу бездыханных тел. Десятка полтора нападавших валялись мертвыми, несколько раненых уползали в кусты и еще столько же панически ломились через чащу. Теперь их могла остановить только бездонная пропасть.

— Проклятье! — рявкнул Буян, вытирая окровавленный клинок о траву. — Клячи тоже удрали. А что с лекарем? Пусть приготовит примочку, а то от удара мои позвонки чуть в сапоги не осыпались.

— Похоже, обойдешься, — медленно сказала охотница, наклоняясь над лежащим лекарем — таким же мертвым, как и нож в его сердце.

— Не повезло бедняге, да и нам не позавидуешь, коли не повернем. — Буян безнадежно махнул рукой. — Вдвоем против всей нечисти, пешком…

— Доедешь на палочке, — буркнула Агния. Ей хотелось плакать от бессилия, что товарищи теряются один за другим. Не стало бы привычкой.

Она внимательно оглядела тела. Эрла не было. И в схватке он отсутствовал. Да… Точно, удрал. Она тщательно исследовала поляну, кое-где даже ложилась на землю и быстро обнаружила следы человека с волочащейся веревкой, которые вели к отпечаткам копыт и пропадали.

— Улизнул на твоей лошади, — язвительно сообщила она, вставая с колен и отряхиваясь. — Я бы отомстила… Кстати, он наверняка направляется в Цитадель.

— И я. Жаль, он доберется раньше и предупредит своих. Ну тем больше будет покойников.

— Лишь бы не мы. Теперь похороним доктора. Может, и нас так уважат.

За кромкой лесного разлива снова начиналась напоенная запахами разнотравья степь. Агния и Буян неутомимо шли по следам, которые то совсем пропадали, то находились опять. Местность была пустынной, ни людей, ни зверей, правда, иногда ощущалось чье-то присутствие. Шуршала трава, колыхались кусты… Но никто не показывался. Голубой небесный купол, размытый белесой дымкой облаков, плавился от зноя.

Они спугнули стаю стервятников с трупа загнанной лошади. Дальше купец двигался пешком и появилась надежда его настигнуть. Они спустились вниз по высохшему руслу, которое, порой, становилось таким отвесным, что приходилось помогать себе коленями и локтями. Потом добрались до неширокой реки, двинулись вниз по течению, пока не наткнулись на развалины поселка, уничтоженного давным-давно. Груды пыльных камней, остатки стен, густо поросшие кустами, зола и обугленные бревна. Кое-где белели черепа и кости.

— Здесь жили шерпы, — сказал кузнец, — а нечисть — за рекой. Проклятые все разорили.

Следы вели к воде и окончательно исчезали. Рядом, на песке, валялось несколько пробитых лодок.

— Поищем целые, — предложила девушка. — Эрл спешил, он не мог все повредить.

Они разошлись, чтобы увеличить шансы. Поселок был небольшой — десятка два строений — и охотница быстро обшарила свою половину. Ничего интересного: поломанная утварь, порванные снасти — и она уже подумала про плот из сорванных с петель дверей, когда услышала призывный крик:

— Эй, сюда, нашел!

Кузнец возле одинокого сарая на берегу осматривал перевернутую плоскодонку, выстукивал ее рукояткой кинжала, выковыривал из щелей просмоленную ветошь и задумчиво мял в пальцах. Агнии захотелось подшутить над ним, незаметно подкрасться, толкнуть…

Она представила вокруг себя непроницаемое для взглядов облако — по науке бабушки Льзе. Раньше такое плохо получалось, но ведь ее теперешняя сила возросла.

Спутник все-таки услышал шорох, обернулся и недоуменно заморгал, заозирался, хотя она замерла напротив. Волшебство действовало.

— Кто здесь? — он уставился на песок и вдруг взмахнул кинжалом. Она еле успела отскочить, догадавшись, что ее выдала тень. Прятаться дальше не имело смысла.

Буян, увидев возникшую из ниоткуда фигуру, охнул:

— Ну, фокусница! А повторить можешь?

— Обязательно. Когда поплывем вниз к Цитадели.

— А вдруг она вверх по течению?

— Оттуда мы пришли.

Кузнец смущенно поскреб буйную шевелюру:

— Верно. Значит, вражьих соглядатаев так же заворожишь?

— Еще лучше. Как лодка?

— Доплывем, коли не потопнем. Другой нет.

Они перевернули плоскодонку, бросили в нее весла и столкнули в реку. Лесовик мощно греб, а юная волшебница сидела на скамеечке и плела незримую защитную паутину, эффективную ли — судить не им.

Стремительно стемнело. В небе запылали крупные, как угольки, звезды, появилась Ойра — первая луна — и все вокруг серебряно высветилось. Весла поднимались и опускались, роняя светлячки брызг. Вода покачивалась и поблескивала искорками, ее поверхность не рябил ни малейший ветерок. Река становилась шире, пока не превратилась в озеро, в центре которого темнела скалистая громада, источающая неясную угрозу, смутный ужас. Плот почти бесшумно подплыл к острову, клюнул вниз, волна подхватила его и вынесла на пустынный узкий берег между скалами. Девушка мягко спрыгнула на пляж, придерживая меч на боку. Так же, ничем не лязгнув, рядом очутился спутник.

— Куда теперь?

— Спрячем плот, пригодится. Не оставлять же на виду.

Они закопали его в песок, отметили сверху приметным плоским камнем и двинулись вглубь острова. Дальше начиналось нагромождение валунов, кое-где росли чахлые кустики и низкие деревья. Несколько раз встречались ромбитские посты, но волшебная защита продолжала действовать. Потом открылась дорога, по которой сновали аборигены — в основном нечисть, но попадались и люди — запуганные, горбящиеся, в неописуемых лохмотьях — рабы. Агния перестала кудесничать — ее лицо считалось достаточно уродливым, а кузнец натянул до носа капюшон.