Чтение онлайн

И подобно тому, как мы с вами, отправляясь на прогулку, берем с собой завтрак, так и здешние жители привязывают к кушакам хорошие мехи. Стоит кому-нибудь проголодаться — мехи пускают в ход и получают сколько угодно вкусного ветра.

Пантагрюэлю все это очень понравилось.

— Как легко живется вам на свете! — сказал он начальнику острова. — Ветер, ведь, ничего не стоит. Только подуть — вот вам и обед готов.

— Нет, — сказал начальник, — есть и у нас свои несчастья. Бывает так, что в обеденное время вдруг пойдет дождь, и ветер прекращается. Тогда множество обедов пропадает из-за недостатка провизии.

Но, кроме того, — продолжал начальник, — с нами случаются настоящие бедствия. Дело в том, что неподалеку отсюда, на острове Сумятице живет великан, по имени Бренгнариль. Этот великан каждый год страдает расстройством желудка и по совету врачей приезжает лечиться на наш остров. Здесь он вместо пилюль глотает наши ветряные мельницы, до которых он большой охотник. Этим он доводит нас до такой нищеты, что многие из нас умирают с голоду.

— Как же вы защищаетесь от этого великана? — спросил Пантагрюэль.

— Однажды, — сказал начальник, — нам посоветовали перед его приездом посадить в наши мельницы множество петухов и кур. Мы так и сделали. Великан приехал и разом их проглотил. Действительно, он чуть было не умер. Петухи горланили у него в животе, куры, как сумасшедшие, летали по желудку, — от этого великан повалился в обморок, и с ним сделались такие страшные судороги, словно змея заползла в его желудок.

— Как же он вылечился от этой болезни? — спросил Пантагрюэль.

— Ему доктора посоветовали, — сказал начальник, — принять пилюли из гончих собак. Собаки передушили всех петухов и кур, и великан снова выздоровел. Вот в чем наша беда.

— Успокойтесь, добрые люди, — сказал Ксеноман. — Великан Бренгнариль больше вас не потревожит. В прошлом году я был на острове Сумятице и узнал, что великан Бренгнариль, пожиратель ветряных мельниц, умер. Он подавился куском свежего масла, который, по совету врачей, собирался проглотить перед натопленной печкой.

На другое утро мы высадились на острове Папефигов, которые когда-то были богаты, свободны и назывались Весельчаками. Теперь этот народ белен, несчастен и до нитки разорен папиманами. Дело было так. Однажды, во время большого праздника, Весельчаки отправились на соседний остров Папиманию, где было большое торжество. На этом торжестве был обычай выставлять напоказ народу большой портрет папы римского. Увидав этот портрет, один из Весельчаков не выдержал и показал ему кукиш. В отместку за это папиманы через несколько дней напали на остров Весельчаков и перерезали всех взрослых мужчин. С тех пор остров пришел в полное запустение. Жалкие остатки Весельчаков сделались рабами папиманов и стали называться папефигами, то есть показавшими папе фигу. Каждый год на них обрушиваются град, ураган, чума, голод и всякие другие бедствия.

При виде такой нищеты мы решили долго на острове не оставаться. Из любопытства мы зашли только в небольшую полуразрушенную часовню, которая стояла на самом берегу моря. В часовне мы заметили огромную купель с водой. В купели лежал какой-то человек. Весь он был в воде, и только кончик носа торчал наружу — для дыхания. Вокруг купели стояли три бритых патера и читали по молитвеннику заклинания от бесов.

— Боже мой, — сказал Пантагрюэль, — это еще что за комедия? Что вы делаете с этим беднягой, добрые люди?

В ответ на это Пантагрюэлю рассказали следующую удивительную историю.

Однажды один папефиг (тот самый, который лежал теперь в купели) пахал свое поле и сеял на нем полбу. Как раз в это время один молодой чорт отпросился у главного дьявола на землю и отправился проказничать на остров Папефигов. Чорт был совсем никудышный. Он не умел еще греметь громом, не умел побивать хлеб градом, разве только портил иногда капусту да петрушку. Вдобавок он был неграмотный и плохо разбирался — что к чему. Чорт прискакал на остров, увидал мужика и спрашивает:

— Ты что делаешь, мужик?

— Разве не видишь? — отвечал крестьянин. — Сею полбу. Надо же чем-то кормиться в будущем году.

— Прекрасно, — сказал чорт, — но ведь поле-то не твое. С того самого дня, как вы показали папе фигу, вся ваша земля принадлежит нам, чертям. Но как бы то ни было, а сеять хлеб — не мое дело. Поэтому, пожалуйста, продолжай свою работу, но только урожай мы разделим пополам.

— Делать нечего, — отвечал крестьянин, — пополам, так пополам.

— Я думаю так, — сказал чорт. — Урожай мы разделим на две части. Один возьмет себе то, что вырастет над землей, а другой — то, что останется в земле. Выбирать буду я, потому что я — чорт древнего благородного происхождения, а ты — простой мужик. Я выбираю то, что останется в земле, Когда наступит жатва?

— В июле месяце, — отвечал крестьянин.

— Так вот, в июле месяце я вернусь, — сказал чорт, — а пока пойду забавляться с монахами и разными другими лицемерами. Трудись, мужик, трудись. До свидания.

В половине июля чорт явился с целым эскадроном маленьких чертенят. Опять встретил мужика и говорит ему:

— Ну, мужик, как ты тут без меня поживаешь? Давай делиться.

— Что ж, давай, — отвечал крестьянин.

Вот крестьянин сжал хлеб, обмолотил его, провеял, ссыпал в мешки и повез продавать на рынок. А чорт с чертенятами выкопал все корешки, связал их в охапки и тоже вывез на продажу.

Крестьянин продал свой хлеб, набил деньгами старый полусапожек, который висел у него на кушаке, и стоит себе, посмеивается. Черти же не продали ничего. Мало того: над ними издевался весь рынок, так что они от стыда готовы были сквозь землю провалиться.

Когда рынок закрылся, чорт сказал крестьянину:

— Ну, мужик, на этот раз ты меня надул. Но имей в виду: в следующий раз это тебе не удастся.

— Господин чорт, — отвечал крестьянин, — как же я мог вас надуть? Ведь, вы первый выбирали. Конечно, вы еще молоды и неопытны. Вы надеялись выкопать из земли все зерна, которые я посеял. А вышло так, что эти зерна проросли и дали новые, — которые я только-что продал. Вот и выходит, что вы сами выбрали себе худшую часть.

— Довольно болтать, — сказал чорт. — Чем ты засеешь наше поле на будущий год?