Чтение онлайн

— Его заколдовали, чтобы он выглядел так же, как небо снаружи. Я читала об этом в книге «Хогвартс: История».

Было сложно поверить в то, что там вообще был потолок, и что Большой Зал не находится прямо под открытым небом.

Гарри быстро опустил голову, когда профессор МакГонагалл молча поставила перед первогодками табурет на четырёх ножках. Сверху она положила остроконечную колдовскую шляпу. Шляпа была вся в заплатках, потрёпанная и ужасно грязная. Тётя Петуния ни за что бы не согласилась держать такую в доме.

«Может, нужно будет попытаться достать из неё кролика?» — с ужасом подумал Гарри. Заметив, что все в зале теперь глядели на шляпу, он тоже уставился на неё. На несколько секунд воцарилась полная тишина. Потом шляпа дёрнулась. Разрез возле её полей широко открылся наподобие рта… и шляпа запела:

Зал взорвался аплодисментами, когда шляпа допела свою песню. Она поклонилась каждому из четырёх столов и опять затихла.

— Так мы должны просто надеть шляпу! — прошептал Рон Гарри. — Я убью Фреда — он говорил о схватке с троллем.

Гарри слабо улыбнулся. Да, гораздо лучше примерять шляпу, чем колдовать, но ему всё же хотелось, чтобы это происходило не на глазах у всех. Ему казалось, что шляпа предъявляла слишком большие требования. Гарри не чувствовал себя ни смелым, ни сообразительным, ни каким-либо ещё в данный момент. Если бы шляпа упомянула Дом для тех, кого подташнивает, то это было бы как раз для него.

И вот профессор МакГонагалл шагнула вперёд, держа перед собой длинный свиток пергамента.

— Когда я назову ваше имя, надевайте шляпу и садитесь на табурет, чтобы вас распределили, — сказала она. — Эббот, Ханна!

Розовощёкая девочка со светлыми косичками, спотыкаясь, вышла вперёд, надела шляпу, которая тут же съехала ей на глаза, и села. Секундная пауза…

— ХАФФЛПАФФ! — выкрикнула шляпа.

Ребята за столом справа радостно кричали и хлопали в ладоши, когда Ханна садилась за стол Хаффлпаффа. Гарри увидел, как Толстый Монах весело машет ей рукой.

— Боунс, Сьюзен!

— ХАФФЛПАФФ! — снова прокричала шляпа, и Сьюзен поспешила сесть рядом с Ханной.

— Бут, Терри!

— РЭЙВЕНКЛО!

На это раз рукоплескали за вторым столом слева. Когда Терри подошёл к ним, несколько рэйвенкловцев встали, чтобы пожать ему руку.

«Броклхёрст, Мэнди» тоже отправилась в Рэйвенкло, но «Браун, Лаванда» стала первой новой гриффиндоркой, и дальний слева стол взорвался радостными возгласами. Гарри видел, как близнецы-братья Рона свистели.

Затем «Булстроуд, Миллисент» стала слизеринкой. Возможно, Гарри это просто почудилось после всего, что он слышал о Слизерине, но он подумал, что все слизеринцы выглядят как-то неприятно.

Теперь его определённо тошнило. Гарри вспомнил, как их отбирали в команды на физкультуре в его старой школе. Его всегда выбирали последним, не потому что он плохо играл, а потому что никто не хотел, чтобы Дадли думал, что Гарри им нравится.

— Финч-Флетчли, Джастин!

— ХАФФЛПАФФ!

Гарри заметил, что иногда шляпа выкрикивала название Дома сразу, а иногда ей требовалось время, чтобы принять решение. «Финниган, Шеймус», светловолосый мальчик, стоявший в шеренге рядом с Гарри, сидел на стуле почти целую минуту, пока шляпа не определила его в Гриффиндор.

— Грейнджер, Гермиона!

Гермиона чуть ли не бегом бросилась к табурету и с энтузиазмом нахлобучила шляпу себе на голову.

— ГРИФФИНДОР! — прокричала шляпа. Рон застонал.

Гарри вдруг поразила ужасная мысль, как это всегда делают ужасные мысли, когда очень нервничаешь. Что, если его вообще не распределят? Что, если он так и будет сидеть со шляпой на глазах, пока профессор МакГонагалл не сорвёт её с него и не скажет, что, наверное, произошла какая-то ошибка, и ему лучше оправиться обратно на поезд?

Когда вызывали Невилла Лонгботтома, мальчика, который постоянно терял свою жабу, тот упал по дороге к табурету. Шляпе потребовалось много времени, чтобы определиться с Невиллом. Когда она наконец-то прокричала: «ГРИФФИНДОР!», — Невилл бросился прочь со шляпой на голове, и ему, под бурю всеобщего хохота, пришлось вернуться, чтобы передать шляпу «МакДугал, Мораг».

Малфой важно вышел вперёд, когда назвали его имя, и сразу получил желаемое: шляпа, едва коснувшись его головы, прокричала: «СЛИЗЕРИН!»

Довольный собой, Малфой присоединился к своим друзьям Крэббу и Гойлу.

Осталось не так много людей.

«Мун», «Нотт», «Паркинсон», потом сёстры-близняшки «Патил» и «Патил», потом «Перкс, Салли-Энн» и, наконец…

— «Поттер, Гарри!»

Едва только Гарри вышел из строя, начался шёпот, словно повсюду в зале вспыхнули маленькие шипящие огоньки:

— Она сказала Поттер?..

— Тот самый Гарри Поттер?..

Последнее, что увидел Гарри прежде, чем шляпа упала ему на глаза, был полный зал учеников, вытягивающих шеи, чтобы получше его разглядеть. В следующую секунду он уже смотрел на чёрную изнанку шляпы. Он ждал.

— Хм, — прозвучал в ухе тихий голосок. — Трудно. Очень трудно. Вижу, есть отвага. А также неплохой ум. Талант. Боже мой, да… и жажда проявить себя, интересно… Так куда же тебя определить?

Гарри вцепился в край табурета и подумал: «Не в Слизерин. Не в Слизерин».

— Не в Слизерин? — сказал тихий голосок. — Ты уверен? Ты мог бы стать великим. Это всё здесь, в твоей голове, и Слизерин поможет тебе на пути к величию, без сомнения… нет?.. Что ж, если ты уверен… пусть будет ГРИФФИНДОР!

Гарри услышал, как последнее слово Шляпа выкрикнула на весь зал. Он снял шляпу и на дрожащих ногах направился к столу Гриффиндора. Гарри испытывал такое облегчение от того, что его выбрали и к тому же не определили в Слизерин, что не заметил, что ему аплодируют громче, чем всем остальным. Префект Перси поднялся и энергично затряс его руку, а близнецы Уизли скандировали: «Поттер наш! Поттер наш!». Гарри сел напротив призрака в круглом воротнике, которого он видел прежде. Призрак похлопал его по руке, и Гарри испытал жутко неприятное чувство, будто он только что окунул руку в ведро с ледяной водой.