Чтение онлайн

Утром, всё же достав в арке «эмку», без свидетелей, обычную чёрную, вполне свежую, прошлого года выпуска, добыл с одного из немецких пунктов сбора, привёл в порядок, а то в столице без машины швах. Даже документы есть, сделал копию от моей бывшей дивизии, как будто та за ней оформлена и передана мне во временное пользование. У меня несколько бланков можно на разные машины оформить, смогу продлевать. Так что проверку пройдёт. Разве что запрос в дивизию вскроет эту небольшую махинацию. Дождавшись супругу и детей, а подъехал к подъезду, сначала сына в садик, а дочку в школу, та помогает в школьном саду, потом жену у сберкассы высадил, а сам к Управлению. Там оставил машину в ряду таких же, оформился у дежурного и к кабинету, куда был направлен. Документы сдал и ждал в коридоре. Я тут во многих жизнях бывал, в курсе, что и как, да и сканером отслеживаю. А через полчаса вызвали, вручая направление. Изучая его, я удивлённо поднял брови, стараясь унять бешенство. Меня понизили, перевод был с командира танковой дивизии на командира стрелкового полка. Впрочем, ничего не сказал, хотя явно ожидали, молча кивнул и к выходу. Потому как в голове сразу начал формироваться план мести. Интересная идея мне пришла в голову, тем более на дорогу давали две суток, можно завтра отбыть, и сегодня день я потрачу на дела. Заодно и ответку кину тем, кто решил меня так унизить и оскорбить. Не было за мной вины, вот в чём дело. Это чья-то месть.

Да, меня аж потряхивало, козыряя командирам, когда в ответ, младшим по званию, когда первым, для старших, дошёл до машины, и сразу устроился за рулём. Документы и всё необходимое к ним, уже в маг-хранилище, пока же аккуратно сдав назад, хорошо смотрел, чуть мне в корму не въехал «ЗИС» гружённый, водятел зевнул, и возмущённо посигналив, покатил прочь. Сначала заехал в редакцию газеты «Известия». С тем как немцы наступают, нужны позитивные новости, их есть у меня. Более того, используя трофейный фотоаппарат и немалые запас плёнки, я вёл фотоархив. В основном для себя лично, память имеет свойство терять многие элементы, кому как не мне это знать? В основном описывал, как моя танковая рота воевала, фотокарточки моих бойцов на фоне танков, ну и мои часто мелькали. Я пиарил себя, чего уж тут. Раньше я бы делал это чтобы быстрее взлететь выше, но тут уже другая причина. Я говорил про месть. В редакции сделали копию журнала боевых действий моей роты, с сухими строчками потерь со стороны противника и наших, ну и у меня взяли интервью. И изучив фотокарточки, отобрали самые интересные. Делая на обратной стороне пометки, кто там и где было, в каком бою. Обещали завтра мощную статью втиснуть. Так что с этой стороны заход удачный, глянем, как завтра всё пойдёт. Отсюда же, испросив разрешения, позвонил в редакцию Гостелерадио, телефонистка соединила. Там напросился на прослушивание как автор песен, музыки и стихов, для себя писал. Но вот решил и людям показать. Мол, раньше стеснялся. Мне и назначили прослушивание на одиннадцать часов дня, через два часа. Соберут коллегию.

Порядок. Парни из редакции делали вид, что делами заняты, но к разговору моему прислушивались. Попрощавшись с корреспондентами и работниками газеты, покатил домой. Там уже супруга ждала. Ну, мы и зажгли. Псионы вообще первоклассные любовники, особенно лекари, когда воздействуют на организм партнёра, утраивая удовольствие. Кстати, выше не стоит, сердце не выдержит. С супругой я дал на одно усиление, для первого раза хватит, и то та через сорок минут сдалась, всего четыре захода. Пока та рядом лежала, отходила от нашего марафона, я с улыбкой на ту поглядывая, задумался. Сейчас бы закурить, но я не курю и вообще не понимаю этой привычки. А вокруг все курят, даже многие женщины. Удивительно, но Гиль разделял мои взгляды и тоже не травил организм никотином, что довольно редкое дело среди командиров. А размышлял я вот о чём. Времени у меня действительно мало было, но я изучал свою ауру с момента как открыл пси-зрение, составляя расчёты, изучая свою новую ауру и Дар псиона. И да, у меня аура изменилась, что для меня было шоком. Ну не бывает такого. На днях я пришёл к неожиданному выводу. По сути я остался «психом», но с возможностями природного псиона и универсала. Сам только разбираться начал, но объясню. Потеря объёма маг-хранилища, со всем содержимым, сказалось. Именно из-за неё, когда энергия схлопывания такого объёма требовала выхода, она пошла мне в ауру, создав меня таким уникумом. Мессир, что поставил мне маг-хранилище, доложен был учесть авариный режим сброса энергии при обнулении, я бы сделал. Это первое что в голову приходит, и раз хранилище целое, значит так и есть. Именно сброс энергии и изменил мне ауру. Это точно не последствия воздействия пси-нейросети. Если был я в теле Дмитриева, не погиб, дождался запуска опций, дальше воевал и случайно погиб, не активируя Дар, я бы тут в теле Тимура был простым природником с одной специальностью. А будучи Дмитриевым, там бы открыл Дар, то и говорить нечего, он бы раньше закрепился.

