Чтение онлайн

Теперь наступила очередь греческих городов, расположенных на юге Италии. Вообще, они находились в хороших отношениях с Римом, потому что жили в непрерывной вражде с осками — дикими обитателями Лукании и Бруттии. Но теперь, когда Рим стал хозяином Апулии, Лукании и Бруттии, богатейший из греческих городов юга Италии — Тарент с озабоченностью наблюдал за приближением владений Рима почти к самым стенам греческим городов.

В 282 г. до н. э. греческий город Фурии обратился к Риму с просьбой о помощи в борьбе против растущей угрозы со стороны луканов. Рим отправил к Фурии небольшой флот. Между Римом и Тарентом существовал договор, согласно которому корабли римлян не должны были плавать восточнее мыса Лаций. Десять римских кораблей нарушили этот договор, и флот тарентинцев потопил четыре судна римлян, а одно захватил. Через некоторое время в Тарент прибыли римские послы с жалобой городским властям. Тарентинцы не выказали им никакого почтения, сорвали с римских сенаторов тоги и подвергли их страшному унижению, о котором римский историк написал: «Допустили бесчестие, о котором стыдно сказать». После этого война стала неизбежной. Римляне объявили войну Таренту в 281 г. до н. э.

Хотя Тарент и располагал неплохой армией, по мощи она не могла противостоять легионам Рима. Поэтому Тарент решил привлечь помощь извне. Ее не пришлось долго искать. Царь Эпира Пирр мечтал о славе Александра Македонского и вынашивал планы объединить под своей властью все греческие города Южной Италии и Сицилии. Он принял приглашение тарентинцев, пересек Адриатику и высадился в Италии, приведя с собой 30 тыс. пехоты, 3 тыс. конников и 20 боевых слонов. Римляне немедленно выступили ему навстречу.

Противники сошлись у Гераклии недалеко от Тарента. Римской армией командовал Публий Валерий Левин. Римляне не были знакомы с тактикой македонской фаланги, а слоны, которых они никогда не видели, привели их в страшное замешательство (римляне называли слонов «луканские быки»). Римляне потерпели сокрушительное поражение — на поле боя осталось большая часть их армии, но и войско Эпира понесло тяжелые потери. Согласно преданию, озирая поле боя, Пирр воскликнул: «Еще одна такая победа, и в Эпир мне придется возвращаться одному». Битва при Гераклеи произошла в 280 г. до н. э. [4]

Пирр понимал, что война будет гораздо тяжелее, чем он ожидал, и отправил в Рим посольство с предложением мира. Римляне заявили, что начнут переговоры только после того, как Пирр покинет Италию. Тогда Пирр решил двигаться прямо на Рим. Пройдя через земли самнитов, Апулию, Луканию и Бруттий, он достиг Пренесте, откуда уже был виден Рим. Ему противостояли две римские армии; кроме того, в самом Риме находился сильный гарнизон. Пирр понял, что в этой ситуации он не сможет добиться успеха, и решил вернуться на зиму в Тарент. Ни один римский или латинский город не перешел на сторону Пирра.

На следующий, 279 г. до н. э. Рим послал в Апулию войско под командованием Публия Деция Муса. Однако римляне вновь потерпели поражение у города Аускула. Сражение было упорным и длилось два дня. Одержав победу, Пирр снова предложил римлянам обсудить условия мирного договора. Одновременно с посланием Пирра римляне получили неожиданное предложение помощи от Карфагена, который опасался, что Пирр может высадиться в Сицилии и оказать помощь греческим городам, расположенным на острове. Обретя нового союзника, римляне решили продолжать борьбу и отказались вести переговоры с Пирром.

В 278 г. до н. э. Сиракузы призвали Пирра на помощь в борьбе против карфагенян. Пирр высадился на Сицилии, где весьма удачно действовал против карфагенян, отняв у них все опорные пункты, кроме Лилибея. Его успехи, как это ни парадоксально, вызвали озабоченность греков, которые сами же и призвали его на помощь. Греческие города почувствовали угрозу своей свободе. Они не собирались объединяться под властью одного человека. Характерный индивидуализм и любовь к свободе для греков делали невозможным прочный союз между греческими городами в Сицилии. Тем временем римляне сумели восстановить свои позиции на юге Италии. Над Тарентом вновь нависла опасность, и город снова позвал Пирра на помощь. В 275 г. до н. э., покидая Сицилию ради Италии, Пирр произнес пророческие слова: «Какое замечательное поле битвы мы оставляем римлянам и карфагенянам».

