Чтение онлайн

Такой исход схватки слонов закономерен. Высота в холке африканского лесного слона составляет в среднем 2,3 м, а у индийской разновидности — почти 3 м.

Правда, некоторые особи африканских равнинных слонов достигают высоты в холке 3,3 м. Размеры индийского слона позволяли укрепить у него на спине приспособление, которое условно называется «замок» — короб или большую корзину, в которой находились лучники. На африканских слонах такое приспособление не использовалось, поскольку лесная разновидность была мельче других подвидов слонов. Индийские и африканские слоны изображались на монетах и мозаичных полотнах. Они настолько отличаются друг от друга, что сразу можно определить, какой подвид представлен на изображении. Основные отличия африканского лесного слона от индийского следующие: большие уши (у индийского — маленькие), глубокая ложбинка между лопатками и несколько приподнятый круп, в то время как у индийских слонов спина гладкая, покатая к задней части; тело африканского слона расширяется к крестцу, а у индийского — наоборот, сужается; голова находится несколько выше корпуса, а у индийского — несколько ниже; лоб гораздо шире, чем у индийского слона; хобот покрыт глубокими поперечными морщинами, а у индийского слона — почти гладкий и мягкий; на конце хобота два отростка, условно называемые пальцами, а у индийского слона один; роговые пластинки («ногти») на передней части задних ног покрыты складками кожи, как юбкой, в то время как у индийского слона они открыты и несколько выступают вперед.

Судя по монетам той эпохи, слоны Ганнибала в большинстве своем были африканскими. В исторических сочинениях той поры указывается, что погонщики в основном являлись выходцами из Индии. Эту практику ввели египтяне. Именно они первыми стали приглашать из Индии людей, которые владели искусством приручения и обучения слонов как к трудовой деятельности, так и к боевым навыкам. На многих монетах мы видим людей в характерных для индусов одеждах верхом на небольших африканских слонах. Эти изображения позволяют сделать вывод о том, что африканский лесной слон, обитавший в ту эпоху в Северной Африке, был ненамного выше лошади и вполне мог принять участие в переходе через такие горы, как Альпы. Для индийского слона такая задача была бы невыполнима. Тем не менее существуют доказательства, что у Ганнибала был как минимум один индийский слон. Вероятно, он получил его из Египта, с которым карфагеняне поддерживали дружеские отношения. В 321 г. до н. э., когда македонский полководец Пердикка вторгся в Египет, Птолемей I разгромил его войско и захватил несколько индийских слонов. В 312 г. до н. э. Птолемей получил еще 43 индийских слона, разбив Деметрия в битве у Газы. В период Третьей Сирийской войны (246–241 г. до н. э.) Птолемей III нанес несколько поражений Селевку и также захватил индийских слонов. Известно, что в годы Первой Пунической войны Птолемей II предоставил Карфагену крупную сумму денег; логично предположить, что он дал союзнику и индийских слонов.

Как мы увидим далее, Ганнибал в основном использовал слонов для того, чтобы наводить ужас на те племена, которые раньше не видели этих животных, а также против кавалерии. В сражениях, как видно из опыта Пирра, слоны могли принести больше вреда своим собственным войскам, чем солдатам противника. Поэтому погонщики слонов обязательно имели при себе стамеску и молот, чтобы в случае непредвиденной ситуации можно было быстро убить слона. Однако, как показывает опыт, и это не всегда удавалось сделать вовремя.

Приняв в 221 г. до н. э. командование войсками, Ганнибал еще не был готов к воплощению в жизнь грандиозных замыслов своего отца. Перед этим ему необходимо было завершить некоторые дела, которые не успели сделать в Испании Гамилькар и Гасдрубал, — а именно: подчинить ее себе полностью, чтобы иметь надежный и крепкий тыл в борьбе против Рима. В 221 г. до н. э. он осадил и взял штурмом город Картею (местоположение неизвестно), племенной центр олькадов, расположенный южнее Эбро. Город находился в сфере влияния карфагенян, но до тех пор не был взят ими под полный контроль, и, решив эту задачу, Ганнибал сделал еще один шаг на пути к своим стратегическим целям. После этого он вернулся на зимние квартиры в Картахену.

На следующий год он расширил масштабы операции дальше на север. Маршрут его похода в 220 г. до н. э. проследил исследователь Ф.В. Валбанк, по мнению которого, Ганнибал прошел через горы Сьерра Морена по проходу Пеньярройа, затем от Мериды до города Салмантика (ныне Саламанка), который взял штурмом. Он подчинил вакайев, племя, жившее по среднему течению реки Дурий (Дору), и повернул на юг, пройдя, скорее всего, через Пуэрто де Гуадаррама к реке Таг в том месте, где сейчас находится Толедо. Иберы, изгнанные из Салмантики, объединились с олькадами, которые не забыли прошлогоднюю обиду, и карпетанами. Они сосредоточились в тылу войск Ганнибала, которые собирались начать переправу вброд через Таг. Ночью Ганнибал ускользнул от врага, пройдя вдоль Тага вверх по течению до места, где находился еще один брод, переправился через реку и, вернувшись вниз по течению, занял место напротив противника, который, таким образом, оказался на другом берегу. Когда иберы начали переправляться через реку, а затем выходить небольшими группами на берег, Ганнибал ударил на них своей конницей и начал уничтожать по частям. Иберы разбежались, некоторые пытались спастись в реке и тонули; тех, кто пытался скрыться по суше, преследовали конники Ганнибала. После этого Ганнибал повел свою пехоту через брод на другой берег и довершил разгром врага. Карпетаны изъявили покорность, и весь Иберийский полуостров к югу от Эбро теперь был под властью Ганнибала. Исключение составлял только греческий город Сагунт. Затем, вновь пройдя через Сьерра Морену (возможно, по проходу Вальдепеньяс), Ганнибал вернулся на юг, чтобы начать подготовку к новой, еще более сложной операции.