Я начал осознавать, что цепь случайностей и вызвали подобную ситуацию, потеря объёма маг-хранилища, это не потеря с большой буквы, а благо. Да зная, что будут такие результаты, я бы сам на это пошёл, потому как плюсы перевешивали минусы. Уф, камень с души упал, а я ведь до сих пор переживал о потерях. Только блондинку жаль и первого учителя, но тут уже ничего не сделать. Погоревал о них, выпил вина за упокой и всё на этом. Ещё стоит сделать расчёты, аура у меня такая останется и в дальнейших перерождениях, или будет сброс и останется одна специальность. По первым прикидкам всё же останусь универсалом, но всё же проведу изучение и расчёты. Уж прикинул, как это делать.

– Ты куда?
– насторожилась супруга, когда посвежевший вернулся из ванной.

– Несколько песней написал, скоро прослушивание в Гостелерадио. Хочу сам исполнить на радио.

– А я и не знала, - удивились та.

– Стыдился раньше, - пожал я плечами, натягивая исподнюю рубаху. Кстати, форму та постирал. А тут встрепенувшись, спросила:

– А можно мне с тобой?

– Можно, почему нет?

Та метнулась в ванную, быстро приняла душ, собиралась. Для женщин действовала молниеносно, но минут двадцать всё равно потратила. Так что покинули квартиру, к машине, та во дворе на обычном месте стояла. Открыл ключом, заперта была, и вот устроившись в салоне, покатили к нужной улице. Тут я уже ориентировался свободно и знал куда ехать. Надо же, думал, опоздаем, а мы приехали прямо в указанное время. Не зря подгонял, пару раз нарушив правила, а уж скоростной режим так почти всегда. В фойе нас ожидала девушка, сотрудница, я опытным глазом приметил её и понял, ждёт меня, так что подойдя, с супругой под ручку и сказал:

– Я Гиль, меня ждёте?

– О, да, - обрадовалась та.
– Все уже собрались.

Та и сопроводила нас в зал для просушивания, там действительно ожидала коллегия из девяти человек. Супруга на стул в углу пристроилась, чтобы не мешать, а я занял стул в центре зала, хорошая тут акустика. Представившись, также сообщил, что завтра отбываю на фронт, тут было достаточно музыкальных инструментов, мне принесли аккордеон и гитару, по моей просьбе. Настроена гитара отлично, так что решил исполнить пять песен. Вообще невыразительным голосом Гиль сложно что-то исполнять, но я постарался, добавляя живые нотки в голос, и главное харизму. Исполнил песни семидесятых, «Старый рояль», «Кто тебе сказал», «Старая пластинка», «Есть только миг» и «Для меня нет тебя прекрасней». Подумав, ещё исполнил более современную песню, заменив первые куплеты на свои, получилось даже лучше. А припев вот какой был:

– Ведь я мечтаю о том, что и ты тоже -

Чтобы журавль в руках, а клинок в ножах.