Для новой войны Рим приготовил две армии: одну под командованием Марка Курия Дентата [5] — в Самнии, вторую во главе с Луцием Корнелием Лентулом — в Лукании. Чтобы предотвратить соединение армий противника, Пирр быстро двинулся против Дентала. Битва произошла у Беневента в 274 г. до н. э. Римляне разработали тактику борьбы со слонами: солдаты забрасывали животных пылающими факелами, бросали им под ноги доски, утыканные длинными гвоздями. В ходе сражения слоны развернулись и, убегая, смяли ряды своих же воинов. Пирр не понес больших потерь, но потерпел поражение и, не получая свежих подкреплений и средств, счел продолжение войны бесполезным и удалился в Грецию. В Таренте он оставил гарнизон и обещал вернуться.

Римляне наказали всех, кто получал помощь от Пирра или оказывал помощь ему. Тарент сдался Риму в 272 г. до н. э., Регий — двумя годами позже. Вся Италия — от Арно и Рубикона на севере до Тарентского залива и Мессинского пролива на юге — находилась теперь в руках Рима. Рим стал державой мирового значения в Средиземноморье, что подтверждается заключением договора с Египтом. Из маленького городка на берегах Тибра выросло Римское государство.

Если принять во внимание ту трагическую развязку, которой закончились взаимоотношения Рима и Карфагена, то может показаться странным факт, что на протяжении нескольких веков римляне и карфагеняне относились друг к другу как друзья. Однако это кажущееся противоречие мы часто видим в истории человечества. До римлян у карфагенян такие же отношения складывались с этрусками: они вместе в 537 г. до н. э. в битве у Алалии близ берегов Корсики разгромили флот греков из Массалин и, таким образом, не допустили создания греческих колоний на Корсике и Сардинии. Эти острова еще долгое время оставались исключительной сферой влияния этрусков и Карфагена.

Отношения между Карфагеном и этрусками были гораздо более тесными, чем это обычно представляют. В пятидесяти километрах к северо-западу от Рима располагался порт этрускского города Церы-Пирги. Там археологи обнаружили развалины двух храмов, которые датируются концом VI в. до н. э.; там же были обнаружены три золотые пластинки. На двух из них нанесены надписи на языке этрусков и одна содержит пунические письмена. Надписи посвящены богине — покровительнице Карфагена. Они гласят: «Матери Астарте. Это священное сооружение царь города Церы Тефари построил в месяц жертвоприношения Солнцу и приносит храм и святилище в дар Астарте, потому что она подняла его своей рукой в третий год его правления… в день поминовения богини. Статуя богини будет находится в ее храме, пока пребудут звезды на небе». Этот храмовый комплекс в 384 г. до н. э. был разграблен тираном Сиракуз Дионисием.

Начиная с 509 г. до н. э., когда римляне изгнали царей и учредили республику, могущество этрусков клонится к закату. В 524 г. до н. э. они пытались захватить греческую колонию Кумы, но потерпели неудачу. Спустя полвека, в 474 г. до н. э., в морском сражении у этого же города их флот был разбит тираном Сиракуз Гиероном I, который в благодарность за победу передал захваченные трофеи в храм Зевса в Олимпии. Среди добычи был и шлем, находящийся ныне в Британском музее.

Карфаген заключил свой первый договор с Римом в 508 г. до н. э. Второй договор 348 г. до н. э. определял сферами влияния Карфагена Африку и Испанию, давал Риму право торговать с Сицилией и гарантировал неприкосновенность берегов Италии со стороны Карфагена. В 306 г. до н. э. был заключен еще один договор — менее благоприятный для Рима, который ограничивал право римлян плавать в южной части Средиземноморья.