К 220 г. до н. э. армия Ганнибала была достаточно многочисленна, опытна и снабжена всем необходимым, чтобы продолжать решение задач, поставленных еще Гамилькаром. Ближайшей целью Ганнибала стал теперь Сагунт, и обстоятельства складывались таким образом, что представлялась возможность неожиданно захватить город. Римская армия была занята войной у себя на родине, в Италии. Галлы, живущие на севере Италии, восстали в ответ на притеснения римлян, усилившиеся в последние годы. В 225 г. до н. э. племена бойев, инсубров, деноманов и другие галльские племена объединились с галлами, пришедшими с западных склонов Альп и в количестве примерно 70 000 человек вторглись в Этрурию, уничтожая все на своем пути. В битве у Фесолы (Фьезоле) они разбили римскую армию.

В Риме весть о мятеже галлов вызвала настоящую панику. Были приняты крайние меры: извлечены книги пророчеств Кумской сивиллы, в которых нашли предсказание, что земля Италии будет занята иноземцами дважды. Дабы исполнить это пророчество, сенат постановил закопать заживо на форуме грека и гречанку, галла и женщину галльского племени. Тем временем в Этрурии войска галлов сумели избежать столкновения с армией Луция Эмилия Пака, повернув на запад, к Тирренскому морю; но здесь их встретила другая армия римлян, только что переправившаяся с Сардинии, которой командовал Гай Аттилий Регул. Галлы оказались между молотом и наковальней и были почти полностью истреблены в страшной битве у Теламона.

Чтобы положить конец восстаниям галлов, сенат принял решение о вторжении в Цизальпинскую Галлию и полном ее завоевании. Гай Фламиний с армией перешел По и вторгся в земли галлов, но сразу попал в такое тяжелое положение, что вынужден был подписать мирный договор на условиях племени инсубров. Нарушив договор, он вновь напал на галлов и добился успеха. Галлы предложили обсудить новые условия договора, но римляне настаивали на том, что они будут диктовать условия мира. Инсубры решили бороться и призвали сородичей с западных склонов Альп, которые и пришли в количестве около 30 000 человек. В битве у Кластидия на севере Италии объединенные силы галлов были снова разбиты войсками консула Марка Клавдия Марцелла. Еще одну победу над галлами одержал консул Гай Корнелий Сципион. Объединившись, войска Марцелла и Сципиона заняли столицу инсубров Медиолан (Милан) и город Ком (Комо). Так, пролив реки крови, Рим добился спокойствия в регионе и учредил здесь новую провинцию — Цизальпинскую Галлию. Чтобы держать местность под контролем, Рим вывел латинские колонии в Плаценцию (Пьяченца) на юге провинции и в Кремону (севернее По); гарнизоны этих городов должны были держать в покорности инсубров. Латинскую колонию учредили и в Мутине (Модена), откуда римляне надзирали за бойями.

Галлы на время затихли, но не покорились; Ганнибал знал об этом и рассчитывал использовать их недовольство в ближайшем будущем. Он также надеялся, что у Рима возникнут проблемы и на другом фланге — в Иллирии и Греции. Исключая Гамилькара, никому и в голову не приходило, в том числе и римлянам, что карфагеняне могут совершить переход из Испании через Эбро, Пиренеи, Галлию, Рону и Альпы и достичь Италии. Но именно это собирался сделать Ганнибал. Испания, подготовленная усилиями Гамилькара, Гасдрубала и Ганнибала, должна была стать для армии карфагенян источником всех необходимых поставок и людских ресурсов.

Операция готовилась в глубокой тайне и потребовала сбора множества сведений. Необходимо было узнать о природных особенностях и рельефе стран, через которые предстояло пройти, возможных препятствиях и трудностях, воинском потенциале племен и народов, с которыми предстояло столкнуться. Ганнибал отправлял посольства в галльские племена для сбора разведывательной информации. Большое значение имела и информация о политической ситуации: настроения, ожидания, симпатии и антипатии племен, их отношение к Риму, их желание и способность сопротивляться давлению римлян, численность их населения, отношение к карфагенянам (поддержат они Ганнибала или выступят против него? могут ли они помочь воинами, провиантом, фуражом?). Ганнибал понимал, что, выступив из Испании, он будет отрезан от баз снабжения — от Эбро до Италии около 1 500 километров.

Одним из самых сложных был вопрос, чем будут питаться воины во время переходов через Пиринеи, Южную Галлию и Альпы, пока не окажутся в землях ожидаемых союзников — галлов Северной Италии. Предстояло идти как через плодородные, так и бесплодные земли. Один из военачальников Ганнибала, его тезка Ганнибал Мономах, предложил кормить солдат — в крайних случаях — человеческим мясом, а приучать к нему воинов еще до начала похода. Ганнибал отверг это предложение, но сходство имен, как пишет Полибий, привело к тому, что полководцу стали приписывать кровожадные наклонности, и римляне представляли его себе как чудовищно жестокого человека.