Чтение онлайн

— Забери Ди-Ди, — я посмотрел на Розу.

Зелёная девушка посмотрела на меня с такой тоской, что у меня сердце сжалось. Но она поняла. Поняла, что если останется, то мы все погибнем.

— Я люблю тебя, — одними губами прошептала она.

Её лианы метнулись к механику, нежно, но крепко обвив её.

— Волк, нет! Я могу помочь! — кричала Ди-Ди, барахтаясь в зелёных объятиях.

— Прости, рыжик. Не в этот раз.

Валериус, вместе с извивающейся Лексой, направился к одному из проходов. Роза последовала за ним, унося брыкающуюся Ди-Ди. Вайлет, не проронив ни слова, развернулась и побежала за ними. Кристалл бросила на меня последний взгляд и тоже скрылась в проходе. Последние из альпов унеслись следом, прикрывая отход.

Я остался один.

00:01:08… 00:01:07…

«Чип, — позвал я. — Придётся снова немного нарушить законы физики».

Я посмотрел под ноги. Пол был покрыт копотью. Под ним — полметра металла. Под ним — ещё ярусы. А в самой глубине разрастался кошмар. Магнитное поле трещало по швам.

ОПАСНОСТЬ: ВЫСОКАЯ. ВЕРОЯТНОСТЬ ЗАСТРЯТЬ В ТЕКСТУРАХ — 50%. ВЕРОЯТНОСТЬ РАДИАЦИОННОГО ЗАГАРА — 100%.

— Заткнись и считай фазу, — буркнул я.

Искин в моей голове поворчал, но приступил. Я закрыл глаза и потянул за ниточки реальности. Мне необходимо перестать быть плотным объектом и стать вероятностью. Я вспомнил то чувство, когда телепортировался за спины роботов. Только сейчас нужно не исчезнуть и появиться, а пройти насквозь.

Туннельный эффект. Квантовая механика для чайников: если ты достаточно нагло игнорируешь барьер, есть шанс, что барьер решит тебя не заметить.

Моё тело подёрнулось рябью. Я сделал шаг и… провалился.

Ощущение было мерзкое. Будто проходишь сквозь ледяное желе. Я чувствовал, как атомы плотной материи пролетают сквозь мои атомы. Темнота перекрытий. Трубы, кабели, стальные балки — все это летело сквозь меня, вызывая фантомную тошноту.

Мир смазался, превратившись в серый, бесформенный туман. Молекулы бетона щекотали моё энергетическое поле, арматура пыталась зацепить меня своим электромагнитным фоном, но я просто проскальзывал мимо, меняя фазу своей вибрации. Слой за слоем я проходил сквозь перекрытия и видел всё.

Этажи проносились мимо. Я видел их как на срезе. Вот офисный планктон, погружённый в эйфорию. Вот технический этаж, гудящий серверами. Вот лаборатории с пустыми колбами. Я просачивался сквозь здание, как капля воды сквозь песок.

Минус первый этаж. Минус второй. Пятый.

Я падал сквозь здание, как призрак.

Минус десятый.

Вот оно! Я снова стал плотным. Вернул своим атомам положенную фазу и приземлился на кафельный пол лаборатории, едва удержавшись на ногах.

Вокруг царил хаос. Помещение напоминало муравейник, в который залили кипяток. Сирены выли так, что могло заложить уши. Красные лампы аварийного освещения вращались, создавая стробоскопический эффект кошмара.

Мимо меня пронеслись двое лаборантов в герметичных защитных костюмах, их лица за стеклом были перекошены от ужаса. Они даже не заметили мужика в плаще и шляпе, вывалившегося из потолка. Они бежали к гермодверям, которые уже начали закрываться.

А в центре зала, за толстым бронестеклом, которое сейчас плавилось и трещало, находилось ядро.

Такая же сфера, какую я экспроприировал у Церебрумов. Она удерживалась в воздухе сложной системой магнитных катушек. Внутри сферы бесновался крошечный сгусток абсолютной тьмы, окружённый ослепительным ореолом света.

Антиматерия. Позитроны, танцующие смертельный вальс с электронами.

Магнитное поле, удерживающее их от касания стенок, схлопывалось. Индикаторы на панелях горели красным, цифры обратного отсчёта стремительно летели к нулю.

00:45… 00:44… 00:43…

Я шагнул к бронестеклу. Радиация здесь была такая, что воздух светился синим. Любой нормальный человек умер бы ещё на входе, его ДНК просто распалась бы в суп. Но моё тело, переписанное шляпой, сейчас работало на других принципах. Я чувствовал, как жёсткое гамма-излучение бьёт по коже, но регенерация сжирала повреждения быстрее, чем они появлялись.

