Чтение онлайн

Останутся они такими рядом с нами или…

Слайдер не стоял за спиной, не следил взглядом за руками Тараса, когда тот перебирал металлопластиковые боксы с препаратами, не сбивал с мысли глупыми вопросами и… не торопил. Просто пристроился у входа в медицинский отсек «Легенды», облокотившись на переборку и, казалось, дремал с открытыми глазами.

Вот только ангел подобной версии даже не допускал. Кожей ощущал постоянный контроль и нарочитое безразличие тарса. А еще… какую-то внутреннюю решимость и сожаление. Едва ощутимые, но вполне различаемые.

— Я могу активировать журнал назначений? — спокойно, но вроде как с трудом сдерживая рвущее его напряжение, развернулся к двери Тарас.

— Здесь автономное питание? — оторвавшись от созерцания чего-то видимого только ему, «очнулся» тарс.

И кто кого, спрашивается, переиграл?!

— А у вас, разве, иначе? — «удивленно» вскинулся Тарас.

Вместо того чтобы ответить, Слайдер кивнул:

— Активируйте.

Чуть дернув уголком губы — то ли улыбка, то ли усмешка, ангел подошел к рабочей панели. Ввел код на аварийке, игнорируя, что на этот раз тарс предпочел оказаться к нему ближе, дождался, когда откроется запрос на допуск.

Обернувшись, произнес… почти равнодушно:

— Я должна пройти идентификацию. Полный доступ к медицинским сведениям разрешен лишь медику, если мне повезет, и сведения по Андрею не закрыты…

Продолжать Тарас не стал, чтобы не вызвать лишних подозрений. В том, что он делал сейчас, главное было не переборщить и выдать минимум информации при максимально ожидаемом эффекте.

— Действуйте, — все так же, без малейшего отблеска эмоций на лице, отозвался тарс.

Повторять дважды не потребовалось. Еще один код, который «проснувшаяся» система приняла, как капитанский, и на вспыхнувшем дисплее появилось приглашение к началу работы с данными.

В удачу ангел верил, но еще больше он верил в тягу Таши к перестраховкам, которые не раз спасали им жизнь. Оставалось надеяться, что этот раз не станет тем редким исключением, когда окажется бесполезной даже благосклонность удачи к их экипажу.

— Его полное имя — Андрей Вихрев, — демонстрируя, что намерен обойтись без глупостей, — произнес Тарас, вводя данные Дюши в строку поиска.

Когда на боковом экране появилось голографическое изображение лейтенанта, позволил себе резко выдохнуть. Для тарса, не для себя. За внешним антуражем подделок Костас следил особо. Не без огрехов — идеальное исполнение могло вызвать подозрение у спецов, но, скорее, отлично, чем хорошо.

Не торопясь прокрутил общие данные, переброшенные еще с «Варварушки», притормозил на первом ранении, полученном Андреем во время боя с вольными, который не только едва не закончился весьма трагически, но и стал отправной точкой долгого пути, приведшего их сначала на второй Хараб, а затем и сюда. Дошел до еще одного боя, когда досталось всем, включая Таши, вернулся к событиям на планете, откуда они свистнули «Дальнир».

Боты… универсальные, специфические, тонизаторы, кое-что из общеукрепляющих…

— Это — официальная версия, здесь ничего нет.

— Что значит: официальная? — проявил заинтересованность Слайдер.

Тарас хоть и не оглядывался, но был уверен, что тарс просматривал сведения об Андрее весьма внимательно.

— Предназначена для тех, кто хочет слишком много знать, — хмыкнул Тарас, но тут же скривился. Как если бы вспомнил, что в этом отсеке все еще витает тень человека, которого уже нет в живых.

— Вы его любили? — мгновенно «поймал» эмоции Слайдер.

— Кого? — искренне удивившись, уточнил Тарас, поворачиваясь к тарсу.

Зря он это сделал. Тот стоял слишком близко, чтобы можно было просто разговаривать, не думая о том, как бы отреагировали Таши на подобную близость.

— Вашего медика, — весьма флегматично отозвался тарс.

— Стаса? — Недоумение мелькнуло и… пропало. Его девизом в этом раунде было: не переигрывать. — Последние восемь стандартов мы вместе рисковали жизнью. Это больше, чем любовь.

Последнюю фразу Слайдер оставил без комментария, вернулся к более насущному вопросу:

— Что вы собираетесь делать дальше?

Вместо ответа, Тарас уперся руками в пульт, склонил голову.

Необходимости что-то делать больше не было. Второй блок ИИ уже тестировал командный интерфейс, готовый выполнить любую команду. Доступ, который перед вылетом передала ему Таши, был максимально полным.

— У Стаса была рабочая тетрадь, личные записи… — резко выпрямился он. Обвел взглядом отсек, уверенно направился к закутку, в котором умещалась только лежанка, да к переборке крепилась раздвижная панель.

Остановился ангел на полпути, обернулся, сглотнув.

— Я могу…

Понять, что творилось в глазах тарса, было невозможно — и так темные, а в этот момент вообще словно заглянул в бездну, но лицо спокойное.

— Где она лежит? — Слайдер обошел его, подойдя к постели вплотную.

— Под подушкой, — глухо произнес Тарас и даже показал, где именно.

Без малейшего напряжения повернувшись к нему спиной, тарс приподнял подушку, обернулся, окинув удивленным взглядом.

— А это — неофициальная версия?

Будь ситуация иной, ангел бы нашел, что сказать, но не объяснять же тарсу элементарных истин. В их просвещенное время именно бумага иногда могла стать более надежным хранилищем данных, чем самые хитроумные системы.

Вместо этого пожал плечом:

— У каждого из нас были свои привычки. — Слайдер не то, чтобы не поверил, но продолжал сомневаться. Пришлось Тарасу добавить откровенности. — Я тоже одно время вела дневник.

— Дневник? — переспросил тарс, взяв толстую, в кожаном переплете — гордость Стаса, — тетрадь и вернув подушку на место.

— Собственные впечатления, мысли, пришедшие в голову идеи… — Короткий вздох и кривая усмешка. — Давно это было.

— Он здесь? — Слайдер был явно заинтересован.

Мысль о том, что сделает с ним Таши, когда узнает, что он сам… лично, отдал в руки этого типа ее тайны, отдавала паникой. Впрочем, если подкинуть тот, что касался их первых двух лет в перевозке… Тройку дней тарс точно не будет трепать ему нервы своим присутствием поблизости. Как раз хватит на подготовку, потом останется только ждать подходящего момента…

— Здесь, — отвел взгляд Тарас, без труда заставив щеки заалеть. Некоторый перебор, но… в данном случае оно того стоило.

— Это очень личное? — сделал правильный вывод о причинах «смущения» Слайдер.