Чтение онлайн

– Знаешь, кто этот черноволосый мальчик, который был рядом с нами на вокзале? Угадай, кто это?

– Кто?

– Гарик Потный!

Гарик услышал голосок маленькой девочки.

– Ой, мам, можно мне пойти в поезд и посмотреть на него? Ну, пожалуйста!..

– Ты уже видела его, Женевьева, к тому же бедный мальчик не бомж из зоопарка, чтобы на него глазели. Но это точно он, Федя? Как ты узнал?

– Спросил. И у него шрам. Правда - как буква Х.

– Бедняжка - не удивительно, что он один, я еще подумала, как странно. Такой вежливый! Спросил, как попасть на платформу.

– А как ты думаешь, он помнит, какой из себя Хуй-Знает-Кто?

Мать неожиданно сделалась очень серьезна.

– Я запрещаю тебе об этом спрашивать, Федя. Не смей. Зачем об такой хуйне вспоминать в первый же школьный день!

– Ладно, может и не буду.

Раздался свисток.

– Поторопитесь!
– сказала мама, и все три мальчика вскарабкались на подножку. Потом они высунулись из окна, чтобы она поцеловала их на прощание, а младшая сестра начала плакать.

– Не плачь, Женевьева, мы пришлем тебе кучу кружевных трусов!

– Пришлем ободок от унитаза и дырку от жопы.

– Вася!

– Шучу, мам.

Поезд тронулся. Гарик увидел, как мать мальчиков машет рукой, а их сестренка, плача и смеясь одновременно, старается бежать наравне с поездом. Потом поезд разогнался, она наебнулась и, лежа, тоже стала махать.

Затем, после поворота, провожающие исчезли из виду. Мимо окон мелькали дома. Гарик был очень возбужден. Он не представлял, что его ждет - но, что бы там ни было, все-таки это лучше того, что он оставляет позади.

Дверь купе отворилась, и вошел младший чернявый.

– Здесь кто-нибудь сидит?
– спросил он, показывая на сидение напротив Гарик.
– А то везде насрано.

Гарик покачал головой, и мальчик сел. Он быстро взглянул на Гарика и сразу же перевел взгляд в окно, притворяясь, будто и не смотрел вовсе. Черное пятно у него на носу так и не оттерлось.

– Хая, Роня.

Это пришли близнецы.

– Слушай, мы идем в середину поезда - там Ли Джордан показывает трёхочковую змею.

– Пиздуйте, - буркнул Роня.

– Гарик, - сказал один из близнецов, - мы не представились. Фёдор и Васисуалий фон Шварценфикт. А это Ронуальд, наш брат. Ну, увидимся.

– Пиздуйте уже!
– попрощались Гарик и Роня. Дверь скользнула на место, закрывшись за близнецами.

– Ты по натуре Гарик Потный?
– выпалил Роня.

Гарик кивнул.

– А... ну хорошо, а то я думал, что это очередная наёбка, - пробормотал Роня.
– Вид у тебя укуренный, а у тебя действительно есть... ну, ты понимаешь...

Гарик расстегнул ширинку.

– Да я не об этом, - Роня показал на лоб Гарик.

Гарик отвел в сторону прядь волос, чтобы стало видно шрам. Роня смотрел во все глаза.

– Это туда Хуй-Знает-Кто?..

– Да, - кивнул Гарик, - но я нихуя не помню.

– Совсем нихуя?
– с интересом спросил Роня.

– Ну - я помню яркий багровый свет, а больше ничего.

– Заебись!
– воскликнул Роня. Он сидел и некоторое время смотрел на ширинку Гарика, а потом, как будто опомнившись, быстро отвернулся к окну.

– А у вас коммунистическая семья?
– спросил Гарик.

– Эээ... да, по-моему. Кажется, у мамы есть какой-то троюродный брат - буржуй, но мы о нем вспоминаем, только когда он присылает подарки.

– Так ты, наверное, давно умеешь колдовать?

Ясно было, что Шварценфикт - одна из тех самых семей, о которых говорил бледный хлыщ на Малом Арбате.

– Говорят, ты воспитывался у хумансов, - сказал Роня.
– Какие они?

– Ужасные. Ну, не все, конечно. Но мои дядя, тётя и двоюродный брат ужасные. Лучше бы у меня было три брата-колдуна.

– Пять, - поправил Роня. Он почему-то сделался мрачен.
– Я - шестой в семье, кто идет в "Нодваятс". Кто-то, может, думает, что мне поэтому есть к чему стремиться. ДеБилл и Карлос уже закончили - ДеБилл был лучшим учеником школы, а Карлос - капитаном фаршбольной команды. Сейчас Персик стал старостой факультета. Федя и Вася много пиздЯт, их за это постоянно пИздят, но у них все равно очень хорошие оценки, и похуй, что все считают их полностью ебанутыми. От меня все ждут, что я буду не хуже остальных, но, даже если я и буду не хуже, то никто этому не удивится, потому что мои братья уже добились того же самого, что ж удивительного, если и я тоже... А потом, когда столько старших братьев, то никогда не получишь нихуя нового. У меня форма ДеБилла, волшебная втыкалочка Карлоса и крысюк.

Роня полез в карман и достал жирного серого крыса. Крыс спал.

– Его зовут Лариска, и от него никакого толку, ему на всё похуй, он почти не просыпается. Папа подарил Персику сову за то, что тот стал старостой, но после этого они решили, что хватит нас баловать, в результате мне достался Лариска.

– А почему ЕГО зовут Лариска?
– удивился Гарик.

– Ну пока он был маленький, все думали, что он девочка. Когда он начал делать копуляции на руке матушки и отрастил яйцы больше своей головы - вот тогда то мы конечно догадались... Но имя то уже было!

Уши у Рони покраснели. Он, видимо, решил, что спиздел лишнего, поэтому отвернулся и снова стал смотреть в окно.

Но Гарик вовсе не считал, что это стыдно, если крыс совершает копуляции на руке твоей матушки. В конце концов Слоняра, любимый бульдог тёти Марго, тоже пытался так делать, используя ногу Гарика, пока Гарик не ёбнул ему по сплющенной морде, конечно. Он так и сказал Роне и еще рассказал, как в отместку насрал бульдогу в миску и как тётя потом гонялась за ним с табуреткой по всему дому.