Чтение онлайн

Костас буквально сложился пополам; Тимка, приподнявшись и сев «столбиком», передал мне довольно внятный образ: тоже самое, но только в исполнении Дарила и ИР «Тсерры» голосом Харитэ; Шураи то ли смутился, то ли оскорбился; Сумароков отвернулся — не хотел провоцировать дальнейшее безобразие. Внешне бесстрастным остался только Джастин, да и тому я не слишком верила.

— С ним, это с кем? — нахмурилась я, продолжая думать о том, во что стоит посвятить Хранителя, а о чем лучше умолчать. Выходило, что либо все, либо — ничего. То самое доверие, которое когда-то стало мостиком между ним и нами. Да и рассчитывать на его помощь можно было только при таком раскладе.

— С чем, — поправил меня Дальнир, не задержавшись с ответом. — С приказом?

— Выполнять, — уже другим тоном произнесла я, с удовлетворением наблюдая, как подбираются мои мальчики. — Сбрось ему все журналы.

— Рискуешь? — подойдя ближе, довольно тихо произнес Дарил. Но этого и не требовалось. Дальнир, что меня нисколько не удивило, тут же установил вокруг нас искажающее поле. Ответственность за решение принимать мне, демону — сделать все, чтобы оно было взвешенным.

— Ты веришь в возможность предательства Хранителей?

Тот усмехнулся:

— Шураи прав, умеешь ты задавать вопросы…

— Это не ответ, — поморщившись, произнесла я. — Да или нет?

— Таши…

— Дарил!

Воспоминания о том дне, когда похожая ситуация закончилась тем, что больше половины стандарта каждый из нас жил только своей жизнью, заставили на мгновенье отвести взгляд.

Моей вины в том, что демон был вынужден защищать меня практически на грани того самого предательства, о котором мы сейчас говорили, было не меньше, чем его. Мы всегда предпочитали молчать о главном, догадываясь, что рано или поздно, любой из выборов, который встанет перед нами, будет равноценно неудачным. Но даже это не заставляло нас говорить.

— Проблема в том, Таши, — он не шевельнулся, но показалось, что хотел обнять меня, — что мне известен точный ответ.

— Рауле? — не столько догадалась, сколько предположила я. Слишком часто думала о нем в последнее время, это должно было что-то, да значить.

— Да, — подтвердил демон, своим спокойствием помогая держаться и мне. — Еще на втором Харабе. После того, как мы нашли ремонтную базу.

— Говоришь, ремонтную базу? — съязвила я. По-привычке… — Что значил третий символ?

В его взгляде была гордость. За меня. Приятно, но… и это сейчас не имело никакого значения.

— Требование на уничтожение, а сочетание давало символьный код, — не помедлил с ответом демон. — Никто бы не догадался, его не было ни в одном справочнике, но Камил признался сам. Мне и Тарасу. Тогда и рассказал об ИР и их роли в той войне. Он хоть и не прошел полное посвящение, но…

— … принадлежал тому самому храму, где находится алгоритм для запуска установки, — закончила я за него, машинально оглянувшись на Шураи.

Тот сидел в ложементе второго навигатора, откинувшись на спинку и закрыв глаза. Словно происходящее его ничуть не интересовало…

Теперь было понятно, почему он с такой уверенностью сказал, что храм сохранился. Память, которую передал ему Рауле… И только ли память?

— И ему было доподлинно известно, что предали именно альдоры…

Я, с горечью улыбнувшись, качнула головой…

— Когда я сажусь в кресло капитана и открываю сознание Дальниру, понимаю, что не существует меня, не существует его… есть мы… вместе, отдельно… — Я пожала плечами… Как объяснить то, для чего не придумано слов?! — Между созданием альдоров и генератора мгновенного переноса прошло не более тридцати-сорока стандартов. Разум ИР велик, но развивается значительно медленнее, чем взрослеем и обзаводимся принципами мы. На тот момент, когда в Белую пришли домоны, возможности ИР были сопоставимы с нашим ИИ. Немногим более расширенный функционал и потенциально безграничные способности…

— Но…

— Дарил, — опять перебила я его, непроизвольно поморщившись, — я слишком хорошо тебя знаю, чтобы поверить в то, о чем ты говоришь. Остается признать, что зачем-то тебе это нужно. Вопрос: зачем? Хочешь, чтобы я осознала все до конца? Так я осознала. Настолько хорошо осознала, что не вижу иного пути, как продолжать делать то, что делаю. Хочешь запугать? Так я уже напугана, но вариантов нет, потому что Харитэ не остановится, даже когда проиграет эту партию. Переубедить? А смысл? Не я, так ты… Не ты, так…

Я говорила, а он молчал и просто смотрел на меня. Сильный, мужественный, верный, хитрый, непредсказуемый, опасный…

— Я обещал Рауле, что присмотрю за тобой, — все-таки выдавил он из себя, когда пауза слишком затянулась, чтобы не начать отдавать напряжением, — но ты не оставляешь мне такой возможности.

Усмехнувшись, иронично скривилась:

— Не считаешь, что я как-то и сама с этим справлялась?

Тот оглянулся на Шураи… Даже в такой момент, как этот, демон не мог обойтись без того, чтобы ткнуть меня в мои… Ошибки ли?

Ответила я сама себе.

Лишь двум мужчинам удалось прорасти в мою душу настолько глубоко, чтобы заставлять ее не просто ощущать боль — корчится от нее. Искандер и… Индарс.

Одного я продолжала любить, даже не веря в будущее, где были я и он. Другого… Иногда мне казалось, что та ночь, когда мое горе и его страсть сгорали в одной постели, поставила на мне клеймо старха. Он был везде и всегда, где бы я ни находилась.

Мысль была странной, но… в последнее время их было много… этих странных мыслей.

— Но в хрониках самаринян, — неожиданно хмуро заметил демон, вырывая меня из раздумий не о том, — все равно говорится о предательстве альдоров, вступивших в сговор с домонами.

Вот ведь…

— Дальнир, — попросила я, — убери защиту. — ИР подчинился мгновенно. Интересно, а что чувствовал он, оставаясь безмолвным свидетелем нашего разговора? Да и чувствовал ли… — Шураи, — окликнула я тарса, сомневаясь, что все это время он отдыхал, — а кто по вашей версии «сдал» орбитальные базы предкам Дарила?

Демон от меня такой выходки явно не ожидал, но демонстрировать оскорбленное самолюбие не торопился. Впрочем, только ему было известно, что являлось настоящей подоплекой этой беседы.

Тарс ответил, не поднимаясь, только выпрямился, да повернулся к нам:

— Последователи нового культа трех богинь.

И почему я в этом нисколько не сомневалась…

Ответ был прозаичен: ИР в чем-то продолжали оставаться чистыми и безгрешными детьми, не зная выгоды, не приемля обмана. Сложные, но… простые в своей бесхитростности. И это была еще одна ответственность, которая ложилась на наши плечи.