Иметь дочурку и сына, к тридцати примерно,

И быть не просто отцом, а быть примером…

Причём, когда исполнял две песни, «Для меня нет тебя прекрасней» и «Примером», смотрел на Анну, теперь мою супругу. Пел я для неё, и та оценила, слёзы так и текли, но она их не стеснялась. Знаете, а я ведь диверсию совершил, когда мы буйствовали в спальне, используя пси-силы сделал так что та залетела. Пусть и мою частицу растит. Что уж там, сознательно это сделал. И надо сказать песни коллегии очень понравились, правда пытались убедить, что некоторые моменты нужно поменять или убрать, но я стоял на своём, или так или не будет их. Впрочем, договорились, те стараются без изменений. Более того на три часа дня назначили эфир. Вот так мы с женой обратно на квартиру, машину там же припарковал. А дома дочка, у той свои ключи, вернулась с отработки. Они яблоки собирали в саду. Кстати, через три дня той ехать в пионерский лагерь под город. Обед прошёл, отдохнули, а к трём часам, снова на Гостелерадио, Анна, супруга, со мной. Та вообще на меня задумчиво поглядывала, видимо многое не совпадало в моих действиях с настоящим Гиль. Правда, списала на войну, она действительно меняет людей. Я же и был примером. Сама себя убедила. Наблюдать за этим было забавно. Впрочем, настало время диверсии. Однако, сам к этой теме подводить не буду, спросят, отвечу и разовью тему, но не сам.

На месте нас ждали, жена ушла к зрителям, её допустили как гостью, могли и не пустить, тут спасибо. Ну а дальше начался эфир, всё привычно, я отнюдь не терялся и не робел. Знакомый мне диктор, не раз с ним вот так передачи вёл, представил меня, сообщив, что я боевой командир, награду имею, завтра отбываю на фронт. А сейчас исполню свои песни. Дальше подавая в голос пси-колебания, это даёт эффект бардовой песни. Не бардов, в вязанных свитерах с гитарами у костра, а пси-бардов, что собирают толпы поклонников своими волшебными голосами. В театрах только они и работают, там всегда аншлаги. Мне конечно до них далеко, но поверьте, звучание голоса пробирает. По радио это вряд ли уловят, но думаю, хорошие песни впечатлят. Вот так и исполнил. Причём все шесть, дали добро. Я кстати шепнул, что ещё два десятка имею. Но на них уже эфирное время не распространяли. А когда закончились аккорды последней песни, диктор с трудом взял себя в руки. Он был потрясён, это нормальная реакция после исполнения пси-барда своих творений. Ну или чужих, тут важна сама подача. Музыка и голос. Я кстати имел некоторый дар к этому и учился на той станции, где меня потом и убили, нашёл учителя. Но доучить не успел. Хоть основы дал. Однако и они впечатлили присутствующих. А диктор, профессионал, молодец, заминка небольшая была, но всё же продолжил эфир, поинтересовался:

– Товарищ Гиль, опишите нашим слушателям, как вы получили свою награду.

– Опишу, конечно, это не сложно. С некоторых времён я перестал врать, слово дал самому себе, больше не буду лгать. Этому предшествовало моему попаданию в плен, я настолько был шокирован, ошарашен, что позже трезво глядя на свою жизнь понял, если раньше я был типичным военным карьеристом, не стеснялся по головам других идти, то теперь я понял. Это всё не моё, не лежит душа. Решил изменить свою жизнь. Изменю, когда война закончится, сниму форму. Это будет года через три-четыре. Думаю в мае-июне сорок пятого.

– Но погодите, как сказал товарищ Ворошилов, уже скоро мы погоним вражеские войска обратно.