— Жарковато тут, — процедил я, выбивая ударом ноги бронированную дверь в реакторную зону.

Вошёл внутрь. Гудение стояло такое, что вибрировали кости черепа. Антиматерия внутри сферы пульсировала, искала выход. Она хотела соприкоснуться с материей и высвободить энергию, равную гневу богов.

Я встал перед ней. Поднял руки, как дирижер перед оркестром.

— Ну, давай попробуем по-плохому, — прошептал я.

АНАЛИЗ: МОЩНОСТЬ ВЗРЫВА ПРИ ТЕКУЩЕЙ МАССЕ АНТИВЕЩЕСТВА… О, БОГИ КРЕМНИЕВЫЕ… 10 ГИГАТОНН. ЭТО НЕ «БАБАХ». ЭТО «ПРОЩАЙ, РЕГИОН». ТЕМПЕРАТУРА В ЭПИЦЕНТРЕ БУДЕТ ВЫШЕ, ЧЕМ В ЯДРЕ СОЛНЦА. КАПИТАН, ЕСЛИ ВЫ ХОТИТЕ ЭТО ОСТАНОВИТЬ, ВАМ ПРИДЕТСЯ НАРУШИТЬ ЗАКОНЫ ТЕРМОДИНАМИКИ ЕЩЕ РАЗ. ГРУБО.

Я сосредоточился. Белое сияние окутало меня. Я направил волю на магнитные катушки, пытаясь удержать поле, укрепить его своей силой. Я стал живым щитом, пытаясь вдавить расширяющуюся сферу смерти обратно.

— Сжать… — прохрипел я, напрягая каждую жилу. — Держать…

Потоки энергии ударили в мои ладони. Я чувствовал сопротивление. Толкать грузовик гораздо легче, а это… как пытаться удержать руками раздувающуюся вселенную.

Чип в моей голове начал паниковать по-настоящему.

КАПИТАН! НЕСТАБИЛЬНОСТЬ РАСТЕТ! МЫ НЕ ГАСИМ РЕАКЦИЮ, МЫ ЕЁ КОМПРЕССИРУЕМ! ВЫ СОЗДАЕТЕ ДАВЛЕНИЕ! ОЦЕНКА МОЩНОСТИ ВЗРЫВА ПЕРЕСЧИТАНА! 100 ТЕРАТОНН! И ОНА РАСТЁТ!!!

Сила, которую я отдавал, была чудовищной. Я пытался сдержать реакцию, но она становилась только сильнее. Стиснув зубы, надавил ещё сильнее…

300 ТЕРАТОНН! ЭТО УЖЕ НЕ РЕГИОН! ОГНЕННЫЙ ШАР БУДЕТ ВИДНО ИЗ ДРУГОГО ПОЛУШАРИЯ! УДАРНАЯ ВОЛНА В СОТНИ АТМОСФЕР ОБОГНЁТ ПЛАНЕТУ!!! А ПОТОМ ПРИВЕТ, ЯДЕРНАЯ ЗИМА!!!

Я зарычал, чувствуя, как из носа и ушей течёт кровь. Моя пси-энергия боролась с антиматерией, но энтропия оказалась неумолима. Чем сильнее я сжимал, тем яростнее она сопротивлялась. И тут… антиматерия внутри сферы начала контактировать с её стенками… пошёл процесс аннигиляции… Не позволю!

500 ТЕРАТОНН! КАПИТАН, ВЫ ДЕЛАЕТЕ ИЗ ГРАНАТЫ СВЕРХНОВУЮ! 900 ТЕРАТОНН! ЭТО УЖЕ ЭНЕРГИЯ ПАДЕНИЯ АСТЕРОИДА С ДИАМЕТРОМ 10 КМ! 5000 ТЕРАТОНН!!! ВЫ СЕЙЧАС РАСКОЛЕТЕ ЗЕМНУЮ КОРУ ДО МАНТИИ! ПЛАНЕТЕ КОНЕЦ!

Я понял, что он прав. Я пытался потушить пожар бензином. Пытался засунуть вулкан в коробочку. Энергия никуда не девалась, она копилась под моим прессом, готовясь вырваться с силой, помноженной на сотню.

Подавить реакцию нельзя. Она уже пошла. Антиматерия коснулась стенок. Процесс аннигиляции начался. Его нельзя отменить, как нельзя затолкать зубную пасту обратно в тюбик или превратить омлет обратно в яйца. Второй закон термодинамики смотрел на меня и ехидно улыбался: «Хаос всегда растёт, парень».