Чтение онлайн

— Я дам тебе котёл. Дам трубки. И дам тебе ровно одну ночь. Утром ты принесёшь мне свою «живую воду». Если она не выжжет гниль… — он не договорил, но взгляд был красноречивее любых угроз.

— Договорились, — я позволил себе лёгкую улыбку.

— Идём. Покажу тебе кузню. И только попробуй сбежать.

Мы вышли из комнаты. Солнце уже начало клониться к западу, окрашивая белые стены Лимонной Рощи в персиковые тона. Калеб шёл впереди, тяжело опираясь на деревянную трость, которую взял у двери. Я шёл следом, крепко сжимая рюкзак.

Меня привели на задний двор, к приземистой каменной пристройке. Из трубы валил дым, внутри ухали меха. Кузня.

Калеб коротко переговорил с местным кузнецом — здоровенным лысым мужиком в засаленном кожаном фартуке. Тот недовольно зыркнул на меня, но спорить с мейстером не стал.

— Вино принесут через четверть часа, — сказал Калеб, поворачиваясь ко мне. — Медные трубы в углу. Огонь в твоём распоряжении. Два стражника будут стоять у дверей всю ночь. Удачи, Таргон-не-из-Волантиса. Она тебе понадобится.

Он развернулся и ушёл, оставив меня в душном, пропахшем окалиной помещении.

Я бросил рюкзак на деревянный верстак. Осмотрелся.

Так. Мне нужно собрать простейший дистиллятор. Перегонный куб.

Принцип я знал. Нагреваем вино. Спирт испаряется при температуре 78 градусов, вода — при 100. Значит, нужно поймать пар спирта до того, как закипит вода, пустить его по медной трубке-змеевику и охладить, чтобы пар сконденсировался обратно в жидкость. Чистая физика восьмого класса.

Я подошёл к куче металлолома. Нашёл медный котёл средних размеров. К нему нашлась деревянная крышка. Отлично.

А вот с трубками была беда.

Они были слишком толстыми и прямыми. Мне нужна спираль. Если трубка будет прямой, пар пролетит её слишком быстро и не успеет остыть.

Я взял одну трубку. Попытался согнуть её руками. Медь — металл мягкий, но не настолько. Трубка чуть поддалась и тут же пошла заломом, перекрывая внутренний просвет.

— Чёрт, — выругался я сквозь зубы.

Кузнец, наблюдавший за мной из своего угла, издевательски хмыкнул. Просить его выковать змеевик? Бесполезно, уйдёт весь вечер, да и объяснять замучаюсь.

Я посмотрел на трубку. Потом на рюкзак.

А что, если?

Нет. Я сам себе обещал экономить батарею. 43 процента. Это мой спасательный круг.

С другой стороны, если к утру я не выдам спирт, меня повесят. Батарея мне тогда точно не пригодится.

Я подошёл к верстаку. Открыл рюкзак так, чтобы кузнец не видел, что внутри. Откинул крышку ноутбука.

Экран мигнул, озарив моё лицо бледным светом.

Я открыл файл season_8_fix.txt. Руки немного дрожали.

Если это работает так, как я думаю… Если система воспринимает этот текст как код, меняющий реальность…

Я поставил курсор на новую строку. Задумался.

Писать нужно точно. Как техническое задание. Никакой двусмысленности.

Я положил испорченную медную трубку рядом с ноутбуком.

Пальцы привычно легли на клавиатуру. Я начал печатать, структурируя запрос так, как привык это делать в работе. Выбрал ближайший объект — медную трубу. Прописал для неё новые параметры формы: пять витков спирали. И самое главное — жёстко задал условие сохранения внутреннего диаметра, иначе медь просто сплющится на сгибах, и пар застрянет внутри.

Сохранил файл.

Я сидел и смотрел на экран. Трубка лежала рядом, всё такая же кривая.

— Идиот, — прошептал я себе под нос. — Магии не существует.

Но если её нет, то каким образом я оказался в Вестеросе?

Я потянулся, чтобы закрыть ноутбук.

И в этот момент в правом нижнем углу экрана моргнул индикатор батареи.

43 % сменилось на 38 %.

Воздух вокруг верстака внезапно изменился. Я инстинктивно отдёрнул руку.

Медная трубка на столе дрогнула. Раздался тихий, почти неразличимый металлический стон. Медь начала изгибаться сама по себе. Плавными, идеальными рывками она закручивалась, образуя ровные витки. Один. Два. Три. Четыре. Пять.

Через секунду на столе лежал безупречный змеевик. Заводского качества.

У меня потемнело в глазах. В носу стало горячо и мокро. Я поднёс пальцы к лицу — кровь. Яркая, красная капля сорвалась с ноздри и упала на деревянный стол. Голова раскалывалась так, будто в неё забили ржавый гвоздь.

Магия ноутбука была реальной. Но видимо, она брала силы не только от заряда, но и от моей жизни.

Я вытер кровь рукавом свитера. Закрыл ноутбук и спрятал его в рюкзак. Дрожащими руками взял идеальный змеевик.

— Ну что, мейстер Калеб, — прошептал я, глядя на поблёскивающую медь. — Сейчас мы покажем местным бактериям, что такое пастеризация.

Кузнец, которого, как выяснилось, звали Хью, с недоверием наблюдал за моими манипуляциями.

Сборка аппарата заняла около часа. Я проделал дырку в деревянной крышке котла перочинным ножом, вставил туда один конец идеального медного змеевика. Сам змеевик поместил в деревянную бадью, которую мы с Хью наполнили холодной водой из колодца. Второй конец трубки вывел наружу, подставив под него пустую глиняную кружку.

Чтобы пар не уходил через щели, я попросил у кузнеца немного извести. Смешав её с льняным маслом до состояния густой замазки, я тщательно обмазал стык между трубкой и крышкой. Саму крышку намертво прижал к медному котлу, густо залепив края. Получилась кустарная, но герметичная система

Вскоре стражники принесли два кувшина. Я вытащил пробку, понюхал. В нос шибануло кислятиной и перебродившим виноградом. Пить это было невозможно, но для моих целей — идеальное сырьё.

Я залил вино в котёл, запечатал крышку и развёл под ним средний огонь.

Началось самое сложное — ожидание. В самогоноварении без термометра ты работаешь вслепую. Если перегреть, вода закипит, и вместо чистого спирта я получу тёплую кислую бормотуху. Пришлось ориентироваться на слух и на ощупь.

Я сидел на корточках у огня, то подкидывая щепки, то разгребая угли кочергой, поддерживая ровную температуру. Голова после «магического коммита» всё ещё гудела, в носу пересохло от запаха сажи и запёкшейся крови.

Через час котёл начал тихо гудеть. Пар пошёл по трубке.