– Это не тот Ворошилов, что обещал малой кровью на чужой территории? Который обещал, шапками закидать врага? Я бы такому лгунишке мылом рот промыл. После его обещаний, когда мы огромной кровью воюем на нашей территории, какая ему вера может быть? Никакой. Врут, все врут. И я таким был, но изменился, просто осмыслив свою жизнь. Она мне очень не понравилась. Если бы не война, меня бы в составе армии уже не было. Знаете, есть такая поговорка: Кто в армии служил, тот в цирке не смеётся. Пожалуй, на гражданке в цирк директором и пойду, ха, я там как среди своих буду. Вообще наши маршалы, это что-то с чем-то. Они больше символы армии, чем настоящие военачальники. Для примера, взять Шапошникова. Ну, плохого я про него не скажу, но он чисто штабист и теоретик, в прошлом я бы назвал его своим коллегой, тоже был штабистом. Маршал довольно неплохой теоретик, но не практик, совсем не практик. Армию и фронт доверять нельзя. Если и обучать его, то начинать с дивизии, и чтобы поднимался по карьерной лестнице до командующего фронта, тогда он будет полноценный маршалом. Про Ворошилова говорил, ни то ни сё, хотя нет, в чём-то и он мастер своего дела. Например, разрушать. Чтобы не доверили, всё разрушить и развалить, в этом он действительно главный специалист. Например, у Союза была Красная Армия в двадцатых, её можно было так назвать в тридцатых. К сороковым, армии у нас не стало. Был сброд, одетый в военную форму. Я сам был начальником штаба дивизии, к началу войны, и всю эту кухню изнутри знаю. Чему учили простых бойцов. Красиво маршировать строем, и на отлично знать политинформацию. Всё. Это я говорю про простых стрелков. Танкистов, лётчиков и артиллеристов хоть чему-то учили, чтобы не опозорится на смотрах. Стрелки лишь маршировали, инспекциям этого достаточно. А когда началась война, оказалось, немцы на политинформацию, когда бойцы к ним шли браться, как-то странно реагируют. Отрубленные головы этих бойцов у себя над окопами на колья насиживали. И красивая шагистика на них не действовала, из пулемётов всех клали. А больше ничего бойцы не умеют. Приказываешь, атаковать перекатами. Они стоят, смотрят на тебя воловьими глазами. То ли ты ругнулся на них, то ли иностранные слова произнёс. Сейчас армия учиться воевать, с большой кровью, массовым героизмом бойцов, но учиться. Этот год будет временем больших потерь, массовых котлов и потерянных территорий. Сорок второй не лучше. Я кадровый командир, всё это для меня как открытая книга и спрогнозировать не так и сложно. А вот сорок третий, прогнозирую, уже станет переломным. Погоним немцев обратно. Медленно, с потерями, но погоним, научимся воевать и наступать, освободив сначала свои земли, потом в Румынию, в Польшу войдём. А там и Берлин. Что по другим маршалам, тоже есть что сказать. Маршал Кулик? Это ещё хуже Ворошилова. Вроде грамотный артиллерист говорят, ну не знаю. Нашим «сорокапяткам», самым массовым противотанковым средством в войсках, приходиться подпускать вражеские танки на четыреста метров, что по сути смерть расчёту. Первым же выстрелом выдаёт свою позицию, а в танк ещё поди попади. Расчёты себя горько называют «смерть расчёту». Была пушка противотанковая, на пятьдесят два миллиметра, что способна уничтожать вражеские танки, на дистанции полтора километра. Немцы даже не увидят, откуда их бьют. Однако, именно маршал Кулик, отказался принимать её на вооружение, внимание, по причине излишней бронепробиваемости. Правда, тут стоит добавить, что пушка довольно дорогая и сложная в производстве, как три «сорокапятки»стоит. Не отрицаю, может причина и веская. И что лучше клепать, массовые пушки, от которых особо толку нет, или дорогие, но полезные? Что по другим маршалам, Тимошенко и Будённому. Ну, Тимошенко хороший командир, грамотный, вот только невезучий. Бывает такое. Там где надо армию в оборону поставить, он ставит две дивизии, при этом грамотно вскрыв намеренья противника, но недооценив их силы. Эти дивизии и держат удар в обороне, геройски погибают, сутки, но подкрепления и резервы не успевают, немцы, прорвавшись, их бьют на пути, и вот очередной котёл. Поэтому и говорю. Тимошенко грамотный, но не всегда везёт. Будённый, это мой любимый маршал, он гений. Как и у всех у маршала есть свои плюсы и минусы. Он хорош в обороне, но наступать, тут не очень. Просто опыта нет, как и почти у всех советских военачальников. Да и не его это, командование фронтами. Он кавалерист, этим и силён. Если создать Центр партизанского движения в Москве и назначить Будённого, подчинив ему все кавалерийские части, выведя их из состава армии, вот тогда немцев будет ждать большая беда. Для начала маршал сформирует партизанские бригады из жителей оккупированных территорий, где те займут свои районы. А кавдивизии бросит в тыл, разрушать коммуникации противника. В этом он настоящий гений, о чём и говорю. Там где машинами и танками не пройти, нужны топливо и снаряды, кавалеристы всегда будут иметь транспорт, и перемещаясь, уходить от преследования, атакуя гарнизоны, железную дорогу, станции. Да они полностью обрушат немцам тыл, снабжать передовые войска не смогут. Только вот, то что я говорю, это мечты. Никто маршала на такое место не поставит. Выскочек не любят.

– Это вы о чём?
– спросил диктор, что за время моей речи и бледнел и краснел, и вообще явно был на нервах, но вот постарался прервать меня, чтобы ещё чего не наговорил, и у него получилось, только вот я это всё рассчитал и вёл его, всё по моему сценарию шло.

– Кстати, поясню. Вот вы спрашивали про награду. Как раз пора описать, тогда и помёте что имел ввиду, говоря про выскочек. К сожалению, такой выскочкой стал и я, за что и последовало наказание.

– Это так связано?
– задал вопрос директор, сам подводил его к этому.